Узы тьмы (ЛП)

— Откуда ты знаешь? — с подозрением спросила Ианта.
— Я тебя видела. Все происходящее запустило мой дар, и мне постоянно являлись твое имя и лицо. Это видение вышло на первый план, заглушая все остальные чувства. Я знала, что должна найти тебя. Ты — единственная, кто может это остановить.
«Два брата зайдут в то здание… И только один из них выйдет…»
Или Клео очень скоро станет вдовой, или Ианта навсегда лишится шанса стать для Люсьена кем-то большим, чем просто Якорь.
— Туда, — сказала Ианта, ускоряя шаг. Кусочки щебня запрыгали по полу, казалось, сама земля содрогнулась. — Оно усиливается.
***
Тишина.
Ни ветерка. Ни воздуха. Только давление.
Вакуум пустоты.
У Люсьена звенело в ушах. Он сделал шаг вперед; сила с ревом проходила сквозь него, устремляясь по протянутой руке к Верховному. Под ботиками хрустело стекло, приказавшее долго жить после первого же взрыва. Стена между камерой и застекленной террасой разрушилась во время волны, которой Верховный намеревался сдержать примитивную силу, исходящую от сына.
Брата Люсьена.
В другом мужчине Люк распознал частичку себя. Себастьян был копией Дрейка, в то время как Люсьен больше пошел в мать, леди Ретберн. Но когда Себастьян с ненавистью глянул на ту, с кем сражался Дрейк, Люсьен, наконец, понял, чем они похожи.
Одиночество. Боль предательства. Брат прошел через те же страдания, которым подвергся сам Люсьен.
— Не могу…сдерживать его…дольше. — Дрейк стиснул зубы. То количество чистой энергии, которое он возвращал в землю, было чрезмерным.
— Тогда позволь ему убить ее, — крикнул Люсьен, отметив, как странно и пусто звучит голос. Он сам начинал чувствовать себя опустошенным. Одно из колец на руке раскололось, когда он извлек слишком много силы, позволяя отцу впитать ее.
Верховный с удивлением посмотрел на Люсьена.
— Нет. Это… мой долг. Не его… Ни один сын не должен…убивать…свою мать.
Экспрессия истощила Дрейка, но он каким-то образом нашел в себе силы и отодвинул усталость на задний план. Так или иначе, он сдерживал напор.
Ощущения стали ярче. От дурного предчувствия по спине Люсьена прошел холодок.
Крики. Ярость и смятение. Перед Люком возникла Моргана, и что-то вонзилось в бок.
— Ваша жертва, мой господин, — прошептала она, вперившись зелеными глазами в глаза Люсьена.
И началась агония. Красная волна затопила зрение, все раскололось, пока Люк не почувствовал будто стоит в двух местах одновременно. В одном мире он, пошатываясь, шагал по полу, хрустя ботинками по стеклу, в другом разлилось болезненное ощущение небытия, только ледяные каменные стены и скрытая в тени фигура. Незнакомец развернулся лицом к Люсьену и стянул с лица черный капюшон.
— А вот и ты, — раздался в голове чей-то шепот. Невидимые когти вцепились в Люка.
Он закричал — сбылись все его старые ночные кошмары.
Моргнув, Люк понял, что больше не стоит на застекленной террасе. Два мира слились воедино. Теперь он надрывался в тюрьме вечной пустоты, где сквозь решетку над головой виднелась лишь странная тусклая луна, а стены походили на мерцающую дымку.
Придя в себя, Люсьен хрипло спросил:
— Где я?
Фигура в капюшоне обрела очертания. Это был демон во фраке и маске. В тонких прорезях для глаз мерцала чернота, которая словно затягивала в бесконечность. Демон улыбнулся, и маска жутко исказилась, повторяя выражение его лица.
— В моей тюрьме. В твоем разуме. — Он раскинул руки. — Там, где я обитаю. Куда ты забросил меня, после того как я выполнил сссвою работу.
Нет. На коже выступил холодный пот. Люк отступил.
— Как?..
Демон приблизился, не сделав ни единого шага.
— Ты помнишь мое имя?
Лешер. Люсьен не осмелился произнести его вслух.
— Я изгнал тебя.
Демон улыбнулся шире.
— Да. Сссюда. Ты не знал, что я наблюдаю за тобой? Всссе это время?
На кончике пальца существа закружился энергетический пузырь. Внутри мутного шара Люсьен увидел себя и Ианту, в постели. Она в экстазе выгнулась на темных простынях, запрокинула голову…
 
Люсьен пробил пузырь, и тот растворился, как дым.
— Не за ней.
«Демон не может причинить мне вред, — внушал себе Люсьен. — Это иллюзия, созданная где-то в пределах моего разума. На самом деле я не здесь».
— Ты не можешь перебраться в реальный мир.
Демон рассмеялся. Он исчез, а потом возник прямо перед Люсьеном. Существо набросилось на него, обхватило за затылок и тесно прижалось всем телом. А потом демон лизнул щеку Люсьена.
Кожу словно опалило кислотой. Задыхаясь, Люсьен пытался оттолкнуть существо, но слышал только издевательский смех. Демон обладал железной хваткой. Он вцепился в рубашку Люка, просачивался сквозь нее, и казалось, что сердце защищает только слой плоти.
— В этом месте я правитель, — прошептал Лешер. — Ты здесь не обладаешь никакой властью. Только я. Все, что мне нужно было делать — ждать, когда ты откроешься на психическом уровне и прольется кровь. — Он склонился еще ближе, его дыхание пахло корицей и жжеными специями. — Разве ты не видел сон обо мне? — Ядовитый шепот. Он вызвал воспоминание о ночном кошмаре, слишком ужасном, чтобы помнить. — Да. Этот.
Красные шелковые простыни. Обнаженная плоть. Демон сплетается с Люсьеном, сливается с ним, их тела медленно превращаются в единое целое, и в итоге на кровати остается только Люсьен. Он лежит, уставившись в потолок черными глазами…
Нет. Нет. Он не будет вспоминать. Этого не произойдет. Демон не может отнять у него тело, он лишь показал, чего так отчаянно желает.
— Ты уверен? — едко спросил Лешер, снова прижимаясь к Люсьену. От этого движения Люка затянуло обратно в кошмар…
Ианта. Люсьен прогнал все мысли, цепляясь за воспоминания о ней. Ее парфюм, прикосновения, улыбка… Он немного пришел в себя.
— Она очаровательна. Пожалуй, пребывая в твоем теле, я тоже смогу ею насладиться.
Люсьена затопила ярость. Каким-то образом ему удалось схватить существо за горло и швырнуть в ледяные стены. Те затряслись, и демон скривился. Это немного приободрило Люсьена.
— Ты никогда не прикоснешься к ней. Никогда!
Он был на грани. Ярость придала ему сил. Внезапно, Люсьен осознал, что отдалился от демона. Снова стал самим собой.
Но как ему удалось выбраться?
Где-то рядом зашуршали юбки.
— Люсьен! — Кто-то схватил его за рукав. Здесь и в то же время не здесь. — Люсьен, очнись! Возьми меня за руку!
А затем прямо перед ним возникла Ианта. Ее силуэт был таким же размытым, как и видение, показанное демоном.
Она не видела существо рядом с Люсьеном. Не видела этот мир. Но каким-то образом соединяла оба. Сиреневый цвет ее юбок казался таким ярким, таким насыщенным на фоне холодных черных стен тюрьмы, пусть даже Ианты на самом деле там не было. Люсьен смотрел прямо сквозь нее, но ее прикосновение…удерживало. Неожиданно ощущение земли под ногами стало таким реальным. Всплески магии с треском прорвали окутывающие его чары, и он увидел Дрейка. Верховный с распростертыми руками, кольца на которых искрили и тлели, швырял в бывшую жену заклинания. Моргана, ошеломленная тем, что Дрейк и Себастьян одновременно наседают на нее, отплачивала тем же, пятясь и в спешке путаясь в красных юбках. Все это проплывало вокруг Люсьена в странной, искаженной последовательности: фигуры двигались очень медленно, и только облако заклинаний придавало хоть какую-то значимость этому миру. Боевые сферы сталкивались, взрывались яростным фейерверком красно-голубых всполохов.
Единственное, что казалось настоящим — собственное измученное тело, и Ианта, которая склонилась над ним и отчаянно пыталась остановить кровь.
Она все еще сжимала его руку.
— Лишшшь она может тебя удержать, — злобно произнес Лешер. Он потянулся и схватил Ианту за запястье.
— Он мой, — прокричала она.
— Лишь она может удержать тебя, — поправил демона Люсьен, сдвигаясь так, чтобы вклиниться между ними. Теперь он чувствовал себя сильнее. — У тебя нет власти надо мной. А у нее есть. Я всецело принадлежу ей: телом, сердцем и душой.