Заложник зла (ЛП)

Несколько понимающих возгласов и кивков отвечают на мои слова, в том числе один от Декса.
Я не могу удержаться, чтобы не взглянуть на Драгона. Я бы ни за что никому в этом не признался, но неприятное стеснение покидает мою грудь, когда он медленно кивает. Возможно, он подумал, что я становлюсь слабаком, но он понимает, что сейчас я просто веду себя умно.
Голиаф кровожадно качает головой.
— Эти гребаные говнюки пытаются отнять то, что принадлежит нам, — говорит Вайс, свирепо глядя на меня, — сейчас не время быть слабаками.
— Нет ничего чертовски слабого в том, чтобы защищать наш чертов клуб, — мрачно говорю я ему, — у нас происходит слишком много другого дерьма, чтобы подливать еще больше бензина в огонь.
Я откидываюсь на спинку стула, когда замолкаю и смотрю на стол.
Когда я смотрю на Скара, он наклоняет голову и встречает выжидающий взгляд своего президента.
— Я согласен со Спайдером в этом. Если мы начнем войну с Приспешниками здесь, и Ублюдки решат наброситься на вас, ребята, — его широкий взгляд охватывает Драгона, меня и остальных людей Каспера, — мы не сможем вам помочь. Если нам придется сражаться на два фронта, мы не сможем быть рядом, чтобы поддержать друг друга. Мы будем слишком ослаблены.
— Да, — соглашаюсь я. Затем я добавляю более твердым голосом. — Тем не менее, если обсуждение этого с Приспешниками не заставит их убраться восвояси, тогда мы взорвем их и их гребаный клуб до небес и отправим их всех в ад.
Декс поднимает свой молоток с видом решительности. — Давайте поставим это на голосование. Все за то, чтобы сначала попробовать дипломатический подход?
Руки поднимаются вокруг стола вместе с хором «Да».
Рука Голиафа поднимается немного медленнее, чем у остальных, но, по крайней мере, он соглашается. Руки Вайса остаются на столе перед ним, выражение его лица упрямое. Слишком плохо для него, что за него проголосовали в меньшинстве.
— Правило большинства, — говорит Декс, один раз стукнув молотком, — решение принято.
Декс встает со стула. — Давайте, ребята, пойдем за выпивкой и киской. Драгону нужно обсудить дело со своими парнями.
Скар и другие парни из Уайт-Спрингс следуют за Дексом из комнаты.
— Мне нужны только Спайдер, Страйкер и Рэт, — говорит Драгон.
Черт, вот и мы.
Остальные ребята из Каспера уходят, оставляя Страйкера, Рэта и меня.
Наш президент ждет, пока двери в церкви закроются, затем берет молоток Декса, изучает его мгновение, прежде чем положить.
— Нам нужно поговорить о том дерьме, которое произошло после ухода Бриггса, — глаза Драгона впиваются в меня.
Я сразу напрягаюсь. Мы с Драгоном много раз сталкивались лицом к лицу, и я знаю, как с ним обращаться, но всякий раз, когда он так смотрит на меня, мне всегда кажется, что я иду по Арктике. Дикая Кошка стала скорее проклятием, чем благословением.
— Спайдер, что, черт возьми, произошло сегодня? — рявкает Драгон.
— През, этот блядское дерьмо вышло из-под моего контроля. Похоже, какому-то придурку, мы не знаем, кому, взбрело в голову похитить ее.
Я хочу сказать ему, что этот ублюдок забрал то, что принадлежит мне, но я не осмеливаюсь сказать это перед ним прямо сейчас. Он уже думает, что я слишком увлечен ею.
— Ублюдки Сатаны? — спрашивает Драгон.
Рэт говорит громче. — Нет, През.
— Рэт? — Драгон смотрит на него.
— Парень, который похитил питомца Спайдера, — загадка, — когда Драгон ждет, пока он продолжит, он достает свой телефон и включает его. — Я уже начал просматривать его татуировки. Я еще не определил их принадлежность, — добавляет он мне, заметив мою приподнятую бровь. Затем говорит Драгону, — Но они не татуировки Ублюдков.
Страйкер открывает рот, как будто хочет что-то сказать, затем морщится.
— Я просмотрел все, что было в бумажнике этого парня, — быстро продолжает Рэт, но там было не так уж много.
Как только мы вышли из ресторанчика, я отдал Рэту бумажник и сказал ему посмотреть, что он сможет в нем найти. Я почти уверен, что знаю, почему Страйкер выглядел так, словно ему было больно. Он собирался сообщить, что у похитителя не было бумажника, и Рэт остановил его, вероятно, сильно наступив ему на ногу под столом. Он удобно опустил тот факт, что Эмма украла бумажник. Теперь я добавлю две видеоигры ко всему, что я ему должен. Не нужно говорить Драгону то, с чем я уже справился сам, когда это только внесло бы меня в список дерьма, к которому я уже слишком близок.
  
— У него в нем ничего не было, кроме нескольких удостоверений личности, которые выглядят как поддельные, и около пятисот долларов наличными. Но я нашел кое-что интересное в его телефоне.
— Что ты нашел? — рычит Драгон.
— Очевидно, у этого парня какие-то отношения с Адамсоном.
Дерьмо. Должно быть, это то, что он хотел сказать мне по дороге в часовню. Хотел бы я быть более склонным к разговору об этом сейчас, вместо того, чтобы быть застигнутым врасплох перед президентом.
— Он… — начинает Рэт.
— Спайдер, ты знал об этом? — рявкает Драгон, обрывая Рэта.
— Нет, я…
— Нет, През, — перебивает Рэт, — я только что узнал об этом, прежде чем направился сюда. У меня не было возможности сказать ему до начала церкви.
Рэт всегда прикрывает мою спину. Такими темпами я буду должен ему совершенно новую игровую систему.
И снова Драгон ждет большего. Рэт постукивает по экрану своего телефона.
— Я просмотрел некоторые из последних сообщений на его мобильном. Там было текстовое сообщение с географическими координатами. Я не смог отследить, от кого это сообщение; должно быть, оно пришло с одноразового телефона. Но координаты принадлежат тому особняку, в который мы ходили.
— Особняк Адамсона, — говорю я, и выражение лица Драгона отражает мое удивление.
Рэт кивает. — Похоже, он был там в тот же день, что и мы.
— Откуда, черт возьми, ты это знаешь? — я не могу не звучать немного спокойнее. Рэт всегда был известен как чудотворец с техническими штучками, но как он может определить, откуда кто-то звонит на мобильный?
Рэт ухмыляется мне. — Это просто, Спайди. В тексте было указано время вместе с координатами, которые, как я полагаю, должны были сказать ему, чтобы он был в особняке в это время. Он позвонил кому-то близкому в указанное время, так что мы можем предположить, что он звонил из особняка.
— Звонок Адамсона, — вставляет Драгон, и снова Рэт кивает.
— Да, и вот это. Он отправил сообщение за пару часов до того, как мы нашли Эмму в закусочной, — Рэт делает паузу и листает свой телефон, — в тексте просто сказано: «Местоположение». И сразу после этого он получил еще одно, в котором были координаты закусочной и время. И, — добавляет он, когда Драгон пристально смотрел, а я присвистывал, — похититель отправил ответное сообщение примерно в то время, когда она была у него в фургоне.
Я сглатываю. — Какое?
Рэт смотрит прямо на меня. — Посылка получена.
Мои зубы скрипят. Я смотрю на Драгона и подавляю рычание. Он назвал мою Дикую Кошку посылкой? Это звучит смешно, но, когда этот ублюдок говорит о том, что принадлежит мне, как будто она принадлежит Адамсону, я жалею, что не оторвал ему руки, прежде чем застрелил его. И это заставляет меня хотеть сделать то же самое с этим ублюдком Адамсоном, когда я его найду.
Драгон массирует мышцу, которая пульсирует у него на лбу. — Интересно. Итак, этот ублюдок Адамсон нанимает какого-то парня, чтобы украсть новую одержимость Спайдера? — язвит он.
Я пристально смотрю на него, но он игнорирует это.
— Похоже, — говорит Рэт.
— Но почему этот парень Адамсон хочет связаться со Спайдером? — спрашивает Драгон, — и что ему нужно от воровки?
Страйкер наклоняется вперед, сцепив руки на столе. — Да, я имею в виду, этот придурок мог попытаться заполучить любую из наших женщин. У него есть какие-то личные счеты со Спайди?
— И если у него ко мне претензии, почему бы не взять меня с собой? — добавляю я, — зачем забирать Эмму?