Сваха. Аферистка для беса (СИ)

— Меня зовут Аля, — перебила я его. И добавила ехидно, — женишок…
* * *
Ужин прошел в напряженном молчании. Тетушка Берлиза делала вид, что меня не существует, хотя это не помешало ей с таким грохотом опустить передо мной тарелку с гречневой кашей, что Вай, сидевший рядом от неожиданности подпрыгнул.
Я не удивилась. Точно так же поступала моя несостоявшаяся свекровь в те редкие моменты, когда я не находила предлог, чтобы отказаться от визита в дом Славиных предков. Поэтому привычно сделал вид, что не заметила откровенной демонстрации неприязни. Я давно поняла, дешевле игнорировать выпады «свекрови», чем затевать ссору. Ты сама же и останешься виноватой. И перед его родителями, и перед ним.
  
— Мама, — возмутился Вай, — вы подписала договор!
— Там не сказано, что я должна быть любезна с этой… — не осталась в долгу чертиха. И это правда, про отношение ко мне в договоре не было ни слова.
— Мама я вынужден напомнить, что, пока вы не дали официальное согласие на мой брак с Летисой, Аля еще и моя невеста, — не унимался черт. — И я прошу относиться к ней с уважением.
От неожиданности я вздрогнула и ошеломленно вылупилась на Вайя. Ну, Слава никогда не принимал мою сторону в споре со своей мамой, предпочитая отмалчиваться и делать вид, будто ничего не происходит. А вот Вайя возмутило поведением своей мамаши. И совсем добил меня, когда потребовал:
— Мама, вы должны извиниться…
Я честно пыталась отвести глаза от сине-зеленого… И одновременно прочистить уши. Это что сейчас происходит? Вай за меня заступился? Перед своей мамашкой, которая сразу после его слов обиженно надула губы и заявила, повторив один в один слова, которые я уже слышала в прошлой жизни, когда попыталась постоять за себя:
— Подумаешь, случайно уронила тарелку! Она, вообще-то горячая! Просто не удержала!
— Мама, — в голосе Вайя послышались твердые нотки, — я жду извинений.
— Я не стану извиняться, — уперлась мамаша, как танк в цирке.
— Тогда, — Вай неожиданно встал, — мы уходим. Аля, идем, — он схватил меня за плечо и выдернул из-за стола, как репку из грядки.
А я так обалдела от происходящего, что не нашлась, что ответить, послушно перебирала ногам и шла за Вайем.
— Вай, сынок, — всхлипнула мама. — Но как же ужин⁈
— Мы поедим у Летисы, — не поворачиваясь и продолжая тащить меня к выходу, ответил черт.
Мы вышли на улицу. Совсем стемнело, над опрокинутой тарелкой неба, как рассыпанные по ней гречневые зернышки, светили звезды. Слишком тусклые и слишком другие, чтобы я могла забыть, где нахожусь. Даже местная луна, которая так походила на земную, не спасала положение.
— Почему ты заступился за меня? — спросила я. Холод пробирал до костей, мой канареечный костюм оказался совсем не подходящей одеждой для адской ночи. И я, без перехода, стуча зубами, задала еще один вопрос, — здесь всегда так холодно⁈
— Да, — отозвался Вай. — Потерпи, тут недалеко. Я как-то не подумал, что ты не привыкла к такой быстрой смене времен года… У нас тут каждый день, как у вас год… Утром — весна, днем — лето, вечером — осень, а ночью — зима. Скоро пойдет снег, — он повернулся ко мне и слегка улыбнулся. В свете адской луны, его улыбка почему-то показалась мне доброй. — И прости за маму. Она не должна оскорблять тебя.
— Да, ладно, — отмахнулась я. — Чего уж… Я все понимаю.
— Нет, Аля, не понимаешь, — покачал он головой. — Ад очень непростой мир. Здесь все не так, как у там, у вас. Из-за климатических особенностей самая большая ценность в аду — это материальная пища. Сейчас, правда, мы выращиваем растения в теплицах, поэтому недостатка в ней нет, но уважение к еде осталось в наших генах… Когда-то у моего отца была самая большая теплица в нашем городе, — в его голое послышалась тоска. Но он не поддалке ей и взял себя в руки. — Поэтому все, что связано с едой в нашем мире надо умножать не на два, а на тысячу. И мама, когда швырнула тебе тарелку, показала, что презирает тебя больше, чем ценит пищу, которую тебе дает…
— Ничего себе, — покачала я головой, — никогда бы не подумала…
— Мы почти пришли. — Мы с Вайем уже добрались до выхода из Вонючего тупика. — Моя Летиса живет в соседнем переулке… Поэтому мама ее не любит, она до сих пор считает, что оказалась в трущобах по ошибке и скоро снова вернется в наш дом на центральной площади. Поэтому все, кто живет здесь, недостойны ни ее, ни меня…
— Вы потеряли все из-за смерти отца? — ляпнула я, и только потом прикусила язычок, слишком бестактно это прозвучало. — Прости…
— Нет, — мотнул головой Вай. — Из-за его самоуверенности. Он захотел построить самую большую теплицу в аду и прославится. Набрал кредитов… А платить вовремя не смог. Все ушло с молотка: и недострой, и действующая теплица, и городской дом, и дом за городом… Осталась только огненная повозка. Отец так любил ее, что готов был остаться без штанов лишь бы сохранить ее. На ней он и разбился буквально через несколько дней, после того, как мы переехали в Вонючий тупичок. А мы, кстати, пришли…
Мы остановились у неприметной двери. В переулке не воняло. А в остальном все оказалось точно так же, как в Вонючем тупичке: горы мусора, старые, обшарпанные стены, лужи и грязь.
Вай поднял руку и быстро и коротко постучал:
— Летиса, это я… открывай!
— Вай! — в распахнувшуюся дверь выпорхнула девушка. Симпатичная, даже несмотря на сине-зеленый цвет кожи и огромный нос. Или я уже привыкла к чертям⁈ — А это кто⁈
Она уставилась на меня во все глаза. И прежде чем кто-то из нас успел ответить, ахнула:
— Попаданка⁈ Настоящая⁈ Но зачем ты ее привел сюда⁈ — возмутилась она.
И сразу мне разонравилась. Давать себя в обиду я не собиралась, поэтому, широко оскалившись в лживой улыбке, протянула ей руку и представилась:
— Привет, меня зовут Аля. И я невеста Вайя.
А что? Нечего смотреть на меня, будто бы я плесень!
— Вай⁈ — Летиса растерянно взглянула на черта.
— Я все объясню. Позволь нам войти. Уже очень холодно. И мы голодны… Мама устроила очередную демонстрацию, — он устало вздохнул.
Летиса на мгновение задумалась, пристально вглядываясь в жениха. А потом кивнула и отступила назад, позволяя нам войти:
— Входите… Но, Вай, если мне не понравятся твои объяснения, я попрошу вас покинуть мой дом. Я не собираюсь принимать у тебя попаданку. Тем более, если ты назвал ее невестой. Что это, вообще, за блажь такая⁈ — воскликнула она.
— Летиса, — Вай шагнул внутрь и, тяжело вздохнув, обнял любимую, — все не так, как кажется. Это понарошку. Чтобы убедить маму дать согласие на наш с тобой брак. И у нас получилось. Мы подписали соглашение… И, вообще, я скучал, — прошептал он и, несколько не стесняясь моего присутствия, впился жадным и жарким поцелуем в ее губы. И она, на миг замерев, ответила на поцелуй с такой же страстью.
Мне даже не по себе стало… Я ощутила себя третьей лишней. Как будто бы пришла к ним в дом свечку подержать. Ужасное чувство. Невольно отступила к двери. Потопталась в темном коридоре… Часики тикали, черти целовались…
— Кхм, — прокашлялась, — не забывайте, что я тоже здесь. И, вообще…
— Вай, — выдохнула Летиса и тихо рассмеялась, пряча лицо на груди черта. — Я тоже соскучилась… Но почему она… Аля, да?.. говорит, что ты ее жених, если твоя мама дала согласие на наш брак?
Она подняла голову и взглянула ему в лицо. Счастливая, доверчивая… Я тоже когда-то была такой же дурой. Когда не знала, что любовь — это ложь.
— Потому что потому, — буркнула я. Настроение почему-то испортилось. Захотелось послать всех подальше и вернуться в свою комнату. Там я хотя бы смогу закрыть дверь и никого не видеть.
  
— Мама еще не подписала документы, — кивнул Вай. — Ты же знаешь, какая она. Будет тянуть до последнего, но, поверь, согласие у меня в кармане.
— Я не понимаю, — захлопала ресницами Летиса.
— Давай ты нас сначала накормишь, а? А то у меня с обеда маковой росинки во рту не было, — вздохнул черт. — А потом я тебе все расскажу. И тебе, и Але…