Бедовый. Ведунские хлопоты

Вообще все сходилось. Ольгу, несмотря на ревность и свои тараканы, действительно можно было назвать неплохой женой. Она, в отличие от Костяна, налево даже не смотрела, готовила хорошо, разве что мозг пилила ножовкой по металлу. Но это уже тонкости семейной жизни.
И все изменилось, когда она съездила на похороны какой-то родственницы. Бинго, блин. Вот оттуда Ольга и приехала с сюрпризом. Не очень порядочные женщины привозят интересные истории с юга, а приличные – с похорон. Забавно, конечно.
  
– И где нам ее теперь искать?
– Ты с-с-с… не переживай, она от своего дома далеко не отходит. Обычно всякими непотребствами близ него и занимается. Если лярва не так давно подселилась, то еще не полностью власть взяла. Ей надо душу чужанки с-с-с… извратить. На всякие гнусности подтолкнуть. Самое простое – в злачное место какое-нибудь отправиться. Есть тут поблизости какие?
Я схватился за голову, чуть не застонав. Потому что такое заведение недалеко как раз было. И, по злой иронии судьбы, туда периодически любил ходить Костян со вполне понятными целями. Именно в «Поляне» можно было легко кого-нибудь подснять, а еще легче получить по лицу за то, что ты не так что-то сказал, не так прошел мимо, не так посмотрел.
– Ну так что, с-с-с… есть?
– Есть, – ответил я. – И нам надо как можно быстрее туда доехать.
 
Глава 3
 
«Поляна» являлась весьма своеобразным местом. Собственно, заведение с этой вывеской располагалось здесь лет пять, не больше. Прежде тут были «Зона», «Точка», «Территория». Названия, внешний вид и владельцы менялись, а суть оставалась прежней. Не знаю, в чем дело. Может, как в том анекдоте, просто место проклятое?
Мне даже порой казалось, что это, прости господи, увеселительное заведение входило в список ЮНЕСКО. Потому что сколько лет прошло, уже и пара президентов сменилась, а суть осталась прежней. Если ты хотел попить водки, потрясти телом и заодно не боялся получить по лицу – «Поляна» тебя ждала.
Помню, когда сам был молодым и горячим (хотя не сказать, что я теперь старый и остывший), мы бегали с Костяном в этот ночной клуб, предварительно накачиваясь спиртным в подъезде, потому что внутри было очень дорого. Много воды утекло, даже ночной клуб уже не существовал, сменив сферу деятельности на загадочное «танцевальный трактир», а друг иногда все равно таскался сюда. Как он говорил, «в минуту душевного уныния».
Кто ж знал, что подобное внутреннее злоключение коснется самого близкого его человека – жены?
Ольгу я увидел сразу. Собственно, в этом были как плюсы, так и минусы. Положительный фактор оказался в том, что не надо больше бегать по городу и искать ее. А отрицательный в другом: она действительно пошла вразнос. Как иначе объяснить короткое, до трусов, платье, которое бодро покачивалось на бедрах в такт ритмичным движениям девушки?
Да и трусы там – одно название. Скорее, странные ниточки, непонятно что прикрывающие. Мне даже стыдно смотреть стало.
Ольгу как особь женского пола я воспринимал исключительно во времена буйного пубертата, в школе. С тех пор много воды утекло. И дело было даже не в том, что она жена лучшего друга, соответственно, тебе минимум как сестра. Просто постоянное клевание мозга, пусть и не твоего, автоматически снижает привлекательность женщины. Какой бы роковой она ни была.
Поэтому я рассматривал Ольгу скорее как часть Костяна. Да, часть весьма симпатичную, но с такими огромными тараканами в голове, что любой инсектофоб от инфаркта умрет. Поэтому глядеть на почти голую, пусть и невероятно круглую и гладкую, задницу молодой женщины было стыдно.
Чего нельзя сказать об остальных посетителях «Поляны». Оказалось их, к счастью, не так много, всего семь человек. Пара, судя по всему, еще не отошла от вчерашнего вечера и явно собиралась уйти в недельный запой. Другие – разной степени потрепанности, но без всяких серьезных дел на сегодня. А ведь трактир пару часов назад только открылся.
Один из «благодетелей» под неодобрительные возгласы официантки помог Ольге залезть на стол. И теперь, хлопая в ладоши и думая явно о своем, рассматривал снизу пляски зараженной лярвой девушки. Как говорил в анекдоте пилот разбившегося самолета, закапывая стюардессу: «Пора заканчивать это… непотребство».
– Полиция Майами, отдел нравов. Граждане, расходимся, тут смотреть не на что. В смысле, есть на что, я никого не хочу обидеть, но вам это не надо. У нее муж крайне обидчивый, ревнивый и физически плохо подготовленный тип. Еще вступится за поруганную честь супруги, вы, чего доброго, его убьете, потом в тюрьму сядете. Оно вам надо?
Все это я говорил, продвигаясь к Ольге. Понятное дело, не просто так, а выплескивая крохи хиста. Которых чужанам хватило с головой. Рубежная сила взяла верх над физиологическими потребностями в размножении. Шах и мат, Маслоу, перерисовывай свою таблицу, ведун в городе!
Наверное, наблюдай за мной сейчас какое-нибудь высшее существо, оно бы решило, что кое-кому все удается чересчур легко. Либо в дело вмешалась моя природная везучесть. Потому что Ольга посмотрела на меня глазами, полными черной злобы, после чего спрыгнула со стола и устремилась на немыслимой скорости к ближайшей двери. Оттуда послышался шум, крики, звон посуды. Не иначе как там располагалась кухня.
Вот почему я в последнее время занимаюсь исключительно тем, что мне не нравится? Общаюсь с противными рубежниками, подчиняюсь воеводе, бегаю. По поводу дурацкого глагола было обиднее всего. После армии я справедливо решил, что такой фигней больше заниматься не стану – колени целее будут. Ага, решил он, очень смешно.
Пришлось ускоряться и догонять Ольгу. Я даже на бегу подхватил ее босоножки, которые костяновская жена неблагоразумно скинула возле стола. И выскочил аккурат на кухню, где уже порядком изумленный и разгневанный персонал имел много нецензурных слов на этот счет.
– Мы из «Ревизорро»! – я махнул рукой, выплескивая хист. – Проверьте пока товарное соседство в холодильниках, скоро съемочная группа подъедет.
Проскочил еще какой-то длинный коридор, потом бежал уже на запах сигаретного дыма, после чего все же выбрался наружу со стороны черного хода. И увидел ту самую курящую официантку, жалующуюся кому-то по телефону, которая с негодованием смотрела на мелькающие вдалеке грязные пятки убегающей девушки.
Ничего себе, как припустила! Сразу видно наличие внутри чужанки инородного хиста. Тьфу ты, какая она чужанка! Это Ольга.
– Ты же знаешь, что с-с-с… лярву просто так не вытащишь?
– Что значит «знаешь»? Я о существовании этой лярвы час назад вообще понятия не имел!
– Она же бесплотная нечисть. Ее просто так не выбьешь. Можно хистом попробовать выдавить, но тогда лярва будет очень сильно сопротивляться. С-с-с… может и оболочкой прикрыться.
– Что значит «оболочкой»? Блин, ладно, потом договоришь!
Все дело в том, что лярва, в смысле Ольга, ну, или все они вместе очень уж бодро пытались скрыться в парке Калинина. А тот был немаленький. И бегать по нему, чтобы найти зараженную, мне очень не хотелось. Поэтому я включил максимальную рубежную скорость, спустя секунд пятнадцать догнал Ольгу и повалил на землю.
Хорошо, что вокруг нет никого. А то представляю, как бы это выглядело. За девушкой, платье которой короче, чем записи в трудовой книжке, гонится не очень приятный тип. Потом валит ее на землю и чего-то пыхтит еще.
С другой стороны, подумать только – среди бела дня в парке на девушку нападает мужчина. И хоть бы хны!
– Так, спокойнее, не рыпайся, – сразу обозначил я наше дальнейшее общение. – Быстро выползай из Ольги.
  
– Какой ты решительный, – тяжело дыша, посмотрела на меня жена Костяна. – Прям мужик. Никогда тебя таким не видела.
Ее глаза лихорадочно блестели, а грудь возбужденно вздымалась. Я почему-то секунды через три понял, что до сих пор смотрю совершенно не туда. И дошел до этого не сам, а благодаря легкому пинку Лихо.
– Хороша, с-с-с… Молодая, а уже силу свою чувствует. Но тут и с оболочкой повезло.