Узы тьмы (ЛП)

— Войдите.
Дверь отворилась, на пороге стоял Люк.
Высокий, красивый, головокружительно опасный. Черты Люка заострились. Он словно витал где-то далеко отсюда, но при виде Ианты в его глазах вспыхнул огонек. Люсьен повернулся к ней, будто его тянуло магнитом. Сердце Ианты забилось чаще. Всем своим существом она хотела упасть в его объятья, раствориться в нем и отдаться ему на милость.
«Пожалуйста, пожалуйста, помоги мне!»
Люсьен нахмурился, будто услышав ее мольбу.
— Ничего не удалось выяснить?
— Ничего.
Можно ли доверять Люку? Утром он рассказал ей о своих шрамах, откровенно поведав о том, что его мучит. Но как оба они признались, между ними еще остались секреты.
Люсьен внимательно посмотрел на Ианту.
— Нам нужно поговорить.
Ианта почувствовала, как в горле застрял комок.
— Да.
Люк со вздохом расстегнул воротничок и сдернул галстук. Впервые Ианте показалось, что Люсьен колеблется; весьма неприятное ощущение. Он всегда отличался уверенностью, и лишь недавно Ианта стала замечать проблески уязвимости. Даже лицом к лицу с полчищем тварей и полагаясь только на физическую силу, Люк не дрогнул.
Это из-за нее. Люк волновался за Ианту. А точнее, нервничал перед предстоящим разговором.
Не он один.
— Мы ходим вокруг да около уже столько времени, — начал Люсьен, отбрасывая галстук в сторону, — а ведь я чувствую, что мы становимся все ближе.
— Я тоже, — чуть слышно прошептала Ианта.
— И я надеялся, что ты будешь откровенна со мной.
— Люсьен…
Люк жестом остановил ее.
— Я понимаю, почему этого не произошло. Мы не лучшим образом начали наше сотрудничество. Черт возьми, да я практически пригрозил уничтожить тебя! — Вздохнув, Люк приблизился. Каждая черточка на его лице застыла в напряжении. — Мне нужно услышать правду, Ианта. Откройся мне. Клянусь, я оправдаю доверие.
Сердце Ианты бешено колотилось, она пристально посмотрела на Люка. О чем он?
— Возможно, я заслужу твое доверие, если сам буду откровенен.
Люк потянулся к Ианте и взял ее за руки.
Она не могла отвести взгляд от Люсьена, от завораживающего золотого свечения его глаз. Глаз, полных желания. Не секса, близости. Люсьен открылся ей, и узы меж ними воззвали к ней, побуждая открыться в ответ.
— Ты права. — Люк всем телом выражал нежелание продолжать. — Моя аура была повреждена то ли демоном, то ли лордом Ретберном, когда я попытался разорвать узы, которые он на меня наложил. Я не уверен, что смогу в полной мере пользоваться колдовской силой… Каждая попытка причиняет мне боль, как от прямого удара кинжалом в голову, и я инстинктивно стараюсь избегать этой боли.
— Ах, Люсьен…
Но он продолжил:
— Я так напуган. Смогу ли я когда-нибудь воспользоваться своим мастерством? Не знаю. Но это не единственное, что меня страшит. У меня ничего нет, Ианта. Ни друзей, ни семьи, ни даже собственного угла. Я никогда никому не принадлежал. Кроме тебя. — Люсьена потупился, словно чтобы рассмотреть их сплетенные руки. — Я уверял себя, что между нами ничего нет.
Между нами. Что между нами не возникло чувство. Сердце Ианты защемило от горького осознания, как Люк одинок.
Люсьен поднял руку, но остановился, почти касаясь губ Ианты. Черные ресницы обрамляли его прекрасные глаза.
— Я не могу больше обманывать себя. Ты меня пугаешь. Ведь я хочу тебя больше всего на свете.
Люк приблизился, его веки потяжелели.
Сердце Ианты затрепетало.
Неужели он?.. Неужто он собирается?..
Однако дрожащих губ Ианты коснулись не губы, а что-то более нежное. Ианта ощутила мягкое, томное прикосновение к коже, и что-то внутри затрепетало.
Ианта отстранилась.
— Неужели это… — Цветок. Сирень, немного потрепанная, но все еще душистая.
— Мне необходимо знать, — хрипло прошептал Люсьен, — что мои чувства взаимны. Дорог ли я тебе? Хочешь ли ты меня с той же силой?
Он даже не представляет, с какой! Сердце Ианты кольнуло, она подалась к Люсьену.
— Конечно! Я хочу тебя больше, чем что-либо. — Ианта отвела цветок в сторону и посмотрела Люсьену в глаза. — Я считала себя сумасшедшей за то, что осмелилась, но…
 
— Ты доверяешь мне?
— Да. — Ианта обвила его за шею. Она ждала обещанного поцелуя, но Люсьен никак не замолкал.
— Я достаточно ждал, Ианта. Объясни же наконец, что происходит…
Пропади все пропадом.
Ианта подалась вперед и притянула Люка к себе. Она так долго ждала этого мига. Как только их губы соприкоснулись, Люсьен резко выдохнул и задержал дыхание, и тут же его сильные руки заключили Ианту в крепкие объятья, а поцелуи стали напористыми.
Поцелуй оказался именно таким, каким Ианта себе представляла: жадным, страстным, яростным. Полным вожделения, как будто оба мечтали об этом, сгорали от предвкушения. Чуть дыша, охваченная желанием Ианта позволила настойчивым губам Люка полностью завладеть ею. Целую вечность их тела и губы выражали то, что они чувствовали. Языки любовников сталкивались, Люсьен теснил Ианту до тех пор, пока она не уперлась в стену. Ианта посмотрела на Люка. Он прижал ее запястья к обоям, темные тени плясали в его глазах. Люк тяжело дышал.
— Но почему? — Люсьен вглядывался в лицо Ианты.
Она нарушила правила и проиграла пари.
И ей было совершенно наплевать.
— Потому что мне не важно, кто выиграет, — прошептала Ианта, — мне важен лишь ты.
И снова поцеловала Люсьена.
***
Их первый поцелуй не походил на капитуляцию.
Напротив, он выражал требование, пылкую мольбу. Как будто две половинки одной души наконец воссоединились, зазвенев в унисон. На губах Люсьена отпечаталось ощущение от губ Ианты, и ему это нравилось.
Мог ли Люк мечтать о таком? Найти спутницу, которая восхищала бы и была ему ровней почти во всем? Эта мысль немного успокаивала. Ианта давала ему больше, чем поцелуи и секс, она давала ему надежду на будущее. Его будущее. В тот момент благодаря Ианте Люк видел не только холодные пустые комнаты родового гнезда Ретбернов. Но и смех, и нескончаемые горячие споры. Носящихся по дому детей с его глазами и улыбкой Ианты. Мог представить, как он сам будет лежать с ней бесконечными дождливыми утрами, слушать стук дождя по крыше и забываться в поцелуях.
Только бы распутать этот дьявольский клубок Морганы.
Люсьен прервал поцелуй, едва переводя дыхание. Прижав лоб ко лбу Ианты, он перехватил ее запястья, и Ианта более не могла дотянуться до него. Как бы Люку этого ни хотелось. Он готов был сгинуть в сладком забытьи, но ставка слишком высока.
— Если бы ты не поцеловала меня первой, — прошептал Люсьен, — это сделал бы я. Боже, как я мечтал об этом!
— Тогда не останавливайся, — Ианта высвободилась и обхватила лицо Люка. Ее черты исказило отчаяние. — Поцелуй меня, Люсьен. Поцелуй со всей страстью, на какую способен.
— Страсти мне не занимать. — Он завладел ее губами, будто не мог справиться с желанием. Люк легко касался губ Ианты, словно она была самым хрупким сокровищем, а затем нехотя отстранился. — Но нам необходимо поговорить. — Он сам услышал сожаление в собственном голосе. — Я обещаю искупить вину сотнями поцелуев, тысячами! А сейчас скажи мне правду…
— Правду? — Ианта изумленно посмотрела на Люка, а потом вдруг подобралась, словно ожидая удара. Все вожделение исчезло с лица.
Была не была. Люк должен это сказать.
— Я знаю, что ты взяла кинжал.
Ианту охватила паника. Именно эту эмоцию различил Люк на ее лице. Она отшатнулась, ухватилась за край стола, и слезы заблестели на ее глазах.
— Я не причиню тебе вреда, — заверил Люсьен, вскинув руки. «Верь же мне, черт возьми!» — Я не выдам тебя Верховному, но мне необходимо знать, что же происходит.
— О Господи. — Ианта прижала пальцы к губам, отвернулась, неуверенным шагом дошла до камина и ухватилась за него. — Откуда ты…
— Откуда я узнал?
Ианта кивнула, но не оглянулась.