Пустой трон Одиссея (СИ)

— Не торопись, — тихо остановила моряка Зена. — Каков он собой?
Светло-серые глаза Сокрана широко распахнулись и выпучились, как у лягушки. Воительница подавила вздох и спросила:
— Высокий? — моряк кивнул. — Выше меня? — Кивок. Наконец Собран снова обрел голос:
— Примерно такой, — он показал, приподняв ладонь ненамного выше собственной макушки. — И такой, — моряк широко развел руки, — в плечах. На нем черная кованая хламида с бронзовыми пластинами на плечах. Так они кажутся еще шире. И… погоди-ка, — взволнованно добавил он, — его руки! На этой, — он поднял правую и затряс головой, — нет, на другой: так! — Собран загнул указательный палец и встревоженно посмотрел на Зену.
  
— Ага, не хватает пальца на левой руке, — догадалась воительница и улыбнулась. Улыбка эта была зловещей.
Габриэль схватила обеими рунами развевающиеся волосы и сощурилась на солнце:
— Похоже, ты с ним знакома?
Зена улыбнулась еще шире, но ее глаза остались ледяными. Собран сглотнул и попятился, чуть не свалившись на мягкий влажный песок.
— Да, я его знаю. Это человек Драконта, — ответила воительница.
— Этого нам только не хватало, — пробормотала Габриэль. — Значит, возможно, что сам Драконт…
— Драконт! — моряк оступился и вцепился в руку воительницы, она легко освободилась. Он даже не заметил этого и ухватился за Габриэль. Девушка недовольно поморщилась. — Он… Он…
— Точно, — сказала Габриэль. — Вообще-то мне больно, — добавила она. Собран смущенно заморгал, тихо охнул и отпустил ее. Девушка улыбнулась: — Благодарю. Теперь ты можешь успокоиться. Перед тобой Зена. Может, ты о ней и не слышал, но она великий воин, ей все нипочем, — Зена чуть подняла глаза и перехватила удивленный, испуганный взгляд моряка и улыбнулась, на этот раз ободряюще.
Собран отвел глаза и посмотрел в море, вдали виднелась туманная полоса — должно быть, остров Итака.
— Значит, Драконт, — пробормотала Зена, Габриэль бросила на нее тревожный взгляд, беспокоясь, не сболтнула ли она лишнего. Но Сокран так тревожился…
Геспер отрывисто кивнул моряку:
— Зена спасла всех мужчин Изоса; но это слишком длинная история. Когда-нибудь я расскажу тебе. Поверь, Сокран, на нее можно положиться.
Все еще придерживая уздечку, подошел Алеппис и тоже кивнул:
— Это точно, — еле слышно пробормотал он и украдкой взглянул на воительницу: услышала ли? — Прости, я только хотел…
— Ну конечно! — весело перебила Габриэль, но стоило ей взглянуть на подругу, как от веселья не осталось и следа. — Можно с тобой поговорить, Зена? Всего минутку. — Воительница кивнула. — Тогда не будем терять время. Может, вы трое пока займетесь погрузкой?
Зена поддержала подругу:
— Начинайте погрузку. Мы ненадолго, — она повернулась спиной к кораблю и отошла на несколько шагов. — Ну?
С минуту Габриэль молчала, нахмурив лоб и глядя перед собой отсутствующими глазами, и наконец сказала:
— Я знаю, что ты задумала, Зена. Вижу по глазам.
— Неужели?
— Ты собираешься пойти к Драконту и сделать вид, что ты прежняя Зена, жестокая и опасная, которую он знал и любил, да? Как с этим вшивым Мезентием и остальными…
— У тебя есть идея получше? — мягко спросила воительница, когда Габриэль затихла.
— Может, появится, если ты дашь мне время.
— У нас нет времени, Габриэль. Ты слышала, что сказал Собран. Драконт убьет заложников.
Габриэль в отчаянии развела рунами; волосы ее беспорядочно бились на ветру. Словечко, немало удивившее подругу, слетело с ее губ. Девушка машинально поймала пряди и обернула их вокруг руки.
— Я боюсь, что ты останешься с ними.
— Кто знает, — перебила Зена. — Только не в этот раз. Драконт не станет мне доверять, такова его натура. Зато Полизей простак, — воительница поджала указательный палец, подняла руку и невесело рассмеялась.. — Он поверит всему, что я скажу.
— Но…
— Ценю твою заботу, Габриэль, поверь, — Зена взяла девушку за руку. — Но в городе мирные жители: женщины, дети и слуги, которые никогда не держали в руках орудия. Если Одиссей и оставил на острове вооруженных людей, им все равно не сравниться с вояками Драконта. Мы их единственная надежда. Впрочем, можно отправить посланца к царю Менелаю и подождать, пока он пришлет сюда войско.
Габриэль фыркнула:
— О, конечно! Ради старого друга он готов на все! — Может быть. А может, и Нестор тоже. На это уйдут недели, но у жителей Итаки их нет, — воительница зашагала по песку.
Сокран присматривал за погрузкой вина и зерна, но мысли его были далеко, там, где за морем угадывалась полоска земли. Когда Зена вернулась, он едва не ломал руки.
— Сокран, нам надо поговорить, — сказала воительница. — Разговор недолгий. Не перебивай, и тогда мы закончим совсем быстро. А еще лучше, собери всех на палубе, пусть тоже послушают. — Зена слегка подтолкнула моряка, он замахал руками, стараясь удержать равновесие. Воительница заняла его место рядом с двумя поселянами, поднимавшими на корабль за веревочные ручки тяжелую корзину с вином. Габриэль пошла следом.
Двое моряков оказались подростками, рулевой же был старше Сокрана. Это был хилый седой мужичок; мускулы у него наблюдались только на правой руке: следствие его нелегкой работы. К чести рулевого надо сказать, что именно он разом утихомирил товарищей, когда Зена взошла на палубу. Достаточно было его знака и одного слова. Рулевого, в свою очередь, угомонил Сокран, Алеппис и Геспер все еще возились с корзиной, пытаясь укрепить ее понадежнее. Зена бросила на них короткий взгляд, затем оглядела собравшихся.
— Есть ли среди вас те, кого не ждут на острове семьи?
Мальчики переглянулись и застенчиво подняли руки.
— Мой отец ушел с царем на войну, а мать умерла прошлой осенью. Единственный мой родственник — двоюродный брат, — юноша кивком указал на другого парнишку.
— Меня воспитала семья Розеноса, — сказал тот. — Отец тоже ушел воевать. А мать умерла, когда я был младенцем.
Габриэль отвернулась, прикрыв увлажнившиеся глаза.
Зена кивнула:
— Ясно. Вы останетесь здесь, а мы с Габриэль займем ваши места, — прежде чем мальчишки успели возразить, воительница повернулась к рулевому. — На берегу есть охрана? Судно проверяют?
Он посмотрел куда-то вдаль:
— Как только мы причалим, нас встретят двое стражников: один по колено в воде, другой на твердой земле. Тот, что в воде, поднимется на корабль и обыщет его, второй помчится во дворец доложить, если что-то не так. Он на коне.
— А что не так. Скажем, он обнаружит на корабле лишних?
— Ну, если кто-то из нас пропал, или на судне не тот груз… Они сказали: любая мелочь.
— Как твое имя, рулевой?
— Мелайос, воительница, — он указал на чернобородого, черноволосого великана, который увязывал корзину с вином: — А это Зоран.
— Значит так, Мелайос. Высади двоих мальчиков на берег и столкни корабль в воду… Стой! Нам нужны их хламиды и шапки.
— Мальчики могут вернуться с нами в Изос, — предложил Геспер, выбираясь из трюма.
— Возвращайтесь скорее и отправьте гонца в Пилос, — велела Зена. — Сошлитесь на меня, чтобы вас пропустили к царю Нестору, расскажите ему, что творится в Итаке. Передайте, Зена настаивает, чтобы царь разослал вести остальным правителям союза и призвал их в Итаку на помощь. — Воительница взяла одну хламиду из плотной синей ткани, накинула ее на плечи и протянула другую Габриэль. — Выполняйте.
Геспер хотел было что-то сказать, но Алеппис потянул его за собой. Юноша промолчал. Два юных моряка уже стояли на песке, упершись плечами в борта корабля и готовые в любой момент столкнуть его в воду.
  
Габриэль спрятала волосы под шапку, поправила выбившиеся пряди и мрачно огляделась вокруг:
— Ненавижу Корабли!
Зена одарила ее язвительной улыбкой:
— Можешь пойти пешком, если хочешь. Девушка рассмеялась, но видно было, что ей не так уж весело. Прозвучала команда, корабль тяжело, со скрипом пополз к морю. Габриэль едва не потеряла равновесие: