Мафиози (ЛП)

Как только вышел оттуда, я связался с одним из моих парней, который занимается техникой, чтобы тот взломал сервер и стер любые данные, имеющиеся у компании на Тею. Гребаные идиоты просто дали мне папку с информацией про ее жизнь, даже не посмотрев на мое удостоверение личности.
Я не заходил в кафе, где она работает официанткой, но наблюдал со стороны. Она работает не покладая рук каждый вечер, и от этого мое сердце разрывается от боли.
Я последовал за ней, когда она отправилась на поезде домой, но находился в другом вагоне и держался на расстоянии. В первый поздний вечер, после того как она благополучно добралась до дома, я заказал для нее китайской еды с доставкой. Она пыталась отказаться, но я доплатил парню еще пятьдесят, чтобы он сказал ей, что это для нее, потому что о ней заботятся.
Теперь каждый вечер я заказываю ей еду на дом. После нескольких дней она перестала отказываться, но мне интересно, догадывается ли она, что это от меня. Чувствует ли она хоть капельку, что я забочусь о ней. Как и обещал.
В конце каждого вечера я смотрю на ее окна и жду, когда свет в комнате погаснет. После этого возвращаюсь домой и думаю о ней, пока не усну. У меня не получается держаться от нее подальше, ведь с каждым днем я становлюсь все менее и менее терпеливым.
Я подъезжаю к своему обычному месту, которое достаточно близко к старому дому, где Тея работает, но недостаточно для того, чтобы она смогла меня увидеть. «Мазерати» торчит в таком районе как этот, но она не обращает на это внимания. Однажды я поговорю с ней о ее окружении.
Я рано приехал, но не против подождать, пока она закончит. Иногда я иду за ней пешком до вокзала и еду с ней. Иногда жду, пока она сядет в поезд, а потом еду прямо к кафе «У Риты». Я барабаню пальцами по рулю, пока тикают часы, отсчитывая минуты.
Тея опаздывает на мять минут, и это меня раздражает.
Выхожу из машины и подхожу к зданию — возможно, смогу увидеть, что там какое-то совещание или что-то случилось внутри.
По прошествии десяти минут я начинаю злиться, а вместе с этим растет беспокойство.
Наконец, я сдаюсь и вхожу в здание, зная, что Тея обычно выходит через заднюю дверь. Если она работает допоздна, она меня не увидит, и никакого вреда не будет. Вот что я говорю сам себе.
Когда я вхожу, за стойкой администратора вижу молодую девушку, которая жует жвачку и держит в руке телефон, делая селфи.
— Тея Джеймс работает? — спрашиваю я, переходя сразу к делу.
Девушка в замешательстве переводит взгляд с телефона на меня.
— Кто?
— Тея Джеймс. — Я поднимаю руки на уровне груди. — Такого роста, длинные темные волосы, серые глаза.
— Серых глаз не существует. — Она смотрит на меня скептически.
— Ты знаешь ее? — Я раздражен и не делаю ничего, чтобы скрыть это в своем голосе.
— Да, она та тихоня, что сидела в конце зала. Она ушла, — говорит девушка и возвращается к своему телефону.
С меня достаточно. Я протягиваю руку к ее телефону и прижимаю его к столу.
— Она ушла раньше?
— Чувак. Не трогай мои вещи, — говорит она, вытаскивая свой телефон из-под моей руки и оглядываясь в поиске помощи. Когда она никого не видит, наконец, отвечает мне:
— Сегодня она не пришла. Я слышала, что они позвонили ей вчера и уволили, как и кучу других людей. Сокращение или что-то в этом роде.
Я не говорю больше ни слова. Отхожу от стойки и выхожу из здания, по пути вытаскивая из кармана телефон. Парень, которого я поставил наблюдать за ее домом, отвечает после первого гудка. Я сажусь за руль, пытаясь выяснить, что произошло.
— Почему ты не сообщил, что женщина с третьего этажа не вышла на работу сегодня? — Я получаю сообщения о ее передвижениях в течение двух недель, и злюсь, что об этом не услышал ни слова.
— Прости, босс. Я думал, ты только хотел знать, когда она уходит. Сегодня я не видел никакого движения, поэтому решил, что все хорошо.
Я сбрасываю вызов и вдавливаю педаль газа в пол. Обычно мне требуется некоторое время, чтобы добраться в другой конец города, где она живет, но сегодня я добираюсь в два раза быстрее. Я сжимаю руль и маневрирую между машинами, думая о том, что она потеряла работу. Она много работает, но почти ничего не имеет. Я знаю, что, вероятно, она не мечтала там работать, но, кажется, пытается изо всех сил. Бесит, что меня не было рядом, когда ей позвонили. Я не был рядом, чтобы сказать ей, что все будет хорошо.
 
К тому моменту, как добираюсь до ее дома, я вижу своего человека возле стройки через дорогу, где кажется, что он работает. Но на самом деле он наблюдает. Это его единственная работа.
Заметив меня, он сразу подходит.
— Прошу прощения, босс. Я должен был сообщить, что она осталась дома, — быстро говорит он, пытаясь сгладить ситуацию.
— Расслабься, Майк, — говорю я, глядя на здание.
Он кивает, и я прохожу мимо него к задней части здания. Со своего поста Майк следит, когда Тея приходит и уходит, и до сих пор все было хорошо. Но он не видит, что происходит с другой стороны дома, хотя у него есть камеры, которые помогают ему с этим.
Добравшись до заднего входа в здание, я вижу толстого наркодилера по имени Биг Шот. Он почти такой же высокий, как и я, но там, где у меня килограммы мускулов, у него килограммы жира. Его лысая голова блестит, и у него есть бородка, в которой можно разглядеть остатки еды. Рядом с ним стоит почти обнаженная женщина и пара парней, слоняющиеся рядом и пристально наблюдающих за мной.
Я не знаю его лично, но его проверили мои люди, и то, что они узнали, мне не понравилось.
Как только подхожу к ступенькам, Биг Шот встает передо мной.
— Эй, я тебя знаю, — говорит он, глядя мне прямо в глаза. — Ты собираешься повидаться с моей девчонкой?
Ярость нарастает во мне, и я сжимаю кулаки.
— Твоя девчонка? — удается выдавить мне.
— Да, я слышал, как ты привел ее поздно вечером. Но сейчас она собирается. Узнал, что ей нужно где-то остановиться, так что помогаю. Поэтому можешь разворачиваться, красавчик. Не сомневайся, я буду обращаться с ней, как с королевой. — Он облизывает губы, а женщина рядом с ним скрещивает руки на груди и злобно ухмыляется.
С меня достаточно.
Я хватаю его за горло и прижимаю к стене достаточно высоко, чтобы ноги болтались. Он хватается за мои руки, начиная задыхаться, и его парни подходят, чтобы помочь ему. Из-за пояса вытаскиваю пистолет и направляю на них. Когда они останавливаются, я прижимаю пистолет ко лбу Биг Шота.
— Ты знаешь, кто я? — спрашиваю я спокойно, и здоровяк качает головой. Я смотрю на его людей, и они делают то же самое. — Сделаю вам одолжение и расскажу. Я Сальваторе Кастелло.
Услышав мое имя, Биг Шот испуганно распахивает глаза, а его парни начинают оправдываться.
— Похоже, ты знаешь меня. Тогда ты должен был хорошо подумать, прежде чем связываться со мной или с тем, кто принадлежит мне.
Я направляю пистолет в сторону его парней и стреляю. Они убегают вместе с женщиной, и я благодарен себе за то, что не забыл надеть глушитель на пистолет.
Возвращая пушку обратно ко лбу толстяка, я прижимаю горячий ствол к его лысой голове и оставляю ожог. Он издает сдавленный крик, и я сильнее сжимаю его горло.
— Может, не здесь, босс. — Я слышу, как Майк говорит у меня за спиной. Он, должно быть, по камерам увидел, что происходит, либо был достаточно близко, чтобы услышать выстрел.
К счастью, я услышал его слова и понимаю, что в любой момент кто-то может спуститься по лестнице. Здесь не место для этого.
— Позвони близнецам, и пусть они позаботятся о нем, — говорю я Майку, убирая пистолет ото лба Биг Шота. Он падает на пол без сознания, и я поправляю костюм.
— Будет сделано, босс, — подтверждает Майк, затаскивая его тело в багажник.
Я поправляю волосы и поднимаюсь по ступенькам в квартиру Теи. Стараюсь, чтобы мысли о Биг Шоте и о том, что он собирался сделать с ней, не затуманили мой разум. Она моя, и никто не может прикоснуться к тому, что принадлежит мне. Совершенно ясно, что нужно позаботиться об этом прямо сейчас.