Сан. На чужой земле (СИ)
― Неужели считает, что он недостаточно чёрен, и решил ещё немного позагорать, да и меня заодно поджарить, безмозглая дубина? И почему в эту пустую рогатую колоду на плечах не приходит мысль, что, может, напарнику тяжело висеть вниз головой и видеть, как его прекрасная коса подметает адскую пыль. Ну я тебе припомню это унижение, дай только прийти в себя, ты у меня попляшешь…
В этот момент пальцы правой руки вздрогнули, и я смог сжать их в кулак. Не веря себе от радости, ткнул им в спину друга, понимая, что этот удар сродни укусу блохи для толстокожего великана. Однако с этими переживаниями совсем забыл, что Крэг очень чувствителен к укусам ненавистных насекомых. Наверное, поэтому удивился, когда он осторожно опустил меня на камни, тут же впившиеся острыми краями в худую спину, и, ткнув пальцем в щёку, озабоченно спросил:
― Показалось, или чья-то благородная морда, наконец, изволила очухаться?
Не особенно надеясь на успех, я пошевелил губами:
― Вроде того…
Крэг осветил лицо факелом, заставив недовольно сощуриться, и его чёрная физиономия расплылась в незабываемом оскале:
― Как же я счастлив видеть тебя живым, дружище!
Обрадовавшись, что снова могу хотя бы говорить, уже увереннее ответил:
― Заметно, особенно по тому, как ты небрежно обращался с драгоценной косой…
Но его это не смутило, напарник продолжал сиять:
― Да ладно тебе, не придирайся. Знаешь, как одному тут было… не по себе. Ты валялся словно дохлый, куда идти ― непонятно, да тут ещё напали мертвяки, а я их с детства терпеть не могу…
Я понятливо хмыкнул: история про неупокоенных, напугавших Крэга в детстве, была мне хорошо знакома. Так вот, значит, почему напарник сжёг их… Это был плохой знак, похоже, здесь водились подобные твари, а, возможно, и куда более ужасные. Например, те, что советовали мне умереть и не мешать ему… Ладно, справимся и с ними, сейчас главное ― побыстрее восстановиться.
А с этим пока было напряжённо: руки и ноги едва шевелились, и без посторонней помощи я не мог не то что ходить, но и сидеть. Крэг прислонил меня к большому камню и даже попытался накормить старыми сухарями с самогоном, но я отказался от столь щедрого угощения. Обсудив ситуацию, мы решили отложить спуск в город, пока я не смогу самостоятельно двигаться.
Напарник быстро разжёг костёр, благо, что в сухом кустарнике не было недостатка, и, несмотря на насмешки, поставил силки в надежде поймать хоть какую-то живность. И оказался прав. Вскоре друг уже жарил тушку какого-то зверька, похожего на обыкновенного кролика, и на вкус, кстати, оказавшегося ничуть не хуже.
Больше всего в тот момент меня волновала проблема с водой. Я уговаривал Крэга побродить по окрестностям в поисках ручья или озера, но он посмотрел как на сумасшедшего и, отводя глаза, пробубнил подозрительно оптимистичным голосом:
― Вода нам, конечно, нужна, Рас, но фляжки почти полные, и запасные тоже, ― и, помолчав немного, серьёзно добавил, ― я не оставлю тебя здесь одного, пока ты не можешь защищаться. Не хочу, вернувшись, увидеть нового мертвяка, пусть и с замечательной чёрной косой…
От этих слов потеплело на душе, захотелось обнять и наконец признаться, как я дорожу его дружбой. Но вместо этого, как обычно, промолчал, ведь довольная ухмылка Дылды подтверждала мои догадки, что он и так всё понимал…
Я колебался: сказать ли Крэгу об угрожавшем странном голосе или нет? Честно говоря, меня терзали сомнения ― не было ли это всего лишь фантазией измученного полётом разума? Но вопрос решился сам: напарник печально посмотрел на начисто обглоданные косточки кролика, которого от обычного зверька отличал лишь достаточно длинный, наподобие крысиного, хвост и буркнул:
― Хватит уже грызть свою косу, Рас, терпеть не могу, когда ты так делаешь. Выкладывай, что тебя настолько взволновало, раз не жалеешь даже «украшение любого Избранного». Тьфу на вас, дураков. По-моему, мужчину должны украшать хорошие мозги и меч в руке. Или твоя бледная «Высокородная милость» до такой степени оголодала, что решила продолжить трапезу таким необычным способом?
Я хмыкнул, убрав косу за спину:
― Рогатый балабол, вот станет легче, получишь хорошего пинка… Дело в том, что, ты только не смейся, совсем недавно в голове раздался голос, угрожавший смертью, если я от тебя не отстану. Более того, этот гад сдерживал магию, не позволяя мне исцелиться. Кто-то хочет нас разделить…
Крэг вскочил, схватившись за меч:
― Как, и к тебе он тоже приставал? А я уж думал ― совсем свихнулся от… переживания за тебя. Представляешь, эта тварь называла меня «господином» и приветствовала в Мёртвом городе так, словно это что-то значило. Да плевал я на этот его горящий городишко! Ноги моей тут не было, если бы не Сан…
Я кивнул, немного успокоившись, хотя жилка на раненом виске продолжала настороженно пульсировать:
― Подведём итог: во-первых, нас заметили, и с этим ничего не поделаешь. Во-вторых, команду пытаются рассорить. Мы мешаем похитителю, возможно, он нас боится. Теперь я уверен ― Сан точно здесь. Как же не вовремя эта слабость! Сейчас из меня не разведчик, а одна обуза… Вот что, не теряй времени, поищи следы младшего, пока они совсем не пропали. Думаю, он, как и мы, должен был идти этой дорогой. За меня не переживай: голос вернулся, если что ― крикну. Да и меч рядом, а Избранный может драться даже сидя. Иди, Крэг, поверь, ничего не случится…
Проводив взглядом уходящего друга, неторопливо вынул меч из ножен, положив его на колени. О том, что теперь мне нужно время, чтобы отдышаться, я не упомянул и уныло смотрел на свои дрожащие руки. Враг счёл это подходящим моментом, чтобы снова начать доставать:
― А ты упрямец, Светлый. Но не надейся ― это тебе не поможет, нас больше, мы заставим Господина вспомнить, кто он такой на самом деле. И тогда он убьёт тебя своей рукой, а заодно и Вашего ненаглядного Повелителя, которому вы служите, как шелудивые псы. Предатель должен умереть…
На этом проклятый болтун замолк, а я серьёзно задумался. Итак, что нового дала услышанная тирада? Голос был похож на женский, ну это пока не так важно. Он или она опять недвусмысленно намекали, что Крэг имеет к этому городу какое-то отношение, и не он один. Что за таинственный Повелитель, которому мы, якобы, служим? Кто пытается втянуть нас в эту неприятную историю, и вообще, во что же мы вляпались, ребята? Пока одни вопросы, а опыт разведчика подсказывал, что ответы на них могут оказаться для нас жизненно важны…
Пока я ломал голову над словами приставучего незнакомца, а, возможно, и незнакомки, одновременно не забывая прислушиваться к однообразным звукам потрескивающих веток в костре и далёким раскатам грома, приближающийся шорох заставил напрячься и до боли сжать в руке меч. О, это знакомое шуршание я бы ни с чем не перепутал, особенно после того, как однажды меня сбросили в яму со змеями. Скажу вам, то ещё было приключение…
До сих пор не понимаю, как в сумерках удалось разглядеть молниеносный бросок узкой тёмной ленты. Лезвие меча в дрогнувшей руке повело в сторону, но всё-таки оно нашло свою добычу и рассекло пополам. Я жадно хватал ртом горячий воздух. Биение сердца затмило собой даже оглушительный грохот приближавшейся грозы, а струйки пота разъедали мелкие ссадины на лице, о которых до этого и не подозревал.
Подобрав толстую ветку, брезгливо ткнул в шевелящиеся половинки небольшой тонкой змеи. К моему изумлению, тварь, не прекращая извиваться, начала разлагаться прямо на глазах. Через несколько мгновений от неё остались только кожа и вздрагивающий скелет. Это был ещё один неприятный сюрприз: наш враг от слов перешёл к делу…
Конечно, и на Родине я слышал о колдунах, способных поднять из могилы умершего человека или животного, чтобы использовать его как послушного, хоть и недолговечного раба. К счастью, сам с такими «мастерами» не сталкивался, боги хранили от этой «радости». Понятно, что в школе о подобных заклинаниях запрещалось даже говорить, но мы всегда обсуждали эту тему, чувствуя себя совершенно беззащитными перед неупокоенными тварями.