Двойная ложь
– Пять футов одиннадцать дюймов, блондинка, вес точно не знаю. Стройная, она работает над собой. И очень красивая.
– Когда вы видели ее в последний раз?
– В понедельник вечером.
– Вчера?
– Да.
– Есть какие-нибудь основания полагать, что она в опасности, сэр? Вы получали странные телефонные звонки или угрозы?
– Нет, насколько мне известно. Правда, был один репортер, который ее донимал, – она писательница, мы оба писатели, – но это не физическое насилие.
– Почему вы решили, что она пропала?
– Она оставила записку, просила ее не искать. Обычно я уважаю ее желания. Но я… мы недавно потеряли ребенка. Это маловероятно, но она могла что-то с собой сделать.
После небольшой паузы заговорил другой оператор, уже мягче.
– Понятно. Полиция скоро будет, сэр.
– Спасибо. Большое спасибо.
Он нажал на отбой. Айви подняла брови.
– Они кого-то пришлют.
– Хорошо. А теперь, пока мы ждем, давай посмотрим, что можно найти в ее компьютере.
Итан повел Айви в кабинет Саттон.
– Ты знаешь ее пароль? – спросил он.
– Могу догадаться.
– А я нет.
Айви снова как-то странно, оценивающе посмотрела на него.
– Как так вышло, что все, похоже, знают мою жену лучше меня? Сначала ее мать, потом три ведьмочки, а теперь ты. Что происходит?
– Боже, ты говорил с Шивон? Саттон это не понравилось бы.
– Она явилась за своими деньгами. И совершенно не вовремя.
Айви села за стол Саттон, открыла ее ноутбук и коснулась тачпада. Появился скринсейвер с полем для пароля.
Девушка на мгновение застыла, прикусив губу, а потом набрала несколько букв и нажала на «ввод». Экран замерцал, но ничего не произошло. Она попробовала еще раз, с тем же результатом.
– Если сделать так слишком много раз, ты заблокируешь компьютер. Может, она где-нибудь записала пароль?
Айви щелкнула пальцем по клавише «ввод».
– Конечно записала. В блокноте, на последней странице. Но я не вижу его на столе.
– Я этого не знал. Она хранит старые блокноты в шкафу в хронологическом порядке. Может, он там.
Итан открыл дверцу и начал искать. Всего через секунду он нашел самый последний блокнот – систему хранения Саттон можно было ставить в пример любой библиотеке.
Итан открыл последнюю страницу. И конечно, там был список, написанный карандашом.
Увидев пароль, он нервно сглотнул. Наклонился над плечом Айви и набрал его. Когда Итан нажал на «ввод», черный экран пропал, и они увидели рабочий стол.
– Сезам открылся. И что это было?
– Пароль? «Я люблю Итана Монклера».
Его голос задрожал, в груди вспыхнула боль. Неужели это будут последние слова его жены?
– Как мило.
– Сначала почта, – проворчал Итан.
Айви кликнула по иконке почты. Итан махнул рукой, и девушка встала, уступив кресло ему.
Первые пять сообщений пришли утром от ведьмочек и Джесс. Они интересовались, все ли у Саттон в порядке. Отправлены после того, как с ними связался Итан.
Помимо этого было множество писем, которые получал (когда-то получал) и сам Итан: от редакторов, издателей и маркетологов, и все с потрясающе хорошими новостями или с сообщениями из серии «не стоит волноваться». Саттон получила отличную рецензию от «Паблишерс уикли» [4] на свою последнюю книгу, которая должна была выйти через месяц. Как мило, что ему она об этом не сказала. Внутри зародился огонь гнева, смешанного с ревностью, гордостью и фирменным отвращением к самому себе. Его жена-писательница получала похвалы за женские романы, а Итан, автор действительно серьезных книг, чей вклад в литературу надолго останется в памяти, сидел сложа руки, не в силах написать ни единого гребаного слова.
А были еще и неприятные письма. Его гнев сразу поутих. Итан не знал об этом, Саттон не сказала. Они до сих пор приходили, конечно, не сотнями в день, как в самом начале, но все равно их было много. Только за последнюю неделю он насчитал двадцать штук. Саттон складывала все в одну папку. Злобные письма от прежних почитателей. Итан открыл папку «Отправленные». С четверга ничего. По спине пробежал холодок.
– Нашел что-нибудь?
Он и не заметил, что Айви куда-то уходила, а теперь вернулась с запотевшим стаканом с водой, который оставила на кухне.
– Ничего полезного. Я еще не добрался до папок с документами, посмотрел только почту. У нее мог быть еще один адрес?
В дверь позвонили.
– Пойди открой, – сказала Айви. – Это может быть полиция. Я еще минутку здесь покопаюсь, вдруг остались какие-нибудь незаконченные файлы. Я всегда получала письма только с этого адреса. Но все возможно, Итан.
– Айви, а тебе не кажется…
– Что?
Итан покачал головой:
– Неважно. Продолжай поиски.
Прибытие полиции
На крыльце, оценивающе разглядывая дом, стояли два копа. Итан знал, какой эффект он оказывает на людей – огромный изящный особняк был хорошим образчиком роскошного образа жизни южан: двойные двери с львиными головами, мансардные окна и башенка; каждая деталь сделана с любовью. Итан всегда гордился своим домом, хотя именно Саттон сделала его уютным.
Перед ним стояли двое полицейских: седеющий мужчина за пятьдесят в мятом синем костюме, а его напарник – молодая женщина в форме. Она заговорила первой.
– Сэр? Моя фамилия Грэм, а это сержант Морено. Как мы понимаем, вы сообщили об исчезновении жены?
– Да, я…
– Подождите! – раздался голос со стороны улицы.
Джоэл Робинсон бежал по тротуару со всей скоростью, которую только позволяли развить короткие ноги. В белом штакетнике (да, у них даже был белый штакетник) имелась калитка, Робинсон немного повозился с задвижкой и влетел внутрь, улыбаясь и раскинув руки.
– Рой, старина! Как дела? Как Беверли?
Морено пожал Робинсону руку.
– Все прекрасно.
– До сих пор делает для подруг из церкви запеканку с макаронами и тунцом?
– Постоянно.
– Передавай ей привет. Последние несколько недель я пропадал, готовился к суду, сам знаешь, каково это.
– Ага. А здесь ты что делаешь?
Робинсон прошел мимо копов и встал рядом с Итаном.
– Итан – мой друг. Решил заглянуть и узнать, нет ли новостей от Саттон. Ничего?
Итан молча покачал головой.
– Что ж, тогда давайте пойдем в дом и поговорим. Ужасно. Ужасно.
И он загнал всех внутрь. Итан начал понимать, почему Джоэл Робинсон такой известный адвокат по уголовным делам.
Уже внутри Морено представил свою коллегу Грэм. Робинсон снова расплылся в улыбке.
– Я знаю вашего папу, отличный человек. Справедлив и всегда признает, если не прав. Передавайте ему привет с другой стороны ограды, ладно?
– Передам. Он мне о вас рассказывал. То же самое, что и вы о нем.
– Вот это приятно. Ну ладно, перейдем к делу, да? Надо найти одну рыжую красотку.
Славные деньки
Тогда– Ох, Итан, он так мне нравится! Просто идеальный!
Они стояли на тротуаре в колоритном центре Франклина, штат Теннесси. Полуразвалившийся викторианский особняк нуждался в серьезном ремонте. Перед глазами Итана плясали только доллары, но Саттон прыгала вокруг, как одуревший щенок, умоляя позвонить риелтору и посмотреть дом, и Итан не мог ей отказать. Он никогда ей не отказывал. От них не убудет, если они посмотрят. Посмотреть не значит купить.
Через полчаса риелтор дала им ключи.
– Пройдитесь по дому, посмотрим, что вы решите. Это не дом «под ключ», как вы рассчитывали, но у него крепкие кости. Немного работы и любви – и он будет потрясающим.
И комиссия вдвое больше, чем она получила бы за продажу других домов, которые показывала, но Итан проглотил эти слова и последовал за любимой женой в недра потрепанной зверюги.
Риелтор не ошиблась, у дома оказались крепкие кости. Он был заброшен; у предыдущего владельца начались плохие времена, он не мог вносить платежи, и банк забрал громадину. Полы из светлого тика были выскоблены и поцарапаны, видимо, крупной собакой. Крыльцо нуждалось в капитальном ремонте; в одной дорической колонне виднелась большая трещина.