Меня призвали, а я и не против! (СИ)

– Стойте! Я что-то чувствую. Как будто мана, под землей! – завопил Эрик, который смотрел куда-то вниз.
Мы тоже резко опустили головы. Я сначала даже не понял, что Эрик имеет ввиду, но потом увидел небольшие потоки маны прямо под землей. Вернее, это были связки каналов, только они почему-то были очень вытянутыми, а еще двигались, приближаясь к поверхности. 
– Это что еще за хе…? – Роммен не успел выкрикнуть фразу, когда с оглушительным грохотом, прямо рядом с нами во внутреннем дворе возникла воронка. Огромный червь, метра полтора в диаметре, резко прорвался на поверхность, разбрасывая каменную кладку и кучу песка.
– Охренеть! – заорал Роммен, немедленно начиная закидывать тварь огненными снарядами.
Подключился и Эрик – он привел камни вокруг червя в движение и заставил их сомкнуться вокруг него.
Тварь издала какой-то непонятный икающий звук и попыталась дотянуться до нас, но не успела. Снаряды Роммена поджарили ее, червь начал неистово крутиться, изнывая от боли. Воздушные кинжалы, пущенные мной и Нейтом, закончили страдания существа.
– Гигантский землерой – произнес Роммен, оглядывая червя.
Его тело было полностью черным, покрытым какими-то щетинами, а на массивной голове располагалась огромная пасть, которая с легкостью могла бы сожрать человека целиком.
Мы столпились вокруг убитой твари, совершенно позабыв о том, что творилось снаружи стен. А скельды, словно чувствуя, что внутри что-то происходит, снова забесновались, протяжно и долго выли, рычали, бегали.
– Вы понимаете, что происходит? – спросил Нейт.
Мы просто молча смотрели на него. До меня уже доходило, что твари тут взялись не просто так.
– Это спланированная атака. Скельды, теперь черви – вы же не думаете, что они сами по себе просто так сюда заявились посреди ночи? Вряд ли это источник маны их привлекает. Те же скельды даже между собой ужиться не могут, а тут такая стая разом.
– Если это атака, что чья!? – орал Роммен, который уже выходил из себя.
Конечно, такое поведение тварей никто объяснить не мог, но это не отменяло того, что с ними придется разобраться.
Мы снова поднялись на стену, и нам очень не понравилось то, что мы там увидели. Прямо рядом со стенами почти одновременно возникли также же воронки, как и у нас во внутреннем дворе. Еще черви. Они не просто вырвались из-под земли рядом со стенами, но и стали вгрызаться прямо в них – в каменную кладку. И у них это получалось. Скельды же просто бегали рядом, словно ждали, пока черви прогрызут им путь внутрь. 
Землероев снаружи было три – твари с грохотом вгрызались в каменные стены, постепенно пробивая путь во внутрь. Нам еще повезло, что делали они это с одной стороны – мы могли обороняться вместе.
Роммену удалось поджарить одну из них, у Эрика же не получалось с такого расстояния нормально использовать магию земли. Мы с Нейтом смогли пробить тушу двух тварей воздушными кинжалами, но они все еще были живы. Оказалось, что черви могли не только использовать свою пасть, чтобы прогрызать породу. Один землерой, широко раскрыв пасть, плюнул какой-то желтой мерзкой субстанцией на камни, от чего они начали разрушаться намного сильнее.
Одна из тварей, объятая огнем и получившая несколько страшных ран от наших воздушных кинжалов, резко сократилась, а потом выпрыгнула из дырки в земле и угодила прямо в стену. Раздался мерзкий лопающийся звук, стену окатило желтой липкой жижей, а ошметки червя разлетелись на несколько метров. 
– Вот дерьмо! – выругался Роммен, поняв, что произошло. – Живо вниз!
Мы торопливо спустились со стены и приготовились к обороне. Брешь уже была достаточно большой, но черви не унимались. С остервенением они продолжали увеличивать дыру, и наконец, смогли прорваться.
– Убить их! – заорал Роммен.
У него уже было не так много маны, ведь помимо обстрелов тварей огнем он регулярно подсвечивал для нас местность, иначе ничего просто не было видно. Магическое зрение немного помогало увидеть яркие магические сердца и каналы чудовищ, которые хорошо были заметны в темноте даже на большом расстоянии, но общая обстановка была понятна только при свете.
  
Мы принялись атаковать тварей всеми приемами.
Эрик смог раздавить одного червя, приземлив ему на голову несколько больших камней, выломанных из стены. Мы с Нейтом добили тварь воздушными плетьми, которые превратили ее тело в раздробленные остатки, которые очень неприятно воняли. Сочившаяся из трупа чудища токсичная желтая жижа залила внутренний двор, аж дышать было нечем. 
Одного червя взял на себя Роммен, он бомбардировал тварь огненными снарядами, она извивалась и пыталась нас достать, один раз даже угодила головой в воздушный щит Нейта, который тот успел поднять, но урона не нанесла. От червя уже повалил густой черный дым, от которого воняло не меньше, чем от токсичной жижы.
Наконец, кожа червя полопалась и обуглилась, а сам он грохнулся на землю. Оставался последний. Мы с Нейтом просто забрасывали его воздушными кинжалами, которые наносили мягкому телу существа страшные увечья. Тварь, истекая желтой кровью, предприняла последнюю попытку атаки: сжалась, а потом резко выпрыгнула, но мы вовремя заблокировали ее воздушными щитами. Червь влетел в препятствие и отскочил назад, а в это время Нейт быстро снял щит, сформировал длинный воздушный клинок и вонзил чудовищу прямо в голову. Тварь несколько раз дернулась в конвульсиях и затихла. Она уже была ослаблена и сильно изранена, так что прием Нейта убил ее сразу.
У нас уже заканчивалась мана. В порыве битвы мы не сразу поняли, что скельды тоже не теряли времени – из дыры в стене послышалось рычание. Роммен закинул наверх очередной светляк. Мы увидели, как твари аккуратно ступают лапами по желтой от крови червей земле, сначала неуверенно, а потом убыстряясь. Твари, которые пролезли первыми, уже неслись на нас.
Воздушные щиты остановили скельдов, двух из которых Нейт снес воздушной плетью. Остальные же, рыча и подвизгивая, отскочили, а потом начали медленно ходить вокруг нас, скаля зубы. Теперь мы вчетвером сидели внутри одного большого воздушного щита, в который вливали ману мы с Нейтом. Роммен уже почти выдохся, его точно надолго не хватит.
Скельды все вылезали из дыры пока, наконец, не залезли во внутренний двор все. Несколько десятков голодных тварей, которые хотели разорвать нас на куски. 
Нужно было что-то предпринимать. У Эрика было еще много маны, так что он мог нанести какой-то вред, но щит нужно было снять – пока он был возведен, заклинания блокировались.
– Эрик, сейчас мы снимем щит, ты ударишь по ним, и мы возведем его обратно, приготовься! – предложил я.
– Маны уже мало, нужно бить чем-то по области! – крикнул Роммен.
– Я попробую создать шипы. Хотя бы нескольких убить должно. Давайте!
Мы резко сняли щит, а Эрик направил ману вниз, из камней сформировались острые шипы, которые проткнули шесть или семь тварей. Получилось эффектно, правда, маны на это Эрик потратил довольно много. Мы с Нейтом уже выдыхались, а еще Роммен из-за щита не мог накидывать светляки, так что стояли мы в полной темноте. Вблизи это не было большой проблемой – мы видели яркие потоки маны внутри скельдов, но прозевать другую возможную опасность в темноте могли.
Мы вернули щит, который уже становился слабее. Пара скельдов попробовали кинуться на защиту, которая отпружинила их назад, но немного маны они все равно выбили. Твари, видимо, не понимали, что надо навалиться всей стаей – тогда они бы просто нас убили, щит бы просто не выдержал.
Пока нам везло ­ – скельды хоть и сбились в стаю, но действовали неорганизованно. Некоторые пытались атаковать, другие просто бродили рядом.
Когда мы стояли внутри щита и размышляли, что делать дальше, откуда-то сбоку послышался писклявый крик:
– Эй уроды, сюда!
Это был Вайс. В порыве битвы мы прост о нем забыли, правда, как-то помочь он вряд ли бы смог, ведь колдовать он не мог. Хотя, я не знал, могли ли твари его разорвать, или он мог позволить себе терять части аморфного тела. Так или иначе, сейчас Вайс давал нам драгоценные секунды времени, отвлекая тварей на себя.