Меня призвали, а я и не против! (СИ)

– Да, как раз тебя, гребанного недобитка, я и искал, – с удовольствием ответил он хриплым голосом. 
Он уже замахивался на меня очередным огненным шаром, но вдруг резко обернулся. Видимо, вспомнил, что противники сбоку. Нейт уже не держал щит. Выставив руки вперед, он начал закидывать врага волнами воздуха. Маны в них было не очень много, судя по цвету, так что и урона длинноволосому они не нанесли. Зато заставили его погасить шар и начать обороняться.
Я принял единственное верное решение – побежал к врагу, надеюсь на его отвлеченность. Раз уж ничем другим помочь нельзя, то вступить в рукопашный бой показалось мне не такой уж и дурацкой идеей.
Длинноволосый отбивался от атак Нейта, которые уже начали слабеть. Роммен тоже подключился и начал закидывать врага огненными снарядами. Правда, их сила тоже вызывала сомнения. Враг умело отбивался, но все же отступал назад. В какой-то момент он сформировал вокруг себя подобие огненной оболочки, тонкой и прозрачной, но хорошо наполненной маной. 
А вот теперь моя идея оказалась нереализуемой – голыми руками я эту защиту не пробью. Я оказался в совершенно неудачной позиции, в нескольких шагах от врага, откуда просто так дотянуться до него не мог, а сам оказывался полностью беззащитным.
Длинноволосый, отбив несколько очередных атак, резко снял свой щит и направил в Нейта и Роммена сразу несколько огромных огненных сгустков. Сразу, без подготовки, они словно возникли из ниоткуда. Нейт кое-как успел поставить щит, но удары оказались слишком сильными – моих товарищей откинуло в сторону.
Я попытался напасть на врага, пока тот стоял без прикрытия щита, но длинноволосый резко обернулся. Он не успел послать в меня огонь, но какой-то силой просто сбил меня с ног. Горячий воздух сбил меня с ног, словно болезненная оплеуха. Странно, но покатившись по земле, я не ощущал боли и находился в сознании.
Я, глотая пыль, сразу же попытался вскочить на ноги. Не получилось – ноги словно не хотели слушаться. Краем глаза замечаю, что и Нейт, и Роммен также валяются поодаль, совершенно изнеможденные.
Длинноволосый полностью переключился на меня. Омерзительно посмеиваясь, он медленно подходил, формируя небольшой огненный шар на своей ладони. Смакует момент, паскуда. 
Я кое-как поднялся на ноги. Голова звенела так, что я не сразу услышал, как орёт Роммен. А орал он именно мне:
– Ты же в теле одного из сильнейшего мага, СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ!
А ведь и точно, магия. Ядро, мана, зрение. Осознание этого словно прострелило мою голову, будто я был слеп и в мгновение прозрел.
Я вскинул руки и попытался внутренним чутьем вызвать отклик маны. Также как и со зрением, но теперь сосредоточился на области сердца, где и было магическое ядро. Наверняка, источник маны именно там.
– Умри, самозванец и предатель Монастыря! – враг замахнулся и послал в меня смертельный снаряд.
Рыжее марево моментально возникло перед глазами, я ощутил миллиарды мурашек, катившихся по моему телу словно электрический разряд. Рефлекторно сжимаю веки и готовлюсь к страшной боли.
Но ее нет. Нет и жара. Я разжимаю веки и понимаю, что стою под защитой щита. Моего собственного, мана для которого исходит из вскинутых рук. Оболочка плотная и светится ярким голубым цветом. А это значит, что я первый раз применил магию прямо в бою.
Правда, радоваться было рано. Длинноволосый напрягся, но старался не показывать это видом, немного сменил позицию и начал закидывать меня сгустками пламени снова и снова.
Странное чувство. Будто сидишь в комнате, а снаружи глухо долбят в стену молотками. Никакого давления я не ощущал, шары разбивались о мою защиту, но было очевидно, что долго продержаться будет непросто. Усталость понемногу нарастала, а сам щит становился тускнее – запас маны, как я понял, истощался.
Нужно было срочно что-то предпринимать, ведь я просто стоял на одном месте. Так врага победить было невозможно, разве что ждать, пока у него тоже упадет запас маны, но судя по тому, что он победил Роммена и Нейта, а теперь расстреливает меня огнем, на это можно было не надеяться.
  
Принимаю рискованное решение. Вспомнив про то, как Нейт стрелял во врага сгустками воздуха, я подумал, что должен сделать то же самое. Пока враг слишком увлечен атаками он не ожидает моего рывка. Жду, пока длинноволосый выкинет в меня два сгустка пламени, резко разрываю щит, который лопается с оглушительным треском, концентрирую ману в обеих руках и бью волнами воздуха наотмашь. 
Во всяком случае, я хотел, чтобы именно так и получилось. На деле удары оказались довольно слабыми. Длинноволосый поймал первую струю воздуха прямо в тело, немного отшатнулся, но вторую атаку полностью отбил. Я же не собирался останавливаться, снова атаковал волной из левой руки, а в удар правой вложил все свое отчаяние. 
Мана наполнила мою воздушную плеть, которая попала длинноволосому в бок и сбила его с ног.
Я тяжело дышал и еле стоял на ногах, чувствуя, как жизненные силы утекают из меня. Видимо, истощение достигло критической точки, цвет моей ауры уже был полупрозрачным. Сбитый же с ног ублюдок уже поднимался на ноги.
– Признаться честно, удивлен. Хорошая попытка. Можешь считать, что умираешь не с позором, – проскрипел длинноволосый, снова формируя между ладоней огненный шар.
Да когда этот ублюдок уже устанет!? Я еле-еле вскидываю тяжелые и ватные руки, которые уже почти не слушаются. Вокруг меня все же формируется щит, слабенький и почти прозрачный, так что рассчитывать на то, что он выдержит больше одного попадания, не стоит.
Длинноволосый замахивается, держа огненный снаряд в правой руке, он вдруг резко дернулся, шар погас, а сам он обернулся назад.
– Не только от магии можно сдохнуть! – сзади показался Нейт, и я увидел в его руках клинок, впившийся в спину длинноволосого.
Враг озверел: дико рыча, он сбил Нейта с ног, но клинок так и остался в его спине. Длинноволосый снова резко развернулся и влепил в меня огненный шар с разворота. Щит лопнул, и я повалился на землю.
Надо было что-то делать. Маны во мне почти не было, так что пережить второго удара я бы точно не смог. Была не была: я направил всю оставшуюся ману в руки и попытался ударить врага сразу двумя воздушными плетями.
Получилось совсем не то, что я ожидал. Из моих ладоней вырвались последние потоки маны, но вместо хлесткого удара они просто окутали врага, словно путы. Длинноволосый зарычал, но потом его злость сменилась удивлением: он не мог сдвинуться с места. Я не меньше его был удивлен, ведь маны в этих путах почти не было, но держали они его крепко.
Потом же стало происходить непонятное: я увидел, как из врага прямо по воздушным узам стала выходить мана и стремиться ко мне. Путы поменяли свой голубоватый цвет на ярко-оранжевый. Мана из длинноволосого поступала прямо в мое тело, я чувствовал ее, она разливалась по организму словно разряды электричества. В какой-то момент я понял, что не выдерживаю – очень сильно жгло, неимоверная боль прожигала грудь, казалось, что сердце сейчас просто взорвется.
Нейт, видя, что происходит, забыл о длинноволосом и кинулся ко мне. Он бил меня по щекам, что-то говорил, но я уже еле-еле мог расслышать его слова.
– Выпусти, выпусти ману! Иначе она сожжет тебя! – орал Нейт.
Собрав последние силы, я попытался представить, будто бы открываю внутренние каналы и выпускаю всю лишнюю энергию прочь. Возможно, мне очень повезло, или сыграли рефлексы прошлого тела, но я почувствовал, что стало легче.
Перестав кричать, я приподнялся и увидел странную картину – противник лежал на земле без чувств, мои воздушные путы куда-то исчезли, а из моего тела выходили ярко-оранжевые искры и улетали, словно от костра в ветренную погоду.
Нейт и Роммен ошарашенно смотрели на меня, пока, наконец, тело не избавилось от чужеродной маны. Я чувствовал опустошение и усталость, а мое магическое ядро было почти прозрачным.
– Это было то, о чем я думаю!? – надрывным голосом спросил Роммен у Нейта. Тот лишь кивнул, не проронив ни слова и задумчиво глядя на меня.