Мы созданы из моментов (ЛП)

Прошло четыре года и девять месяцев с тех пор, как я целовал ее. Четыре года и девять месяцев с тех пор, как я почувствовал ее вкус, вдохнул ее воздух и почувствовал, как она тает в моих объятиях. Пародия, которую я хочу исправить прямо сейчас…
— Тебе, наверное, пора идти.
Она прижимает свободную руку к моей груди, и моя надежда рушится. До тех пор, пока ее пальцы не скользят по моей груди, по ребрам и к талии, все одним многообещающим движением, и я понимаю, что она не оттолкнула меня, а просто нажала на паузу.
Черт возьми, да.
— Ты права. — Я опускаю подбородок, делая все возможное, чтобы не улыбаться, как ребенок, который только что нашел свои рождественские подарки в шкафу родителей. — Я должен был быть на месте пятнадцать минут назад. Парни, наверное, удивляются, где я, черт возьми, пропал.
— Не смей винить меня в своем опоздании, — поддразнивает Хейден, и прежняя легкость нашего разговора возвращается, когда она жестом указывает на дверь. — Иди. Пора. Я справлюсь.
И я не сомневаюсь в этом. На самом деле, единственное, что меня сейчас беспокоит, это когда она снова нажмет на кнопку воспроизведения.
ХЕЙДЕН
Я пробыла в офисе Джесси шесть часов, и все эти шесть часов я могла думать только о том, как чертовски хорошо от него пахнет. И как он почти поцеловал меня.
Не помогает и то, что он повсюду, начиная со стикеров с его рукописными напоминаниями, учебников по инженерному делу и бизнесу на встроенных полках за столом и заканчивая дезодорантом «Old Spice» в верхнем ящике стола. Это место — все Джесси, и что-то в том, что меня снова впустили в его жизнь, особенно в его пространство, которое так важно для него, я как будто дышу полной грудью впервые за пять лет.
А еще то, как он смотрел на меня после нашего столкновения. Я видела проблески этого любопытства с тех пор, как сказала ему, что порвала отношения с Лейном, но не была уверена, было ли это просто принятие желаемого за действительное или что-то реальное, все еще тлеющее под поверхностью.
Может быть, это драматично. Более чем вероятно, что ясность, которую чувствую, связана с тем, что я отпустила отношения с Лейном и впервые позволила себе задуматься о том, что, возможно, жизнь, которую хочу сейчас, это не та жизнь, которую планировала иметь с детства. Возможно, я не знаю точно, чего хочу. И, возможно, в этом есть свобода.
В два часа я убираю в папку раздел счетов-фактур, на которые потратила последние пару часов, чтобы внести их в электронную систему, найденную на ноутбуке Джесси, к которому, как я подозревала, не прикасались несколько недель, учитывая количество обновлений программного обеспечения, которые я должна была сделать в первую очередь.
Грета рассказала, что Джесси хотел внедрить программу в их повседневную работу, но ей было трудно разобраться в ней, поэтому они воздерживались. Судя по руководству и страницам заметок, которые я нашла, написанным его ужасным, но милым почерком, очевидно, что он все еще хочет это сделать.
К счастью, эта система похожа на ту, которую я использую для работы по контракту, поэтому мне не составило труда разобраться в ней. Мне даже кажется, что я знаю, где Грета спотыкается, но не хочу подталкивать ее к тому, что ей не по душе. Это не моя роль здесь. Но, возможно, если я смогу все организовать, это облегчит ей путь. И если это в конечном итоге облегчит жизнь Джесси, я буду рада помочь.
Мне нужно сделать кое-что из моей собственной работы, поэтому беру ноутбук и копаюсь в своей электронной почте, когда мой телефон загорается от неожиданного сообщения от Лейна.
Лейн: Вчера вечером был у твоих родителей, надеялся, что мы сможем поговорить. Они не видели тебя с пятницы.
Да, это точно.
Хейден: Меня нет в городе.
Лейн: Коул-Крик, да? Это не заняло много времени.
Чертов мудак.
Хейден: Я приехала за Джеттом.
Лейн: Верно. И как скоро ты придешь к Джесси? А может, ты уже у него.
О, черт возьми, нет. Я подношу большой палец к значку телефона, намереваясь позвонить ему, чтобы он услышал мой голос, когда я скажу ему отвалить, но звонят колокольчики над дверью на входе в здание.
 
— Эй, кто там? — говорю я, бросая телефон на стол и направляясь ко входу. Возможно, это Джесси или Грета, хотя, когда я разговаривала с ней раньше, она не упоминала, что собирается прийти.
— Кто ты, черт возьми, такая? — огрызается широкоплечий мужчина с бородой и, кстати, пистолетом, пристегнутым к бедру, когда мы едва не сталкиваемся между холлом и рабочим местом Греты.
— Кто ты? — в ответ спрашиваю я, несмотря на стук крови в ушах. В нем есть что-то знакомое, но из-за пистолета и хмурого лица мой мозг не соображает.
Его брови приподнимаются под простой черной бейсболкой, и на лице появляется ухмылка среди темной щетины.
— Довольно смело для того, кто не должен быть здесь, тебе не кажется?
— Вообще-то, я работаю. И считаю, что это ты не должен быть здесь. — Но что-то в том, как он прищуривает свои голубые глаза, снова пробуждает это знакомое чувство. Затем я узнаю его. — О, боже мой. Эйден. Я не узнала тебя с бородой.
Ухмылка становится шире, когда он упирает руки в бедра. Совсем рядом с этой кобурой.
— Ты все еще не ответила на мой вопрос.
— Я помогаю Джесси с некоторыми документами. — Я указываю назад в сторону офиса. — Это я, Хейден. Мама Джетта.
Он даже не моргает.
— Я в курсе.
Хорошо.
— Тогда зачем этот бунтарский акт?
— Потому что я коп, и это то, чем я занимаюсь. — Его ухмылка превращается в легкомысленный смех. Наконец-то. — Я узнал тебя в ту же секунду, как ты заговорила со мной. Напомнила мне моего племянника.
— Ооо. — Упс. — Извини за это.
Я одариваю его застенчивой улыбкой.
— Не нужно извиняться. Я действительно ворвался сюда без предупреждения.
Что заставляет меня снова задуматься, почему он здесь. И почему Джесси не предупредил меня, что он может заскочить.
Эйден наклоняет голову в сторону стола Греты.
— Увидел машину у входа и подумал, что это машина Греты. Она разрешает мне пользоваться принтером немного.
Я издаю короткий смешок.
— Попался. — Но разве в офисе шерифа нет принтера? Я не решаюсь спрашивать.
— На самом деле, если бы ты могла не говорить Джесси, что я был здесь, это было бы здорово. — Выражение его лица внезапно становится настороженным, челюсть напрягается. — Я работаю над чем-то, что мне не хочется объяснять.
Ну ладно.
Делаю вид, что поджимаю губы и выбрасываю ключ, не зная, во что именно ввязываюсь. Я слышала только хорошее об Эйдене Эндерсе, так что у меня нет причин полагать, что я не должна подыгрывать ему.
— На этой ноте я оставлю тебя делать то, что тебе нужно, и вернусь к работе. — Когда я показываю пальцем через плечо, он опускает подбородок.
— Я ценю это.
Затем, когда я поворачиваюсь обратно в сторону холла, он добавляет:
— Что-то снова происходит между тобой и моим братом?
Я останавливаюсь как вкопанная и удивленно оглядываюсь через плечо.
— Нет. Я имею в виду… Нет.
Он снова ухмыляется.
— Очень жаль. — Жаль? — Лучше позволю тебе вернуться к работе.
— Э-э, спасибо.
И каким-то образом, несмотря на то, что он прервал меня и решил комментировать нас с Джесси, мне удается справиться с полудневной работой за два с половиной часа. К пяти часам я устала, но все выполнила.
Я собираю свои вещи, выключаю компьютер Джесси и закрываю за собой дверь, после чего отправляюсь к Эндерсам за Джеттом. И нахожу его играющим в мяч с Элом на переднем дворе.
— Посмотри на себя! — Я не могу удержаться от ухмылки, глядя, как он бросает мяч со всей силы. Кстати, довольно неплохо для четырех лет. — У тебя отличная рука, малыш!
— Прямо как у его отца, — говорит Эл, легко ловя мяч и отбрасывая его назад. — Кстати говоря, я слышал, что ты немного помогаешь в офисе.