Безмолвная ясность сознания (ЛП)
Единственными звуками, которые он улавливал, были биение его сердца и тихое дыхание Абеллы. Откинувшись назад, он осторожно приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Здесь было темно и тихо — подходящая атмосфера, учитывая то, что Тентил уже убивал в этом коридоре в прошлом.
Проскользнув в дверной проем, он и Абелла повернули направо, прочь от места короткой, жестокой битвы, в которой он участвовал, и направились к задней части поместья. Вскоре они вошли в большой коридор с высокими потолками и фирменным властным убранством Каллиона. Полная противоположность секретному туннелю внизу.
Абелла подняла левую руку и указала на большую деревянную дверь в конце коридора. Несмотря на полумрак зала, металлические элементы, инкрустированные замысловатой резьбой на двери, поблескивали крошечными точками отраженного света.
Слабый звук, раздавшийся где-то позади них, заставил ухо Тентила дернуться, когда он подошел к двери. Он повернул голову, чтобы прислушаться. Прошло несколько секунд, прежде чем он понял, что слышит тихое позвякивание оборудования, когда кто-то идет.
Бело-голубой свет лился в дальний конец коридора из одного из боковых.
Он снова обратил внимание на дверь, но Абелла уже взялась за ручку. Она распахнула ее и ворвалась внутрь, увлекая его за собой.
Тентил отпустил Абеллу, как только оказался внутри комнаты, и развернулся лицом к двери, взявшись за ручку одной рукой и прижав другую повыше. Затаив дыхание, он осторожно закрыл дверь, отпустив ручку только после того, как она встала на место.
Щелкнула защелка. Звук прозвучал в тишине как раскат грома.
Тентил повернул голову к Абелле, поймав ее встревоженный взгляд.
— Они идут? — тихо спросила она.
— Прячься, — прошептал он, прежде чем прижаться ухом к двери.
Приглушенные голоса доносились до него откуда-то из коридора. Очевидно, глушители звука, которые, как мог поклясться Тентил, были активны в его первое посещение, больше не работали. В холле послышались неуклонно приближающиеся шаги.
Он окинул взглядом комнату — огромное помещение с широкой кроватью на четырех ножках. Ножки выглядели монументально, но при этом были в постоянном движении, вращаясь вокруг невидимой оси и время от времени разбиваясь на осколки, а затем собираясь в новые формы. Низкие ступеньки слева и справа вели к другим частям комнаты, одна из которых была оборудована для отдыха, в то время как другая, наполовину скрытая за частично задернутой занавеской, была украшена зеркалами и вертикальными шкафами, вероятно, полными одежды. Ковер был мягким с замысловатым рисунком, и все, казалось, было задрапировано роскошными тканями такого количества разновидностей, о существовании которых Тентил и не подозревал. В центре комнаты стояли две кушетки в форме полумесяца, расположенные ломаным кругом, а между ними — низкий круглый стол. Рассеянный свет из окон в гостиной только усиливал тени, царившие в комнате.
Абелла нырнула за занавеску, исчезнув в темноте раздевалки.
Тентил снова обвел взглядом комнату и выругался про себя. Он никогда не был в подобной ситуации. Обычно ему нужно было полагаться только на свою способность оставаться незамеченным. Но спрятаться было негде. Если охранники проведут нечто большее, чем беглый обыск комнаты, Тентил и Абела будут обнаружены, и если они найдут ее первой.…
Я не могу так рисковать.
Он бросился через комнату и присоединился к Абелле за тяжелым занавесом, присев рядом с ней на корточки среди толстых складок ткани. Она поймала его свободную руку, когда он вытащил нож. Он повернул голову и прислушался.
Прошло всего несколько ударов сердца, прежде чем щелкнула дверная защелка, и бело-голубой свет ворвался в комнату, осветив непокрытую часть помещения, в котором прятались Тентил и Абелла. Сапоги стражников шуршали по ковру, а их снаряжение издавало слабое позвякивание, которое изначально и предупредило Тентила об их присутствии. Игра движущихся теней и света говорила о том, что охранники медленно обыскивали комнату.
— Здесь ничего нет, — сказал один из охранников.
— Как и обычно, — ответил другой. — Но мы все равно должны проверить. Мы на контракте, из-за чего наша репутация лучше, чем у «Звездный горн», понимаешь?
— Да. Для нас же лучше, что они облажались так сильно. Я слышал, что условия все еще отличные.
Один из источников света повернулся в сторону раздевалки. Круг, который он отбрасывал на стену, покачивался и увеличивался по мере приближения охранника. Абелла отпустила руку Тентила, и он занес нож, готовясь нанести удар.
Стражник ухватился за край занавески и потащил ее к Тентилу и Абелле.
Тентил обхватил левой рукой талию Абеллы и встал, отступив в сторону вместе с колышущимся занавесом. Складки плотной ткани собрались вокруг них, как непрочный матерчатый кокон. Через несколько секунд Абелла оказалась вплотную к стене, а Тентил прижался к ней, грудь к груди, его руки были по обе стороны от ее тела.
Он заставил себя дышать медленно и беззвучно, когда полоска пространства между стеной и колышущимся краем занавески осветилась фонариком охранника. На мгновение темнота, окружающая их, отступила, и половина лица Абеллы осветилась отраженным светом, обнажив один зеленый глаз.
Внезапно свет исчез.
— Беспорядки на третьем этаже устранены, — сказал ближайший охранник. Тихие шаги направились к двери. — Теперь мы можем вернуться вниз и позволить Джарону и Крэгу возглавить второй патруль. В кои-то веки у нас появилась возможность немного посидеть на задницах ровно.
— Эти патрули бессмысленны. Мы держим периметр под постоянным наблюдением. Никто не войдет сюда без нашего ведома, — сказал другой охранник. — В любом случае, давай выбираться отсюда. Я умираю с голоду.
Дверь открылась и закрылась. Абелла с тихим свистом выпустила воздух, и ее голова упала вперед, прижавшись к его груди.
— Это было близко, — прошептала она.
Тентил вложил нож в ножны и другой рукой обхватил ее затылок, рассеянно проводя подушечками пальцев по волосам.
— Почти всё.
Когда он больше не мог слышать движения и голоса стражников за дверью, Тентил сосчитал до тридцати. Только после этого он отодвинул занавеску и оттолкнулся от стены. Он задержался на краю лестницы, ведущей обратно в основную часть комнаты.
— У нас должно быть несколько минут во время пересменки. Нужно действовать быстро, — сказал он.
Абелла прошла мимо и спустилась по ступенькам. Она обхватила себя руками за талию, направляясь к кровати. Зрение при плохом освещении, очевидно, было не таким острым, как у Тентила, но, казалось, Абелла была достаточно знакома с комнатой, чтобы обходить все препятствия на пути. Ее шаги были бесшумны, пока она пробиралась в тени между мебелью. Тентил следовал за ней по пятам.
Когда они подошли к кровати, Абелла положила на нее руку и подошла к изголовью, которое было сделано из того же сланцево-серого материала, что и подвижные столбы. Тентил не знал точно, металл это, камень или какая-то странная комбинация того и другого. Резные бортики разделяли панели изголовья. Казалось, каждая панель изображала сцены из какой-то древней истории, но стилизованным фигурам не хватало какого-либо подобия реализма.
— Мне нужно немного света, — прошептала она.
Тентил опустил руку к поясу и достал проектор жесткого света из сумки. Он поместил маленькое устройство в форме диска на тыльную сторону левой ладони. Проектор прикрепился к перчатке. Правой рукой он нажал кнопку активации на краю диска.
Сфера света сгустилась в воздухе примерно в десяти сантиметрах над проектором. Он пошевелил пальцами левой руки, чтобы манипулировать сферой, придав ей форму конуса и направив луч на кровать.
— Сюда, — сказала Абелла.
Тентил переместил лампу в указанное место, наклонился вперед и отодвинул в сторону длинные вогнутые подушки, собранные вокруг изголовья кровати, обнажив скульптурную обшивку под ними.
Абелла положила обе руки на границу между панелями и провела пальцами по декоративной резьбе.