Мой любимый хулиган (СИ)
— Ха-ха-ха, — выдаю самую логичную реакцию и с силой давлю ладонями на его плечи.
Бесполезно. Напрягается и не дает сдвинуться с места.
— Я вообще-то ухожу. Будь добр, отпусти.
— А как же я? — слегка отстраняется и удивленно округляет глаза.
В сочетании с маской смотрится комично. Еле сдерживаю улыбку.
— Бросишь меня тут, да?
— Забыл? — под маской вряд ли видно, как одна моя бровь взлетает к корням волос.
Стрельник прищуривается и некоторое время молчит.
— А, кошка, гуляющая сама по себе, — щелкает пальцами и кивает. — Не в этот раз. Теперь у нее есть кот.
— Так все, — упираюсь сильнее, пользуясь тем, что Роман отвлекается, и у меня получается скинуть с талии его крепкие кисти. — Пошутили, и хватит. Пока, — делаю шаг в сторону, чтобы наконец-то уйти, но Стрельник не дает, загораживает мне путь.
Раз.
Второй.
Третий.
— Ты не успокоишься? — упираюсь руками в бока.
Несчастная сумка бьет по бедру, лямкой повиснув на запястье. Улыбка на его лице становится шире. Вот же…
— Не-а.
— И что тебе от меня нужно, а? — выдыхаю с мучительным стоном.
У меня еще эмоции от поведения Лизы не прошли, а тут хулиганище проходу не дает…
— Боюсь, тебе не понравится мой ответ, — скалится Стрельник.
Щеки тут же припекает, потому что взгляд у него говорящий.
— Извращенец.
— Нужен танец, Сирена, а ты о чем подумала?
Ой… Скриплю зубами.
Выкрутился, остряк.
— Придется вылавливать другого зверя, потому что этот, — указываю на себя, — не танцует.
— Ничего, — ухмыляется, ступая вперед, — я научу.
— Нет-нет-нет, не смей! — взвизгиваю, когда подхватывает меня на руки и несет к танцплощадке.
И кто б меня слушал⁈
23. Королева драмы
Сердцебиение настолько громкое, что заглушает все остальные звуки, даже музыку. Я не понимаю, быстрая композиция включена или медленная. Вижу только хитрые глаза Стрельника и чувствую его наглые руки у себя на талии. Обжигающие прикосновения через плотную ткань костюма доводят меня практически до истерики, ведь ни один парень никогда меня так не тискал!
Роман же делает это и не парится, судя по довольному выражению лица.
Что еще удивительнее, я оставляю попытки сопротивления!
Не потому что растаяла от его красивых глаз, нет.
Причина другая.
Я привлекаю слишком много внимания отчаянным желанием избавиться от его общества. На нас глазеют, будто посреди стадиона вдруг появилась Эйфелева башня. Еще бы!
Сам Стрельник обзавелся женщиной-кошкой!
Новость дня, очередная сенсация, которую начнут обсасывать в чатах, как только какой-то умник зальет информацию.
Пока Стрельник пытается раскачать мое коловое тело в медляке, я лихорадочно соображаю, как выйти из воды сухой и самоустраниться с праздника жизни, на который меня притащила подруга.
Кстати, о Лизе… Вот бы она не увидела, как объект ее обожания сжимает меня своими крепкими натренированными ручищами и смотрит, будто кот на отборные сливки, а то беды не избежать.
— Не будь такой грустной, Сирена. Тебе не идет, — скалится Рома, пока я, не моргая, пялюсь в одну точку — изучаю шов на его плаще.
— А тебе, значит, идет заставлять девушку медляки танцевать?
С полуулыбочкой хмыкает.
— Есть и другие развлечения, — шепчет на ухо, заставляя покраснеть. — Только сомневаюсь, что ты согласишься.
— Какие? Озвучь весь список, пожалуйста.
— И тогда ты станешь ласковой кошечкой?
— Вряд ли.
— Печально.
— Но обещаю не выцарапывать глаза.
— Хм-м-м, — делает вид, что задумывается, — хорошо.
Резко разворачивает меня к себе спиной. Горячие пальцы оказываются на животе и выводят на нем круги. Подбородком упирается в плечо и покачивает, как будто мы реально парочка среди одиночек. Напряженно хлопаю накрашенными ресницами и чувствую, что тело превращается в камень, настолько я шокирована происходящим.
— Там есть что-то вроде мини тира. Можем пострелять, выиграть игрушку, посмеяться с того, как ты мажешь и не попадаешь ни в одну мишень.
— Эй! — толкаю локтем в живот, вызывая у Стрельника лишь усмешку.
Попробуй пробить его стальной пресс!
— Есть ВИП-зона, но туда я тебя не поведу.
— Почему?
— Там нехорошие мальчики отдыхают и делают плохие вещи.
Неужели? Страшно подумать, какие именно.
— Что еще?
Пока меня ничего из перечисленного не привлекает.
— Есть фотобудка, — указывает пальцем, но я не вижу ничего.
Только снующих мимо ребят в разных костюмах.
— Игровая, — посмеивается.
— Игровая?
— Ага. Картишки и прочие азартные игры.
— Не вечеринка, а пародия какая-то, — ворчу вслух.
— Организаторы слишком долго жили за границей. Сказывается, — все так же опаляет мое ухо дыханием, задевает щеку своей, и все.
Дрожь пробегает волной по телу. Начинаю часто моргать и пытаюсь убрать руки Стрельника с живота, где они уже долго хозяйничают. Не удается, а потом мой взгляд останавливается на принцессе, которая застыла у танцпола.
Сердце ухает вниз.
Лиза…
Я сглатываю.
Вот он конец…
— Пусти! — отталкиваюсь от Романа и спешу догнать убегающую подругу.
В висках стучит. Сейчас она все неправильно поняла, точно!
Хватаю ее за запястье, настигая в толпе наряженных ребят.
— Чего тебе⁈ — цедит сквозь зубы. — Хорошо за водичкой сходила? — откидывает мои пальцы, как что-то очень мерзкое, и не сдерживается — высказывается довольно-таки громко.
— Лиз, ты не так все поняла, — начинаю, но она истерично посмеивается.
Глаза сверкают от злости. Мартыненко шагает вперед и тычет мне пальцем в грудную клетку.
— Ты знала, как он мне нравится, и что? Решила своим дешевым развратным костюмом привлечь внимание? Дерзай, подруга! Тебя просто поюзают!
— Что ты несешь?
Ошарашено смотрю на Лизу, которая из ангелочка резко трансформируется в демона. Нет, я понимаю, что Стрельник ей нравится, но говорить ТАКОЕ мне… Низко.
— Вот почему ты около меня постоянно трешься. Чтобы парни тебя замечали.
— Хватит говорить ерунду. Мы дружим с детства.
— Дружим? Подруги не уводят парней!
— Лиз, он — не твой парень.
— Но был бы, если бы ты сейчас не влезла!
— Если бы ты ему нравилась, то…
— Что⁈ — взрывается криком, дергает рукой и задевает бокал мимо проходящего парня.
Тот взлетает вверх. Содержимое выплескивается прямо на Мартыненко. Весь ее наряд покрывается бурыми пятнами.
Губы Лизы трясутся. На глазах появляются слезы. Она с ужасом смотрит на окружающих, которые замирают и с интересом пялятся на нашу разборку.
— Больше не подходи ко мне никогда, никчемная, жалкая нищебродка!
«У-у-у» — пролетает по толпе, а у меня внутри все холодеет. Вскрылась правда псевдо дружбы. Не было ее никогда. Я — глупая и наивная. Верила в то, чего нет.
Мартыненко все-таки убегает, но я уже не стремлюсь останавливать и что-то объяснять. Зачем нищебродке делать это? Дальше унижаться?
— Чего вылупились? — это уже Стрельник нападает на всех зевак, которые обсуждают нас. — Пришли веселиться? Веселитесь, — встает передо мной. — Подруга твоя? — кивает в сторону, где исчезла Мартыненко.
— М-х-м, — издаю непонятные звуки и пожимаю плечами.
— Прям королева драмы, — усмехается и потирает ладони друг о друга, будто в предвкушении. — Ну что? Готова проиграть мне в тире, Кошка? Или будешь и дальше убиваться?
24. Жестокий Бэтмен
Совсем отключиться от произошедшего не получается, потому что на парочку Бэтмена и женщины-кошки глазеют, словно в цирке. Я иду рядом со Стрельником, но своего тела не чувствую. Ощущение такое, будто душа отделилась от него и пребывает в другом измерении. Мыслями я все еще в разборках с Лизой.
Назвать меня нищебродкой, как она могла?
Хотя после выходки с Леоновой, не стоит удивляться. Если подумать и вспомнить, то окажется, что я многого не замечала или не хотела видеть. Мартыненко всегда выбирала между мной и шумными популярными компаниями последних. И сейчас она не переживает за то, что сделала мне больно. Ее волнует лишь собственная персона и то, как она выглядит в глазах окружающих.