Двойная ложь

Ему требовалась передышка от такой жизни.
«Ты сам этого хотел, придурок. Будьте осторожнее в своих желаниях».
– Итан! Ты меня слышишь? Та девица буквально вся слюной от тебя исходит.
– У меня нет времени на новых женщин, сам знаешь.
Билл весело рассмеялся и похлопал Итана по руке. Иногда он задумывался, не пытается ли Билл его умаслить, проявляя заботу, ведь Монклер приносил очень много денег.
  
Он считал Билла другом – а тот знал о нем почти все. Но иногда Итан задумывался, что именно он сделал Билла богатым. Очень, очень богатым. Не исключено, что этот человек ненавидит его, ему просто нужен дом в Хэмптоне, который он вскоре сможет купить на свои пятнадцать процентов.
Билл покосился на него:
– Если тебе это неинтересно, может, бросишь кость старому псу?
– Ты женат.
– Я женат, но еще не умер. Могу же я хоть посмотреть? И дайте симпатичную, пожалуйста. У ее платья такой глубокий вырез, мне даже не придется вставать на цыпочки, чтобы заглянуть.
Итан посмотрел на него с высоты своего роста и передернул плечами.
– Ну ладно. Возьму еще пива, и прогуляемся, чтобы ты мог поглазеть на девицу.
К бару стояли две очереди, двигались они быстро. «Может, стоит взять виски вместо пива?» Итан начал разглядывать выстроенные за спинами барменов бутылки и увидел «Макаллан» восемнадцатилетней выдержки. Отлично. Годится.
Он почувствовал, что кто-то коснулся его руки. Повернул голову направо. Рядом стояла женщина. Не та, что была на другом конце зала. Высокая, с длинными светло-рыжими волосами, собранными в хвост. Она не просто дотронулась до него, чтобы привлечь внимание, а как будто приласкала. Странное прикосновение, безумно эротичное, и все остальное в то же мгновение перестало существовать.
Была ли она пьяна? Она не выглядела пьяной. Она выглядела… голодной. И не в смысле «пригласите меня на ужин».
Итан улыбнулся ей:
– Между прочим, у меня есть и вторая рука.
Она отдернула ладонь, будто обожглась. А лицо покраснело. На носу у нее были веснушки. А кожа совершенно чистая, без косметики. Да она и не нуждалась в косметике. Но чтобы не носить маску? В таком-то кавардаке? Любопытно.
– Могу я чем-нибудь вам помочь? – спросил Итан.
Она собралась уходить, но по-прежнему не сводила с него глаз.
– Подождите.
Что ты делаешь, идиот? Какая-то безумная деваха, очередная фанатка. Пусть идет, придерживайся плана.
Незнакомка застыла, как олень в свете фар. В ее глазах читалось глубочайшее смущение и что-то еще, интригующее и привлекательное.
Когда она заговорила мягким голосом, у Итана шевельнулось что-то глубоко внутри.
– Простите. Не знаю, что на меня нашло. Если честно, я обычно не дотрагиваюсь до незнакомых мужчин.
Она развернулась и хотела уйти.
Итан остановил ее, схватив за руку:
– Постойте. Не убегайте. Я даже не знаю, как вас зовут. Меня – Итан.
Она застыла и опустила взгляд на его руку, такую крупную по сравнению с ее ладонью.
– Я знаю. Итан Монклер. Я обожаю ваши романы.
Он так часто слышал эту фразу, что теперь она воспринималась словно заученная, но из уст этой женщины звучала совсем по-другому. Как молитва. Обещание.
– С кем вы здесь?
– В смысле?
Она наконец встретилась с ним взглядом, и теперь Итан мог как следует ее рассмотреть. И увиденное завораживало. Привлекательная, румяная, с рыжеватыми волосами и голубыми глазами – вероятно, ирландского происхождения. Обтягивающее черное платье подчеркивало отличную стройную фигуру, похожую на песочные часы. Девушка выглядела свежо и невинно. Словно соседская девчонка, по которой сохнешь с детства, старшая сестра твоего лучшего друга. А потом ты становишься достаточно взрослым, чтобы переспать с ней, и все меняется. Но в этой до сих пор жил какой-то дух пригорода. Наверное, стажерка.
– Я о том, с каким вы издательством.
– О, ни с каким.
– Тогда что вы здесь делаете?
– Я… – Ее манера смущенно опускать взгляд, как придворная дама, смотрящая из-под ресниц, сводила с ума, причем в лучшем смысле. Она тяжело вздохнула. – Ну ладно. Мы в одном издательстве. Но вы опережаете меня на целую вечность.
Так-так.
– Так вы не стажер?
– Я писатель.
– А имя у вас есть?
Румянец стал ярче.
– Саттон. Саттон Хили.
Определенно ирландка, хотя говорит без акцента. Видимо, второе поколение, но Итан был уверен, что ее семья приехала сюда недавно. Он слышал ее фамилию, но не собирался доставлять ей удовольствие, признаваясь в этом. Он наслаждался ее замешательством. Большинство женщин, с которыми он знакомился, тут же пытались ему угодить. Эта же была просто ошарашена и смотрела на него как на сочный стейк. Это показалось ему милым. Он думал, что это сексуально.
– Я могу вас угостить, Саттон Хили?
– Из бесплатного бара? Конечно.
Она снова коснулась его руки, на этот раз медленнее, и Итан уже знал, что будет дальше. Он отведет ее наверх, они проведут ночь вместе, он узнает Саттон Хили в библейском смысле, и они получат удовольствие от каждой минуты.
Итан услышал за спиной хриплый и насмешливый шепот Билли:
– Вот говнюк.
Итан отмахнулся от него.
Саттон Хили тоже хотела «Макаллан», поэтому Итан заказал две двойные порции. Они отошли в уголок. Он развернул Саттон лицом к залу, а сам встал спиной к толпе. Так они простояли полчаса, и никто их не прерывал. Кажется, он несколько раз провел рукой по волосам. Итан не очень хорошо понимал, зачем он это делает, но обычно это сводило женщин с ума.
Выпив два бокала, Итан признался, что слышал о ее книге.
– Исторический любовный роман, верно?
– Твой агент тайком сунул тебе записку с этими сведениями?
– Я читал.
– Ты читал любовный роман? Да ты шутишь.
– Это успокаивает. Кроме того, интересно посмотреть, как, по мнению женщин, должны вести себя герои. Это дает мне ориентиры. Мне надо отточить рыцарские навыки, особенно сейчас, когда нас заставляют проходить тренинги по чувствительности. Порой очень трудно понять, где должны проходить границы. Если бы мы вели себя с восемнадцатилетними девственницами, как ведут себя твои герои, нас упекли бы в тюрьму. Представляешь, сколько сочных новостей из этого выжала бы пресса?
– Ну и чушь ты несешь, Итан Монклер.
– Возможно. А может, я пьян. – Да, в этот момент он точно провел рукой по волосам, зная, что густые волны немного растрепались; «лохмушки», как говорила его мать. Он одарил Саттон Хили ленивой улыбкой. – А может, это ты на меня так влияешь. Кстати, о пересечении границ. Не хочешь отсюда уйти?
На секунду он заволновался: не слишком ли быстро нажал на газ? В его голосе звучало слишком много желания, но она не колебалась.
– Боже, ну конечно. Терпеть не могу такие вечеринки. Пошли?
Итан помнил каждый из пятидесяти шагов до лифта, и в венах гудело предвкушение. Он положил руку ей на поясницу – нежно, по-хозяйски – и ощутил, как точеная спина плавно переходит в упругую задницу. Итан подождал, пока закроются двери, чтобы поцеловать Саттон. Ее губы были сладкими и дымными от виски, а когда она обхватила его за шею и притянула ближе, его сердце забилось быстрее. Это было нечто большее, чем обычное возбуждение. Что-то в этой женщине буквально опьяняло. Итан понял, что надолго запомнит поездку в Нью-Йорк.
Их номера находились на одном этаже, рядом с конференц-залом. Итан свернул к своему номеру, но Саттон покачала головой.
– Мне нужно десять минут. Дай мне свой ключ.
Он вытащил пластиковую карточку, открыл дверь номера и отдал ключ Саттон.
– Только не разочаровывай меня.
Она улыбнулась, ее взгляд был слегка расфокусирован.
  
– Ни за что.
И она ушла по коридору. Итан походил по номеру. Почистил зубы. Раздумывая, не налить ли еще одну порцию из мини-бара, он решил, что уже и без того набрался и не скоро протрезвеет.
Верная слову, она вернулась через восемь минут. Итан не мог припомнить, когда в последний раз был так счастлив кого-либо видеть.