Изменяя прошлое (СИ)

А чудо случилось тогда, когда пути начинающей журналистки Наташи пересеклись с путями уже не такого молодого, но зато очень перспективного угонщика. И когда Нечай ее впервые увидел, то в его ушах вдруг зазвенели колокола, запиликали какие-то странные скрипки, а капитан красивого корабля с парусами цвета крови, вырулившего на стрелку Васильевского острова в ту белую июньскую ночь, казалось, прокричал Нечаю прямо в ухо: «Песец тебе, парень!». Ну, было Нечаю такое видение, чего только в Петербурге ни бывает!
  
[1] ДПНК — Дежурный помощник начальника колонии.
  
Глава 16
 
«Она прошла как каравелла по зеленым волнам» известный тогда исполнитель споет только через два года, но что-то похожее на эти строки явно прозвучало в голове Нечая, когда девушка, показавшаяся ему виденьем из сказки, подошла к нему и, напористо поздоровавшись, представилась журналисткой Натальей Невзглядовой.
А случилось вот что. Наташе чуть не со слезами выпросила у редактора разрешение на первое в своей жизни журналистское расследование. Она долго ломала голову над тем, как же ей прославиться, заработать себе имя, чтобы ее заметили и позвали куда-нибудь в серьезное издание, что будет нечета той бульварной газетенке, куда ей удалось устроиться после окончания универа. И тут, случайно ли, или то было указание свыше, на одном из милицейских брифингов кто-то задал вопрос об угонах дорогих иномарок, участившихся в последнее время. И в ответе пресс-секретаря УВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, она явно услышали нотки растерянности, когда яркая девица с погонами полковника что-то лепетала типа: несмотря на то, что преступники используют самое передовое электронное оборудование для вскрытия навороченных систем безопасности крутых тачек, а их опера из-за плохого снабжения вынуждены работать по старинке, они приложат все усилия, и в кратчайшие сроки…, и т.д. и т.п. Вон оно, поняла Наташа, то, что я искала!
Первым делом Невзглядова созвонилась и встретилась со своим одноклассником, который, как она точно знала, был бандитом и к тому же не из самых последних среди братвы. Поначалу тот отнекивался, уверяя, что не имеет никакого отношения к этой теме и даже не знает, где можно что-то разузнать. Потом стал откровенно намекать на то, что близость их тел может поспособствовать решению ее вопроса. И не то чтобы Наташа была принципиально против, давно для себя решив, что ради карьеры пойдет на многое, а переспать с нужным человеком — это даже не входит в то «многое», чем она готова была поступиться, но и прыгать в постель к мужику, который только обещает, она, конечно, не собиралась. Поэтому на его обещание Наташа ответила своим обещанием, намекнув, что, в принципе, она не против такого развития событий, но только по старой схеме: утром стулья, вечером деньги, но никак не наоборот. Одноклассник оценил изящество предложения, и, скажем так, схема частично сработала. Школьный знакомый таки принес наколку на нужных ей людей, но с постелью она его легко и привычно кинула, используя веками опробованные женские наработки так, что он даже не понял, все еще ожидая развития обещанного романа. Ну, что сказать, когда человек лох, то лоха не грех и кинуть, если следовать тому принципу, по которому сам же обманутый чудик и жил.
Так, медленно продвигаясь по цепочке, она добралась до нужного авторитета и при условии анонимности (иначе ее истерзанный труп найдут на помойке, как ей вежливо намекнули) даже взяла у него интервью, в котором он, хвастаясь, многое рассказал, хотя, как она подозревала, где-то и прихвастнул. Но то уже дело десятое, а для читателей так вообще самое то. Главное, что она выпросила у авторитета обещание интервью с ожидаемым со дня на день самым крутым специалистом по вскрытию, как выразился тот, «наших дорогих девочек», имея в виду автомобили, которые, похоже, и правда любил больше, чем баб, да и относился к ним не в пример нежнее.
И вот, наконец, долгожданная встреча, которая должна была поставить точку в ее журналистском расследовании и в том материале, что она уже почти подготовила. Не хватало только вот этой самой «вишенки на торте», которую она намеревалась получить любым приемлемым способом. Можно и без нее, конечно, но Наташа прекрасно понимала, что без этого интервью ее материал может и не стрельнуть, подобных расследований, кто еще помнит, в то время печаталось слишком много, и читатель, мягко говоря, зажрался.
Встреча была назначена на набережной Невы в ночь с 28 на 29 июня, когда толпы народа вывалят посмотреть шоу под названием «Алые паруса».
Когда заказчик попросил Нечая встретиться с журналисткой, он уже полностью отработал обговоренное заранее количество тачек и даже получил свое бабло. Питерская милиция оказалась такой же беспомощной, как и столичная, ни разу даже не чухнувшись. И Нечай как раз обдумывал мысль о том, а не задержаться ли ему в Питере подольше, место здесь, как выяснилось, хлебное. Может, думал он, вообще здесь осесть пока. А тут Барсук, что контролировал весь этот бизнес с тачками в Петербурге, с журналисткой этой.
— Она хоть ничего? — лениво спросил он.
— Телка высший сорт, — причмокнул Барсук. — Я ей сам интервью давал, само собой — анонимное, никаких имен, никаких погонял, вообще никакой конкретики, никаких фото и видео. Девчонка не сдаст, зуб даю, она хорошо втыкает, что один прокол с ее стороны, и на одну глупую молодую журналистку в городе меньше. Тут можешь быть спокоен, я отвечаю.
— Ну, раз ты отвечаешь…, — протянул Нечай, — ладно, могу с ней встретиться. Но, сразу говорю: ничего не обещаю, посмотрю, как она себя поведёт.
— Ты в своем праве, — поднял ладони Барсук. — Главное, встреться, а там как хочешь, она мне никто.
— Лады, — кивнул Нечай, — заодно на ваши «Алые паруса» посмотрю.
На том и договорились. А в тот самый момент, когда Андрей Нечаев образца 1995 года вышел на невскую набережную, в него запорхнула матрица сознания Нечая образца 202… года.
***
Он узнал ее сразу и долго разглядывал издали, не торопясь подходить и вспоминая их прошлую встречу. Тогда они прогуливались по постепенно пустевшей после прохода парусника набережной под все более светлеющим небом, и Нечай хвастался своими подвигами, полностью поплыв от общения с зацепившей его девчонкой. Потом они разошлись, а он так и не решился пригласить ее на свидание, потом очень долго жалея об этом. Сегодня он решил действовать иначе, терять ему нечего, в крайнем случае всегда можно будет повторить. От этой мысли он усмехнулся, решив, что будет пробовать до тех пор, пока не получит свое. Старая циничная матрица не ведала сомнений, встав у руля сравнительно молодого тела и направив его навстречу планируемым победам, думая по пути о том, что Наташа — девушка отчаянная, не побоялась прийти на встречу одна. Впрочем, таково было его изначальное условие, которое они обговорили по телефону, который дал ему Барсук: быть одной, никаких фото, видео и звукозаписывающей аппаратуры.
Она была прекрасна в своей молодости, а бирюзовые лосины под короткой и узкой джинсовой юбчонкой подчеркивали ее стройные ноги. Желтый пиджак с широченными плечами и маленькая женская сумочка на длинном ремешке через шею — все это приметы моды девяностых. Как и синие тени вокруг глаз, и бледная помада на губах, подчеркнутая коричневым карандашом. В целом Наташа выглядела для того времени очень стильно.
— Доброй ночи, — подошел он сзади к вертевшей головой по сторонам девушке. А когда она обернулась, представился:
— Я Александр, это я вам звонил, — имя он на всякий пожарный решил изменить, как говорится: береженого Бог бережет, а небреженого конвой стережет.
— О, здравствуйте, Александр! — излишне бойко ответила она, что выдавало волнение, и смело протянула ему руку. — Я Наташа, журналист.
Нечай усмехнулся про себя, в это время еще не принято было здороваться с женщинами за руку, но новая мода постепенно перетекала с Запада. Он осторожно пожал ее ладошку и, глядя ей прямо в глаза, твердо произнес: