Брачный аферист

Все это не должно ее волновать, упрекнула себя Натали. Она вовсе не собиралась производить ни на кого впечатление — она здесь совсем не для этого! Тем не менее, быстро распустив волосы, она провела по ним щеткой и связала их опять, потом легко коснулась рта губной помадой. Хотя результат был минимальным, она сразу почувствовала себя лучше.
Моника тем временем с чисто научной дотошностью изучала устройство биде.
— А теперь пойдем, — позвала ее Натали. — Как насчет апельсинового сока? Хочешь немножко?
— Со-ок, — радостно закивала Моника.
Как только Натали открыла дверь, девочка опрометью бросилась через кабинет Джека. Посередине она нерешительно остановилась и принялась разглядывать незнакомое помещение, но потом, увидев Джека, застенчиво улыбнулась и оглянулась на мать, чтобы удостовериться, все ли в порядке.
— Не бойся, это дядя Джек, — ласково успокоила ее Натали.
Джек, так неожиданно введенный в круг членов семьи, выгнул черную бровь в веселом недоумении.
— Сейчас она выглядит значительно лучше, чем несколько минут назад, — отметил он, улыбнувшись. — Может быть, попросить принести молока или чего-нибудь еще? Она умеет пользоваться чашкой?
— Не беспокойтесь, у меня есть сок, — ответила Натали, доставая из сумки банку и привычным движением срывая крышку. — На-ка, птенчик, и скажи спасибо.
— Пасибо, — послушно повторила девочка, не отрывая глаз от высокого мужчины, стоявшего рядом, и одновременно обеими руками поднося ко рту банку с соком.
Джек улыбнулся.
— Чего там у вас только нет! Похоже, в этой сумке можно найти все, за исключением, разве что, кухонной раковины.
— О, думаю, рано или поздно и она там окажется, — весело ответила Натали. — Первая заповедь любой матери — быть готовой ко всему!
Шутка оказалась несколько неуместной. Джек, начинавший привыкать к присутствию Моники и даже, казалось, иногда получавший от него удовольствие, по-прежнему встречал натянуто любое упоминание об ответственности, неразрывно связанной с радостью общения с маленьким ребенком.
Он направился к обтянутым бледно-серой тканью креслам, окружавшим кофейный столик со столешницей из цельного куска полированного мрамора, жестом приглашая ее присоединиться к нему. Да, с расходами здесь не считаются, отметила Натали, впервые внимательно разглядывая огромную комнату.
Сказать, что кабинет был размером с футбольное поле, было бы преувеличением, но он был полон света и воздуха, что делало его просторнее. Пол устилал серый ковер, а стены ему в тон оживляли вспышками красок картины современных художников.
— Сейчас принесут кофе, — сказал Джек. — Похоже, вам крепко досталось.
Натали кивнула, чуть заметно улыбнувшись.
— Я просто не знала, что делать. Вот почему я… пришла к вам. — Охватившая ее поначалу паника немного улеглась, оставив ощущение полной опустошенности. — У меня в голове не укладывается, что Антуан мог так поступить со мной. И я ума не приложу, как могла оказаться подобной дурой? Почему не пригляделась к нему повнимательнее? Никогда не думала, что так плохо разбираюсь в людях.
— Боюсь, это в равной степени относится к нам обоим, — сухо заметил Джек. — Как выясняется, он весьма опытный жулик. Теперь уже осталось мало сомнений в том, что афера была тщательно спланирована заранее.
— Да, полагаю, что так, — согласилась Натали. Отрицать это было бы глупо, так же, как невозможно было отрицать и то, что она испытала немалое облегчение, уверившись в невиновности Джека. — Есть известия от частных детективов? — спросила она, чтобы отвлечь мысли от этого опасного направления.
Джек покачал головой.
— Пока нет. Они проверяют информацию, поступившую из Конго, а также пытаются выяснить, чем занимался Лемэр до того, как объявился здесь. Было бы неплохо, если бы вы поговорили с ними.
— Конечно… Моника, чего ты хочешь? Нет, сначала поставь банку. Похоже, ей опять понадобились ваши ключи, — повернулась Натали к Джеку.
— Неужели? — Он улыбнулся малышке, обхватившей его за колено, и, вытащив ключи из кармана, потряс ими перед ее носом. — На, держи.
 
Она взяла у него полюбившуюся игрушку, сосредоточенно посмотрела на нее и неожиданно вернула Джеку. Несколько удивленный, он собрался было опустить ключи в карман, но девочка решительно запротестовала, вновь протягивая ручку.
Натали рассмеялась.
— Предполагается, что вы должны снова отдать их ей. Это такая игра.
— А, понятно.
Он осторожно шлепнул ключами по протянутой пухлой ладошке, и Моника, залившись восторженным смехом, возвратила их назад. Этот обмен повторился не один раз, и Натали наблюдала за ним в полном удивлении — она никак не ожидала от Джека Вендела такого терпения.
— Ах ты, маленькая мартышка, — проговорил он и, смеясь, наклонился, чтобы похлопать ее по круглому животику. — Ты что, намерена заниматься этим весь день?
В этот момент раздался стук в дверь, и на пороге появилась секретарша, неся серебряный поднос с кофейными чашками. Недоуменно выгнув тщательно подведенную бровь при виде Моники, пытавшейся забраться повыше по ноге Джека, она перевела теперь уже полный враждебности взгляд на Натали.
— Боже, Джек, ты решил поиграть в няньку? — с легкой издевкой спросила она, заставив Натали скрипнуть зубами от негодования. — Вот уж не думала, что доживу до такого!
— Сейчас я заберу ее, — быстро предложила Натали и, протянув руки, взяла Монику и посадила к себе на колени.
К ее облегчению, девочка не стала устраивать скандала. Вдоволь наревевшись до этого, она изрядно устала и теперь, положив щеку на пухлую ручку, моментально уснула.
Джек, улыбнувшись, взглянул на секретаршу. Даже если его и застали врасплох за абсолютно не свойственным ему занятием, он не подал виду.
— А, кофе. Спасибо, Мари. Поставь его на стол, хорошо? Между прочим, ты не знакома с Натали? Это жена Антуана Лемэра. Она была тогда на нашей дружеской вечеринке. По-моему, вы обменялись парой фраз.
Навстречу Натали протянулась изящная холеная рука.
— Как поживаете, Натали? Какое чудесное имя! Вы, очевидно, русская?
— Нет, дело в литературных пристрастиях моей матери, — привычно протараторила она, отвечая на рукопожатие.
— Так, значит, вы жена Антуана, — многозначительно протянула Мари, всем своим видом давая понять, что невысокого мнения о женщине, которая была настолько глупа, что вышла замуж за вора-бухгалтера. — Вы знаете, где он сейчас?
— Нет, не знаю, — ответила Натали, стараясь сохранять остатки достоинства. Она была близка к тому, чтобы признать правоту Мари. — Я не видела его вот уже два дня.
— Ах, какая жалость… Джек, мне сообщили имена приглашенных на выставку в Токио. Следует ли заказать билеты?
— Да, пожалуйста, Мари. Ты сможешь полететь туда со мной?
— Конечно.
Выходя из кабинета, она была похожа на кошку, добравшуюся до сметаны, и Натали ощутила резкий укол в сердце. Неужели Джек спит со своей секретаршей? Она, бесспорно, относится к тем женщинам, которые могли бы привлечь его, — безукоризненно сшитый костюм, уверенные манеры и речь, за которыми чувствовалось дорогое частное образование.
Черт побери, да она же ревнует! Это чувство было из разряда тех ощущений, которых она прежде не испытывала. Симон никогда не давал ей поводов к ревности, а Антуан… Если быть честной, то он был не способен вызвать в ней столь глубокие эмоции.
Джек тем временем наполнял чашки из старинного серебряного кофейника.
— Сливки, сахар? — спросил он.
— Немного сливок, пожалуйста, — с усилием выговорила Натали.
Он передал ей чашку и откинулся в кресле, серьезно глядя на нее через стол.
— Ну а теперь расскажите, что же все-таки случилось, — попросил он. — Каким образом Антуану удалось заставить вас подписать бумаги?
Натали криво улыбнулась. Ей было неудобно признаваться в своей глупости, но, тем не менее, она выложила ему всю правду. Джек внимательно слушал, изредка задавая вопросы, чтобы прояснить ту или иную деталь.