Узы тьмы (ЛП)
— Демон способен сделать намного больше. Вы не могли бы разузнать, готов ли ваш отец завершить заклинание? Быть может, вы?..
— Отец носит на шее охранный кристалл, который не позволяет мне читать его будущее. — Клео всегда гадала, что же скрывает отец. — Но я знаю, что он вступил в сговор с женщиной по имени Моргана и…
— Моргана?
Клео замолчала.
— Да. Вам она знакома?
— К сожалению. — Элинор заговорила отрывисто: — Я должна передать Дрейку все, что узнала. У нас еще меньше времени на подготовку, чем мы полагали. Спасибо. Я еще вернусь.
Клео замялась.
— Это я написала то письмо.
— Я знаю.
— Если Верховный поступит согласно намерениям, я готова оказать вам содействие. Я помогу Верховному остановить отца, но у меня есть несколько условий. Верховный должен помочь Себастьяну избавиться и от ошейника, и от матери. И что бы ни произошло, что бы Себастьян ни натворил под влиянием матери, с нами ничего не должно случиться.
— А ваш отец?
Превозмогая страдание, Клео произнесла:
— Если отец призовет главного демона, то нарушит закон. Станет опасным и непредсказуемым, ведь если совершит такой поступок единожды, до каких низостей опустится в следующий раз? Если он призовет демона, у Верховного не будет иного выхода, кроме как поступить в соответствии с нашими законами. Я… я буду горевать об отце, но он сделал выбор, а значит должен быть готов и к последствиям.
— Вы очень смелая.
— Я не знаю, правильно ли поступаю. — Клео склонила голову. — Но надеюсь, что правильно.
— Если решение дается трудно, — ответила Элинор, — то правильно. Пусть это служит вам путеводителем в будущем, что бы оно ни готовило. Я вернусь, когда разузнаю больше. Здесь самое безопасное место для встреч?
— Это единственное место, где за мной не следят. Но сегодня я выхожу замуж, и не знаю, где я буду жить.
— Можно взять у вас волос?
Клео кивнула и почувствовала, как волос резко дернули.
— С его помощью я всегда найду вас. Если через два дня я не вернусь, будьте крайне осторожны, прежде чем что-либо предпринять. И не упоминайте о моем визите тем, кто вас охраняет. Они работают на вашего отца, а не на вас.
— Я поняла это, когда мне было девять.
***
Элинор спешно пробиралась через рощу, окружающую огороженный сад на краю поместья Тремейна. Демоны. Господь милостивый, значит это правда. Надо предупредить Дрейка.
— Ну здравствуй, Элинор, — произнес мужской голос.
Она замерла, прежде чем обернуться. Темные силуэты с закрытыми капюшонами лицами выскользнули из-за деревьев. Один, двое, трое, четверо. За спиной треснула ветка, раздавленная каблуком сапога. Элинор резко обернулась и увидела еще одного мужчину, выше остальных. Его она знала.
— Тремейн. — Элинор сглотнула твердый ком, застрявший в горле. — Хорошо выглядишь.
Лорд Тремейн медленно стянул перчатки, один палец за другим. Он постарел с их последней встречи, но глаза были так же полны злобы, а толстые губы так же сжимались в неприятной улыбке.
— Ты и вправду полагала, что поместье не охраняется? Я действительно не могу создать стража, способного защитить поместье или отвадить врагов, но вполне способен сотворить того, кто оповестит меня, если какая пташка шныряет тут и там, пытаясь остаться незамеченной.
Взгляд Элинор скользнул на фигуры мужчин, которые сжимали кольцо все плотнее, и обратно на Тремейна.
— Ты раньше не был столь искусным.
— Верно, но теперь у меня есть влиятельные друзья. Они-то и учат меня совершенствовать мое мастерство.
— До меня дошли кое-какие слухи. Хотя я бы не стала называть этих покровителей друзьями. Ведь бывшая герцогиня выкрала тогда роковые реликвии у тебя из-под носа, хоть ты считал ее союзником?
Элинор начала медленно перенаправлять энергию, концентрируя волю. Ее сердце забилось чаще. «Я совершила глупость, придя сюда в одиночку».
Тремейн фыркнул.
— Скажем так, враг моего врага — мой друг.
— И ты хочешь заполучить то, чем владеет Дрейк, больше, чем отомстить Моргане?
— Я хочу вернуть то, что этот мерзавец у меня украл!
— А дальше? — Элинор тянула время до того момента, как накопит достаточно энергии.
— Дальше?
— Брось. Давай не будем притворяться, будто тобой движут бескорыстные или благородные побуждения, Тремейн. Бывшая герцогиня подозревает, что она должна быть предельно осторожной, как только ты расправишься с Дрейком?
Его взгляд внезапно скользнул влево.
— Ерунда. Мой союз с Морганой нерушим.
Все разговоры были ни к чему. Элинор возвела руку, и по мановению одного лишь слова огненные комки энергии выплеснулись из ее ладоней и сформировались в магические сферы.
— Что ж, не будем ходить вокруг да около. Я тоже научилась кое-чему, Тремейн.
Элинор запустила одну из сфер, а из другой сотворила заклинание, как вдруг…
Огромная энергетическая волна сбила ее с ног, закрутила, повалила, и Элинор припечаталась лбом об дерево. Ее колдовство угасло, и на мгновение в глазах потемнело. Когда зрение вернулось, она увидела приближавшихся к ней двух мужчин. Вернее, одного. Что же произошло? Тремейн недостаточно силен, чтобы избавиться от ее чар и ударить энергетическим потоком такой мощи.
— Прекрасная работа, Себастьян. — В голосе Тремейна звучала гордость наставника.
Себастьян? Элинор похолодела. Молодой колдун в ошейнике, именно его попросила спасти Клео, это он мгновение назад использовал экспрессию.
Мужская фигура, стоящая перед ней, сняла темный капюшон, и Элинор потеряла дар речи.
— Дрейк? — Зрение ей изменило. Этот человек слишком молод, но у него те же темные волосы, да и глаза… Но более смуглая кожа и небольшая ямочка на подбородке. Потрясающее сходство, кто же…
И вдруг ее осенило.
Все эти годы скорби, боль в глазах Дрейка каждый год в июне, когда приближалась годовщина смерти сына… Элинор побледнела. Ах, лживая стерва!
— Боюсь, ты ошиблась, Элинор. — Тремейн подошел ближе и ударил носком сапога меж ее ребер.
Элинор вскрикнула и повалилась в кучу листьев. Она уловила движение и вскинула руки, чтобы защитить лицо, но удара не последовало. Тремейн тяжело выдохнул.
— Она повержена. — Холодный жесткий голос сына не имел ничего общего с голосом отца. Незнакомец с лицом молодого Дрейка положил руку на грудь Тремейна. — Ни к чему ее пинать.
— Да что ты знаешь, мальчишка! — Мрачно улыбнувшись, Тремейн обернулся к Элинор. — Она, считай, уже мертва. Но сначала нам необходимо выяснить, что Элинор здесь делает, и что известно Верховному.
Глава 18
«Доверие — явление переменчивое».
— Расскажи мне о слугах, — Люсьен поудобнее устроился на диване в ресторане. Он до сих пор не знал, что делать с внезапным открытием, что напротив него сидит воровка. Однако понимал, что должен собрать больше сведений.
А главное разобраться, зачем она это сделала.
Умом он понимал, что должен выдать Ианту Верховному. Реликвия слишком опасна, чтобы оставаться в руках врага. Но часть его сознания, та, что чувствовала любовь Ианты, когда она говорила о Верховном, подсказывала Люсьену, что нужно подождать. Партия еще не сыграна. Картина не прояснялась, и особенно та ее часть, где Ианта предает дорогого ей человека. Пока Люсьен нашел лишь туза в ее рукаве.
И кроме того, он-то не предан Верховному. Если и обязан кому-то, то скорее самой Ианте. Нахмурившись, он отломил веточку от букета сирени на столе и повертел в руках. Цвет сирени напоминал о глазах Ианты, но слишком хрупкие лепестки легко мялись. Ианта не такова. По крайней мере Люсьен на это надеялся.
— Слугах? — Ианта задумалась, и вилка с кусочком жареного голубя повисла у ее рта. Она ела механически, ее мысли находились за тысячи миль отсюда. — Каких?