Научу тебя любить

 
Саша Грин, Таня Жукова
 
Научу тебя любить
  
Научу тебя любить.
 
Аннотация
 
Фиктивные отношения с боссом? Легко!
Не влюбиться? Да запросто!
Вот только почему так бесит его невеста, которая решила вернуться?
Мой босс предложил мне контракт на полгода, чтобы вернуть свою бывшую. Она вернулась, контракт разорван.
  
А у меня сердце в клочья. И есть маленькая тайна.
Встреча через время, бывшие, общий ребенок. Легкая проза. 
 
Пролог
 
– Не балуйся, веди себя хорошо! Иначе мы папу никогда не найдем! Папам нужны только хорошие дети!
Моя малышка грустно вздохнула и поманила к себе маленьким пальчиком серого пушистого котенка. И где только она его нашла в вестибюле офисного здания?
Котенок вести себя хорошо не собирался, и, задрав хвост, носился по кругу за своим хвостом. Моя непоседа, конечно, погналась за котенком. А я бросилась к ним – надо остановить этот вихрь, это может плохо кончится. И все же тут офисное здание, мы тут по важному делу. Я наконец-то возвращаюсь в строй – иду на собеседование.
Дочка успела поймать усатого сорванца. Но не устояла на ногах, поскользнулась и стала падать. До Иринки мне всего несколько шагов, но я не успеваю. Мое сердце в ужасе замирает.
– Кто сказал тебе такую глупость? – вздрагиваю от этого голоса.
Как в замедленном кино вижу, как высокий мужчина в костюме подхватывает мою дочь на руки, спасая от падения. Иринка даже не ахнула. В этом она в меня. Чтобы не происходило – умеет сохранить невозмутимое лицо. Еще и крепко держит в руках котенка.
– Никто! Я сама все знаю! – деловито отвечает моя дочь и устраивается поудобнее на руках своего спасителя.
– Прямо все-все-все? – медленно поднимаю глаза, но уже знаю, кому принадлежит этот голос.
– Да, все! – кивнула важно моя дочка. – Вот только не знаю, как найти папу!
Застываю на месте от того, что я вижу.
Мой бывший держит на руках Иринку. Нашу с ним дочь.
Бесчувственный, жестокий циничный человек. Умеющий добиваться своего.
 
Глава 1
 
Почти четыре года назад 
Я влетаю в офис "Gavr" ровно в 8:55 проскочив турникеты вовремя. У нас электронная система учета, одна минута опоздания – дисциплинарка. Сердце колотится так, будто я пробежала марафон, а не две остановки от метро.
Но эта пробежка может спасти меня ведь я на испытательном сроке. Только устроилась на эту работу. Здесь хорошая зарплата, но жесткие условия.
Мой босс Никита Гаврилов – абсолютный сухарь и зануда. Его не волнуют никакие личные обстоятельства, он не признает наличие уважительных причин для опозданий или не выполнения работы. Он предъявляет строгие требования не только к сотрудникам, но и к себе. Но таких идеальных перфекционистов в нашей компании кроме Гаврилова нет.
Поэтому ему приходится постоянно мотивировать подчиненных держать высокую планку. Ругать, делать выговоры, лишать премий, увольнять. А еще смотреть своим ледяным взглядом. Но никто из сотрудников не дотягивает, поэтому тяжелую работу по мотивации подчиненных Гаврилов ведет без отдыха. А как отдыхать? Несколько этажей офисного здания заполнены людьми, которые не умеют работать, не дисциплинированы, не понимают как вести себя профессионально и еще целый список.
Я сегодня не дисциплинированная – несусь на работу впритык. Есть уважительная причина, вызывала врача. Мой отец свалился с давлением после общения с кредиторами. Они хотели деньги или нашу квартиру. Денег на оплату кредита у нас нет, и грозит потеря жилья. Не знаю, как отец это перенесет.
Отец неудачно взял кредит на свое дело – очень хотел работать. Не может он сидеть сложа руки даже на пенсии. Но ничего не получилось.
И кредит вовремя выплатить он не смог. В банке ему посоветовали взять еще один – чтобы оплатить первый. Теперь долг и проценты по двум кредитам кратно превосходят сумму, которую он брал.
Каблук застревает в щели между плитками, и я чуть не падаю, подворачиваю ногу. Но не могу терять ни минуты. Хромаю дальше, морщась от боли. За опоздания лишают премий. У меня и так концы с концами не сходятся. Я основной добытчик в семье. Премия составляет два оклада и это ощутимая сумма для меня. Чем больше премия – тем больше мы можем вносить денег в счет погашения кредита. Моей зарплаты впритык хватает на жизнь.
Я на грани. Потому что знаю, что сколько бы я ни работала, оплатить долги отца я не в состоянии. Отчаянно ищу выход, стараюсь работать идеально, чтобы удержаться на этом рабочем месте.
Лифт поднимается медленно. У меня болит нога, больно наступать. Ну вот почему мне так не везет? Я всегда хорошо училась, хорошо работаю, против ничем не обеспеченных кредитов. Но обстоятельства против меня.
Я поправляю блузку, прическу, сглатываю комок в горле.  Хочется расплакаться от несправедливости. Но нет, только не сейчас. Не перед ним. Эту ледяную бесчувственную глыбу не растопить слезами.
Дверь в кабинет моего босса всегда приоткрыта. Я захватываю со своего стола приготовленные заранее отчеты и тяжело вздыхая, стучу к боссу. Очередной тяжелый рабочий день начинается без традиционной адаптационной утренней чашечки кофе. Набираю воздуха, делаю улыбку, поднимаю подбородок, выпрямляю спину и захожу в логово. Прикрываю глаза – больно наступать на ногу, наверное, все же подвернула.
– Войдите! Пора бы уже начать работать!
Голос Никиты Гаврилова – как удар по обнаженным нервам. Холодный, четкий, без эмоций.
Я вхожу. Он не поднимает головы от бумаг, его пальцы перелистывают страницы отчета. Солнечный свет из окна падает на его профиль – острые скулы, жесткая линия подбородка, тень от ресниц. Хмурится, пробегая документы взглядом. Красивый. Недоступный. Но не понимаю, как терпит его несносный характер его невеста, которая иногда бывает здесь.
– Мне нужен отчет по маркетингу, – холодно произносит, даже не взглянув на меня. Но я знаю – этим он не ограничится. Усилием воли держу доброжелательное «лицо» согласно этике делового общения. Передаю ему отчет, который сделала заранее – вдруг потребуется. И я угадала.
Он берет отчет, наши пальцы едва касаются. От его прикосновения по моей спине пробегают мурашки.
– Вы опоздали на четыре минуты. – У него сексуальный голос с вкрадчивой хрипотцой. Но только в самом начале, перед тем как он начинает «мотивировать».
Потом в его голосе все больше стальных ноток, от которых в первые рабочие дни я теряла дар речи. Не привыкла к такому жесткому и занудному стилю общения. Но через какое-то время научилась справляться со своей тревогой и не впадаю в панику от его замечаний. Такой он человек.
– Лифт задержался…
– То есть вас задержал лифт? Других не задерживал, а вас задержал.
Он наконец-то соизволил поднять на меня глаза. Ледяные. Смотрит свысока, с пафосной ухмылкой.
Я сжимаю папки с отчетами покрепче. Чувствую, как кровь приливает к щекам. Ненавижу это состояние, что Гаврилов так действует на меня.
– Вас что-то беспокоит, Иванова? Вам работа не нравится?
– Ничего не беспокоит, и работа нравится.
Про себя я подумала, что работа –то нравится, но если бы не босс зануда, то я была бы даже довольная этой работой. Но промолчала.
– Тогда почему вы шли на работу с таким лицом, как будто вам тут предстоит мучиться?
Я резко отвожу взгляд, смотрю в пол. Он что, видел, как я подвернула ногу?
– Я спешила на работу, и подвернула ногу.
  
– Так почему вы сегодня опоздали?
– Я вызывала врача отцу. Ему было плохо.
– Не оправдывайтесь, – он перебивает, не глядя на меня. – В следующий раз выходите из дома на полчаса раньше. На работе нет места личному, учитесь вести себя профессионально! Лифт задержался, ногу подвернула, личные дела – все это не должно никак влиять на работу!