Охотники за душами (СИ)

– Давай назад, к коттеджу, – командует Феникс.
Мы поворачиваемся кругом, байкеры разгоняют мотоциклы, моторы ревут у нас за спиной, словно свора собак. Сердце чуть не вырывается у меня из груди, мы из последних сил пытаемся оторваться от погони, но я слышу, что Охотники все ближе и ближе.
– Нам от них не уйти! – кричу я.
Феникс вдруг резко останавливается. Хозяйка коттеджа уже завела машину и теперь едет прямо на нас с противоположной стороны. Мы оказываемся в клещах между мотоциклами и электромобилем. Больше бежать некуда, и мы ныряем под изгородь загона.
  
– Лошади! – выкрикивает Феникс, вскакивая на ноги. – Наш последний шанс!
Мы бросаемся к ним, спотыкаясь в высокой траве. Все три лошади довольно пугливы, но все же терпят наше присутствие. Я нацеливаюсь на пегую кобылу с белой гривой и лоснящимися боками, Феникс – на гнедого мерина. Не замедляя шага, я протягиваю руку, хватаю лошадь за гриву и одним плавным движением вскакиваю к ней на спину. Краем сознания я слегка удивляюсь собственным акробатическим талантам, но после шейеннского Отблеска способность обходиться с лошадьми стала для меня столь же естественной, как дыхание.
Феникс вскакивает на лошадь с такой же легкостью, как и я.
– Скачем к лесу! – кричит мне он.
Я упираюсь пятками в бока лошади, и мы с Фениксом галопом несемся к ограде загона. Мотоциклы мчатся по дороге наравне с нами и гудят, как растревоженный рой пчел. Мы все ближе к высокой ограде, моя лошадь с тревожным ржанием запрокидывает голову. Я чувствую, как она напугана, глажу ее рукой по шее и шепчу на ухо что-то успокоительное на языке индейцев-шейеннов. Она мгновенно успокаивается и опускает голову, чтобы примериться к прыжку. Одним изящным движением мы перелетаем через барьер и мягко приземляемся на другой его стороне. Мерин Феникса тоже легко справляется с препятствием, и мы во весь опор мчимся к лесу.
Однако Дэмиен и его байкеры тем временем проносятся через открытые ворота и расходятся веером, как делал когда-то отряд Охотников за головами. Мотоциклы с ревом несутся на нас.
– Скачи как ветер! – кричит Феникс, совсем как Хиамови в прошлом его воплощении.
Я погоняю лошадь. Наверное, даже шейенны оценили бы мою ловкость и смелость – в прошлой жизни мне вряд ли приходилось уходить верхом от гоночных мотоциклов. Они все ближе, дистанция сокращается с пугающей скоростью.
Земля гудит под копытами, моя кобыла мчится галопом к ограде из грубого камня на границе поля и легко перепрыгивает через нее, словно на скачках. А вот Дэмиену и его мотоциклистам никак не повторить этот трюк, так что они вынуждены объезжать стену в поисках прохода.
Мы с Фениксом не теряем времени, нужно как можно больше увеличить дистанцию. Мы понимаем, что для Охотников каждая каменная ограда – непростое препятствие, а для нас – еще один шаг на пути к лесному укрытию. Увы, это поле гораздо больше предыдущего, и вскоре Охотники снова начинают нас догонять.
Оторвавшись от товарищей, один из Охотников в черном шлеме несется наравне со мной. Феникс замечает опасность и резко выбрасывает в сторону ногу. Всадник сидит гораздо выше мотоциклиста, и удар ботинка приходится Охотнику прямо в лицо, раскалывает визор на шлеме и выбивает из седла.
Не теряя ни мгновения, ему на смену приходит вторая Охотница. Ей удается схватить меня за джинсы, и теперь она пытается стащить меня с лошади. Без седла и поводьев мне остается только крепче схватиться за лошадиную гриву.
– Феникс! – отчаянно зову я.
С каждым резким рывком я все больше сползаю куда-то на сторону. Но лошадь Феникса оттесняет в сторону другой байкер.
Я отчаянно пытаюсь стряхнуть Охотницу, однако она не думает сдаваться и до того увлекается, что не видит, как перед нами вырастает новая каменная стена. Заметив опасность в последнее мгновение, она поспешно отпускает мою ногу и хватается за руль – слишком поздно!
Ее мотоцикл таранит стену, она кубарем перелетает через ограду, мотоцикл валится рядом с ней бесформенной грудой обломков.
Моя верная кобыла в то же мгновение ловко берет барьер, обходит обломки мотоцикла и несется дальше. Я крепко хватаюсь за ее шею, нога, за которую тянула Охотница, свисает вниз, второй ногой я изо всех сил пытаюсь обхватить лошадиный бок. Я едва не падаю, в нескольких дюймах от моего лица проносится каменистая земля. Я напрягаю все силы, и мне каким-то чудом удается снова сесть ровно. Меня трясет от напряжения.
– Ты цела? – спрашивает Феникс, поравнявшись со мной. Ему тоже удалось оторваться от преследователей.
Я киваю, потом торопливо оглядываюсь назад. Дэмиену и двоим уцелевшим Охотникам снова пришлось ехать в обход и искать ворота в стене. Они несутся за нами под яростный рев моторов, стремясь наверстать упущенное.
По счастью, однако, лес уже не так далеко, до него остается преодолеть лишь две каменные стены.
Я обгоняю Феникса и радостно кричу ему:
– Мы их сделаем!
Ведь у наших лошадей преимущество, мотоциклы быстрее, зато лошади умеют брать барьеры, правда?
И в этот момент мимо моего уха свистит пуля. Эхо выстрелов разносится по полям, я пригибаюсь к шее лошади, а мимо свистят новые пули. Дэмиен в одной руке держит пистолет, а второй рулит мотоциклом. Он, как когда-то полицейский маршал на Великих Равнинах, хочет подстрелить нас на скаку. Однако мы мчимся слишком быстро, мотоцикл трясет на неровной земле, и выстрелы Дэмиена приходятся мимо цели – все, кроме одного.
Мы перепрыгиваем через новую ограду, как вдруг пуля попадает в бок мерину Феникса. Несчастный конь визжит от боли, криво приземляется на землю и валится на бок.
– НЕТ! – отчаянно кричу я.
Феникса отбрасывает в сторону, он с размаху ударяется о твердую землю, его несколько раз переворачивает от удара.
Моя кобыла не останавливается, и мне приходится сильно сжать ее бока бедрами, чтобы притормозить галоп. Обернувшись, я вижу, что мерин, несмотря на падение и на рану в боку, все же с трудом поднимается на ноги и, пошатываясь, скачет прочь. Однако, к моему ужасу, Феникс по-прежнему лежит на земле. Проходит секунда, за ней другая. Издалека я не могу разглядеть, что с ним. Он мертв? Или просто потерял сознание? Потом, к моему огромному облегчению, я вижу, как он вздрагивает и приходит в себя. Ошалело трясет головой, потом оглядывается и видит меня.
– Дженна, нет! Скачи дальше! – кричит он.
Мгновение я колеблюсь. Я могла бы добраться до леса еще до того, как Охотники проедут через следующие ворота. Но Вайнока не бросила когда-то Хиамови, и я тоже не оставлю своего Защитника на верную смерть.
Я разворачиваюсь и мчусь, подгоняя лошадь, обратно к Фениксу. Он с трудом поднимается на ноги, грохот выстрелов снова разрывает тишину. По счастью, на этот раз пули не грозят ни мне, ни ему – Дэмиен стреляет в запертый замок на старых воротах, а потом Охотники несутся прямо на Феникса, чтобы задавить его насмерть.
Я все сильнее тороплю лошадь, между мной и Дэмиеном идет смертельная гонка, и на кону жизнь Феникса. И если мне удастся его спасти, я знаю, что мне понадобятся все мои навыки верховой езды, все, на что я способна, – а может, и больше.
– Феникс! Руку! – наклонившись к самой земле, я галопом несусь к нему.
Феникс хромает ко мне, но Дэмиен уже близко, колеса его мотоцикла забрызгивают Феникса грязью, еще мгновение – и его собьют с ног.
В последнюю секунду я успеваю схватить Феникса за руку и рывком втащить на лошадь позади себя. Дэмиен ревет от бессильной ярости.
– Ну это вообще… – выдыхает Феникс. – Вот это был фокус. Спасибо!
  
Он обхватывает меня за талию, я резко разворачиваюсь, и мы скачем назад, к лесу. Впереди последняя стена, и, насколько хватает глаз, в ней не видать ворот. Нужно только доскакать до конца поля, и мы будем в безопасности!
Дэмиен, похоже, тоже это понимает. Он выжимает из мотоцикла все, что может, и мчится вперед, рискуя всем в безумной гонке, лишь бы добраться до стены раньше нас. С двумя всадниками на спине у моей кобылы нет особых шансов его обогнать. Ноздри ее раздуваются, она и так уже утомилась от скачки. Дэмиен добирается до конца поля за мгновение до нас, резко тормозит и разворачивает мотоцикл, теперь между нами и лесом новая преграда. Последнее смертельно опасное препятствие. Я, однако, не останавливаю скачки и не сворачиваю в сторону – нельзя, ведь за нами по пятам идут еще двое Охотников.