Пленение по драконьим традициям. Узница серебряного лорда
Пелагия промышляла брачными аферами, потому её наняли и отправили втираться в доверие к лорду серебряного клана Лукаса. С помощью нереально сильного ментального артефакта она промывала ему мозги, выведывала тайны и настраивала его против других лордов драконов. Злодейка наслаждалась жизнью и не уставала про себя злорадствовать, пока строила глазки красавцу блондину и не без наслаждения проводила с ним ночи. Так что, если честно, она заслужила казнь. Я бы сказала, ей повезло, что обошлось без пыток и прочего. Что бы она там ни думала о драконах, но лорд Лукас всегда поступал благородно и по совести. Пытался наладить связи со знатью своей провинции, работал на благо людей, стремился к полному примирению. Если и творил злодейства, то очень тихо и незаметно, по крайней мере, ни о чём таком Пелагия не знала. А к ней он относился с нежностью. Просматривая воспоминания о нём, я почти влюбилась в красивого и заботливого лорда. Пелагия совершенная дура, раз не оценила.
Как и драконы, я была пришельцем из другого мира, попаданкой, как модно называть в книгах. И моё происхождение тоже может вылиться мне боком. Впрочем, лучше, конечно, рискнуть. Мольбы на коленях не помогут, потому что я в теле преступницы, которая полностью и бесповоротно заслужила своё наказание.
– Ты доела? Лорд согласен тебя выслушать, – стражник постучался в дверь.
– Готова, – промямлила я.
На миг стало страшно, решимость будто испарилась. Это Пелагия проводила ночи с Лукасом и воспринимала его простым мужчиной, но в день её разоблачения он продемонстрировал, что далеко не плюшевый мишка, а мощный и опасный дракон. Так что помимо восхищения я испытывала перед ним логичный страх. Вдруг при взгляде на меня его благородство испарится, и он решит отыграться на лгунье? Отправит на дыбу или посадит в железную деву. Но глупо бояться, я сама вызвала лорда на разговор, нужно идти и добиваться отмены казни.
– Идём, – стражник распахнул дверь и хмыкнул, рассматривая меня с неприятным интересом.
Видимо, привык видеть грязное и вонючее чучело. Но и это хорошо, хоть внешняя презентация относительно удалась. А это одна из основ ведения переговоров. Как говорится, по одёжке встречают. Лишь бы по чужим поступкам не отправили на казнь!
Естественно, меня отвели не наверх в крыло лорда, а в камеру получше, с неплохой, хоть и простой мебелью, кроватью и даже отдельной купальней. Наверное, здесь сидят более привилегированные преступники. К сожалению, Пелагия не из таких, она из обедневшей купеческой семьи, ещё и младший ребёнок. Так что как достигла нужного возраста, её продали замуж за старика, откуда она благополучно сбежала, подарив супругу место на местном кладбище. И так эта чёрная вдовушка успела сходить замуж за старичков три раза. Четвёртому мужу повезло, её выдернули на задание раньше, чем она успела порешить и его. Кстати, если отпустят, надо будет что-то решать и с несчастным супругом. Он-то не знает, с кем решился связать последние годы жизни.
Лорд, само собой, не ждал меня в камере. Так что я присела на кроватку и принялась ждать. Но нервы сдавали, и вскоре выяснилось, что ширина комнаты три шага, длина – два, и в шкафу есть зеркало. Я думала отправиться на исследование купальни, когда раздался скрежет замка.
В помещение вошёл советник и отец лорда Икарос: серьёзный воин лет тридцати пяти на вид в кожаном доспехе с короткими белыми волосами и недовольством в серебряных глазах. Здороваться он не стал, лишь потребовал подчиниться и позволить обыск.
– На мне только роба. Даже белья нет, – развела я руками в стороны, краснея от смущения. Если проверка будет, как на таможне, у меня случится истерика. – А можно, меня общупает женщина?
– Думаешь, с тобой будут возиться весь день? – грубо ответил он и приблизился.
К счастью, не лапал, в сокровенные места не лез, лишь похлопал меня поверх платья, проверил запястья, руки и шею. Может, предполагали наличие невидимых артефактов?
У Пелагии таких не водилось. Они очень дорогие и почти бессмысленные, ведь всё равно опознаются на ощупь. Правда, выданный ей ментальный артефакт вообще из раздела фантастики, ведь напрочь отключал мозг, заставлял изменять прошлому опыту и вынуждал подчиняться любым приказам. Его явно создавал гений. Может, мог собрать и совершенно невидимое оружие? Оттуда, видимо, и такие меры безопасности.
– Чисто, – заключил он. – Так что ты хотела рассказать?
– А что с лордом Лукасом? – расстроилась я.
– Действительно думаешь, что он спустится для разговора? – насмешливо уточнил он.
– Если не спустится, тогда и не надо, – надулась я. – И пусть весь мир погибнет в огне! – воскликнула театрально и вскинула руки.
– Чего ты добиваешься, Пелагия? – поморщился он. – Думаешь, Лукас сжалится из-за прошлых чувств к тебе? Такое предательство не прощают.
– Нет, я просто решила спасти мир. Замолить грехи перед смертью, – честно и прямо соврала я.
– Хватит, отец, – раздался суровый голос, и в проходе камеры показался лорд Лукас.
Воспоминания Пелагии не могли передать и сотой доли нереальной красоты лорда. Высокий, статный, с развитой фигурой воина, что не мог скрыть белый костюм с нашейным платком. Белоснежные волосы сегодня были собраны в сложную косу. Суровое лицо с ямочкой на квадратном подбородке и тёмными широкими бровями, казалось, высечено из камня в выражении недовольства. Серебряные глаза наполняло грозовое негодование, и меня внутренне затрясло. Но даже сквозь страх, я не могла избавиться от восхищения Лукасом. Какой он всё-таки классный!
– Что ты хотела… – лорд вдруг задохнулся, вперив в меня бешеный взгляд.
Так, здесь явно что-то не так!
Глава 1.2
/Лукас/
Немного ранее.
– Пелагия совершенно обнаглела! – объявил отец, в окружении яростного ветра врываясь в мой кабинет.
Я лишь придержал документы, чтобы они не разлетелись по комнате.
– Прости, – поморщился он, останавливаясь возле моего стола. – Но я в бешенстве. Пелагия требует последнее желание!
– И что она хочет? – уточнил я, старательно играя равнодушие, потому вновь уткнулся взглядом в документы.
– Говорит, вспомнила нечто важное, но расскажет только тебе, если ей дадут помыться и поесть мясо. Сидит в камере и смеет выставлять условия!
– Это лишь вода и кусок мяса, не устраивай трагедии из ничего. Тем более, это последнее желание женщины. Видимо, она хочет уйти в сиянии прошлой красоты, – ответил я, расписываясь в документе.
Внутренне испытывал и раздражение, и злость, и замешательство. Я полюбил Пелагию, привык к ней, а она, как оказалось, планировала моё падение. Повезло, что обошлось без жертв, но обстоятельства вполне могли обернуться против меня. С подачи Пелагии я навредил супруге золотого лорда Аргоса, он собирался вызвать меня на дуэль. Хорошо, что его жена гениальный артефактор с божественной искрой, она сняла с меня ментальное воздействие, что и позволило узнать правду. Я приказал казнить Пелагию, но так и не смог возненавидеть, испытывал тоску и злость из-за собственной глупости, хотя и понимал, что не мог противиться воздействию. Ментальный артефакт тоже собирал маг с божественной искрой. Мне буквально сами боги шептали подчиниться и полюбить лгунью.
– И ты пойдёшь на это, Лукас? Не считаешь, что выглядит подозрительно? Может, ей передали оружие, и она намерена совершить последний удар, – отец и не скрывал своего негодования.
Я мог его понять, он винил себя за то, что недосмотрел, не заподозрил неладное. Нас обоих обманули. Теперь врагам известны опасные тайны лордов.
Мы прибыли в этот мир вынужденно, когда наш дом начал погибать из-за катаклизмов. Я и шестеро только пришедших к власти лордов вступили в союз, и мы смогли достучаться до так долго хранивших безмолвие богов. Как выяснилось, наши создатели в плену. Кучка людей из Альлириума избавилась от старых богов и выдумала нового, Трёхликого, чтобы с помощью лживого идола получить власть. Без Семерых создателей сотворённые ими миры начали разрушаться. Но боги услышали своих самых первых и верных служителей, они открыли нам портал в Альлириум. Старшие из нашего числа поддерживали его ценой своих сил и жизней, что позволило большей части расы драконов спастись. В Альлириуме мы сумели отвоевать себе место, сместили кардиналов лживого бога с их тронов, получили новый шанс. Но наш приход в новый мир не спас его от гибели, а лишь отсрочил её.