Дым без огня

— Кристофер, вы живы? — спросила Джессика, подбегая к стремянке.
Сидя на полу, он морщился и потирал макушку. Девушка не могла скрыть улыбки.
— Не вижу ничего смешного!
— Конечно… — Джессика постаралась принять серьезный вид.
Кристофер поднял стремянку и стряхнул пыль со свитера.
— Могу я узнать, что вы хотите сделать с этой комнатой к субботе?
— Да ничего особенного, лишь бы выглядела прилично. Слишком мало времени, чтобы осуществить то, что я задумал.
  
— Когда вы купили этот дом, он весь был таким?
— Я трудился над ним все свободное время и привел в порядок комнаты, необходимые в первую очередь. А эти все еще ждут своего часа. — Он присел на подоконник, как завороженный глядя на ее волосы.
— И вы все делали сами?
— Да. Но только, пожалуйста, не пили меня, как это делает Эмили. Я прекрасно понимаю, что все было бы давно готово, если бы я кого-нибудь нанял. Но я люблю работать руками. Это как-то… успокаивает.
— Вы не должны мне ничего объяснять. — Джессика отошла в сторону, чтобы не видеть его изумленных глаз. — Я хорошо понимаю, что вы имеете в виду, когда говорите о нехватке времени для наведения здесь полного порядка. — Что, съел? Вот тебе «бруклинский выговор». — Особенно если вы хотите, чтобы и столовая была готова.
— Да, конечно. Можешь что-нибудь предложить?
— Отменить прием.
Кристофер бросил на девушку негодующий взгляд. Ему было не до шуток.
— Что ж, как только вы закончите со шторами, я могу помыть окна. А заодно и стены. Ручаюсь, выглядеть они будут гораздо лучше. Но есть одна загвоздка.
— Какая? — Настроение у него явно улучшилось.
— Мебель, Кристофер. У вас совсем нет мебели.
— Гм… Да. — Он медленно обошел комнату по периметру. — А если перетащить в столовую стол из кухни, а гостиный гарнитур расставить по всему дому?..
Джессика кусала губы, чтобы не рассмеяться. Определенно, в Кристофере было что-то забавное, только она не сразу это поняла.
— Ну ладно. — Он поднял вверх руки. — Сдаюсь. Я и сам знаю, что это никуда не годится.
Джессика провела ладонью по каминной доске.
— Это действительно прекрасный дом.
— Именно. Поэтому я и купил его. Она обернулась.
— Этот прием… Похоже, он очень важен для вас.
Кристофер неопределенно повел плечами.
— Пожалуй…
— Кто должен прийти? Ваш босс?
— И не один, а целых три. Их жены, а также мои сослуживцы, деловые партнеры, клиенты…
— Ага, понятно. Значит, от этого зависит ваша карьера? — спросила Джессика с нескрываемым сарказмом.
Кристофер нахмурился.
— Конечно нет. С чего ты взяла? Я хорошо работаю, Джессика. Продвижение по служебной лестнице зависит только от этого.
— Ну да, разумеется. — Джессика старалась смягчить свой тон. По насупленному лицу Синглтона она поняла: на чаше весов лежит и еще кое-что…
На мгновение он забыл о Джессике, и девушка воспользовалась этим, чтобы как следует разглядеть его: от светлых волос, позолоченных солнцем, до длинных, мускулистых ног, обтянутых дорогими джинсами.
Вдруг ее бросило в жар. Боже милостивый, что с ней происходит? Если она начнет обращать внимание на его красоту, скоро жизнь с ним под одной крышей станет настоящим адом…
Она откашлялась.
— Вы никогда не думали взять мебель напрокат?
Кристофер только руками развел.
— Нет…
— Мебель, конечно, необходима, но покупать ее сейчас я бы вам не советовала. У вас слишком мало времени. Кристофер кивнул и широко улыбнулся.
— Решено! Бери пальто и поехали!
— Я? — Джессика не могла скрыть удивления.
— Да. Ты же сама предложила помочь мне, правда?
Джессика убедила себя, что она действует просто как соседка по квартире, у которой просят совета. Но когда она заглянула в стоявшее в холле зеркало, то заметила, чтоглаза ее подозрительно блестят, а яркий румянец на щеках не имеет ничего общего с пресловутой «обособленностью».
Глава 4
Пробираясь через горы мебели, пылившейся на складе, Кристофер не узнавал сам себя. Обычно спокойный и уравновешенный, с появлением Джессики он бросался из крайности в крайность. То вверх, то вниз. Как на «американских горках».
Только час назад он готов был съесть ее живьем. И идея Джессики обособиться и жить в его доме на правах квартирантки казалась ему просто замечательной. В его жизни не было места для Джессики Стоун. Однако не успела она скрыться в своей комнате, как эта политика невмешательства стала беспокоить его. А потом пошло-поехало: когда она предложила взять мебель напрокат, он не просто позвал ее с собой, но настоял на этом. Конечно, можно приписать это чувству долга перед Глэдис:
ведь она просила чем-нибудь занять Джессику. Но тогда при чем тут его прекрасное настроение?
Если Кристофер не мог разобраться в себе, то уж Джессика и подавно была для него загадкой. Чем больше времени проводил он в ее обществе, тем сильнее сгорал от любопытства. А Джессика все бродила по забитому мебелью складу, пораженная разнообразием предлагаемых образцов.
— Удивительное место… — шептала она, наклоняясь к нему как к сообщнику: этот жест почему-то растрогал Кристофера. — Ой, смотрите, даже картины есть. Как вы считаете, можем мы взять несколько картин?
Она была как ребенок — застенчивая, радостно возбужденная, глаза широко распахнуты… Однако этот ребенок прекрасно отличал «хепплуайт» от «шеридана».
— Где ты училась искусству декоратора?
— Да я о нем понятия не имею! — Девушка засмеялась, словно подобная идея была верхом абсурда. — Просто, как все, читаю журналы. Ой, Кристофер, взгляните на этот плетеный гарнитур! Не хотите обставить веранду?
Щеки ее покрылись нежным румянцем, карие глаза искрились, а когда Джессика улыбалась, казалось, она светится изнутри. Укрывшись за большой эмалевой вазой и исподтишка наблюдая за девушкой, Кристофер наконец разглядел, что она очень хорошенькая. Раньше он этого не замечал. Конечно, ее черное пальто из кожзаменителя оставляло желать лучшего, но что ж тут поделаешь… Вся ее одежда была недорогой, и это говорило только об одном: Джессика явно ограничена в средствах. Вещь знакомая. Даже слишком.
Джессика заметила, что ее разглядывают, и тут же перестала улыбаться.
— Что? Что такое? — насторожилась она.
— Ничего…
— Я чересчур увлеклась, да? Простите. Ведь это ваш дом, и это вы будете принимать гостей…
— Нет, нет, все в порядке. Просто я увидел, какая ты на самом деле, и мне это очень понравилось.
Только тут Кристофер спохватился, что совершил ошибку. Он не только сам нарушил конвенцию, но и дал понять, что девушка тоже переступила черту. Джессика тут же нахмурилась и замкнулась, словно цветок, который закрывает лепестки после захода солнца.
Ах, так… Думает, она хитрее всех, подумал Синглтон. Несмотря на то что Глэдис хотела, чтобы Джессика пустила здесь корни, Кристофер сильно сомневался, что девушка надолго задержится в Денвере. Иначе зачем бы ей стремиться поступить на работу, вместо того чтобы ограничиться помощью по хозяйству? И почему она такая скрытная?
Нет, у этой девчонки на уме только одно: как можно скорее сбежать отсюда. Но Кристоферу лучше держаться от нее на расстоянии, если он не хочет окончательно спугнуть ее…
Придя на автостоянку, он открыл перед Джессикой дверцу машины.
— Интересно было, правда? Джессика откинулась на сиденье, стараясь не встречаться с ним взглядом
— Да. Теперь дом приобретет жилой вид. Особенно если всюду расставить кадки с пальмами. Вам понравится. — Вид у нее при этом был довольно сердитый.
— Спасибо за идею.
Она пожала плечами и окончательно замкнулась. Кристофер барабанил пальцами по рулевому колесу. Молчание девчонки действовало ему на нервы. Она напоминала тихий омут, в котором, как известно, водятся черти. Хотел бы он знать, что делает Джессику такой колючей и в то же время такой беззащитной.
  
Может быть, во всем виноват переезд. Далеко не каждому легко дается расставание с домом, с привычной обстановкой, оставшимися за две тысячи миль отсюда. И все же Кристофер не мог отделаться от чувства, что причина кроется в чем-то другом.