Тень на жатве (ЛП)

Вскидываю брови, складываю руки на груди.
— Зачем ты это сделала? Тебе же плевать на Жнецов. Да всем плевать, если нет выгоды. Тебе, вроде, ничего не нужно от меня. Ты собиралась сбежать, у тебя стоит сумка в холле гостиницы, — он делает шаг вперед, ждет, будто я вдруг заговорю. — Ты могла просто уйти, но спасла меня. Почему?
Даже если бы я могла ответить, я не знаю, что сказать. Потому что я правда не знаю. Не понимаю, зачем это сделала. Наверное, не стоило. В конце концов, его братья убили почти всех моих сестер, первых вампиров, обладавших магией. И то же самое с ведьмами-оборотнями, некогда дикими и свободными, и с первыми оборотнями, чья сила оставалась с ними и в человеческом обличье. Те, у кого была власть, всегда оказывались виновными. Жнецы уничтожали нас, бессмертных, на протяжении веков, без суда и следствия, часто без причины. На самом деле, этот Жнец последний, которого я должна спасать от смерти.
  
Может, я вмешалась из-за его расследования Преступления Мерзости? Загадка любопытная, но это его дело, я не хочу в этом участвовать. Может, просто нечестно было позволить ему умереть, когда он первым прикрыл меня, пусть и для того, чтобы я помогла в драке. Он прав, я ничего от него не получу, кроме проблем и, возможно, смерти.
Я отвожу взгляд, понимая, что обманываю себя. Где-то глубоко внутри я знаю правду. Я чувствую их под крышкой коробки в моем сознании.
Поэтому делаю то, что и всегда. Сажусь на эту крышку и придавливаю.
Я мотаю головой, прогоняя ненужные мысли, и Ашен дает мне пройти, пока я смотрю на двери отеля, мечтая оказаться в своей комнате. Он не может убить меня. Но он может причинить мне боль, если узнает, кто я на самом деле. Впрочем, он и без этого не упустит возможности. Просто потому, что он — Жнец. Демон. Каратель.
— Знаешь, оборотни не сдались, — слышу я его голос за спиной, но не оборачиваюсь. — Они попытаются создать еще одного гибрида. И они ловят вампиров не для того, чтобы убить, а для участи, которая хуже смерти. Они вернутся за тобой. Так что помоги мне раскрыть их планы и закончить эту охоту, вампирша.
Я слышу, как он следует за мной. Потом его шаги замедляются и останавливаются на тротуаре, когда я перехожу дорогу.
— Мы связаны, вампирша. Тебе не убежать. Я найду тебя, где бы ты ни была.
Его слова как удар ножа. Он не знает, насколько они ранят. Он не понимает, что для меня это значит. Быть связанной с тем, от кого я не могу убежать.
Что со мной, черт возьми, происходит?
Я еще сильнее прижимаю крышку своего внутреннего ящика.
И только сидя в комнате на кровати с опущенной головой, я понимаю, что он так и не поблагодарил меня.
Мудак.
ГЛАВА 8
Ашен в моей жизни всего неделю, а я уже продумала минимум пятьдесят способов, как его прикончить. Мой фаворит на данный момент — засунуть ему в кишки грязный ершик для унитаза. Причина? Он развязал стратегическую, чертовски эффективную войну против своего врага.
Против меня.
Во-первых, он заселился в «Лебедь». Сначала настороженно косился на Биан, но потом дождался, когда за стойкой будет эта миниатюрная блондиночка Анна, и очаровал ее, чтобы получить номер прямо напротив моего. Я и не подозревала, что Жнец может быть очаровательным, но это именно то, что он сделал. Я наблюдала. Уверена, он специально дождался, когда я буду в холле. Ему даже хватило наглости подмигнуть мне, когда он отвернулся от стойки, перекидывая ключ-карту между костяшками пальцев. Я показала ему средний палец в ответ.
Второй день он шнырял по отелю, как крыса. Первый раз я наткнулась на него, когда он изучал кнопку тревоги возле запасной двери на втором этаже. Часом позже я застукала его у лестницы на крышу. На каком бы этаже я ни находилась, он каким-то волшебным образом оказывался рядом. Днем я проскользнула в комнату охраны и некоторое время наблюдала за тем, как он изучает камеры и пути эвакуации, пока мне не стало скучно.
На третий день он решил завести разговор со всеми. Сначала это был Питер Стейкер, который выполняет у нас мелкий ремонт, если он не теряет лебедей и не стрижет лужайку в церкви. Затем он поговорил с Деб, шеф-поваром, чье воскресное жаркое каждую неделю притягивает в ресторан половину города. Он даже расположил к себе Биан, когда помог ей с кроссвордом, хотя она продолжала поглядывать на меня во время разговора. Она всегда присматривает за мной. Хотя бы кто-то. Позже я увидела Ашена с Анной в баре, где он, потягивая скотч, что-то тихо говорил, а она неестественно громко смеялась. Я с трудом проглотила ком ярости и нашла Питера, чтобы сыграть с ним в партию в криббедж4.
В конце каждого дня Ашен считал необходимым появиться в дверях своей комнаты именно в тот момент, когда я собиралась войти в свою, и сообщить мне некую «важную» информацию.
— Тебя не беспокоит, вампирша, что кто-то мог бы получить номер напротив твоего, не вызвав подозрений у персонала?
Нет. Я вампир, и могла бы просто убить их, как, возможно, поступлю и с тобой.
— Ты в курсе, вампирша, что сигнализация на двери, ведущей на крышу, отключена?
Да. Я же тут работаю.
— Вампирша, ты знаешь, что в 2007 году в этом городке произошла серия убийств, взорвался особняк и сдетонировала старая морская мина?
Да. Я была здесь. Это было чертовски круто.
На четвертый день Ашен исчез, и, не знаю почему, мне хочется за это тоже убить его.
На пятый день я попыталась взять себя в руки. Если он хочет исчезнуть — это его дело. Может, даже к лучшему. Может быть, я наконец-то вернусь к своей тихой жизни.
Но когда он не появился на следующий день, я прочесала каждый дюйм его номера, которого старалась избегать до этого. Я даже обнюхала его простыни, прежде чем сорвать их с кровати. Да, знаю, это очень странно. Но там не было ничего, абсолютно ничего. Как будто его никогда и не существовало. Я начала задаваться вопросом, не было ли это все галлюцинацией, но потом моя татуировка начала ужасно зудеть. Потом мне стали сниться странные сны об Ашене, переулке и о том, как он едет куда-то на машине. Я инстинктивно знала, что если мне понадобится, я смогу его найти. Возможно, это займет дни, даже недели. Часть меня понимала, что ему никуда не деться. Но все равно... Я чувствовала, и до сих пор чувствую какое-то беспокойство. Как бы я ни хотела, чтобы его здесь не было, он должен быть здесь. Но его нет.
Может, это все карма. Я отняла много жизней, все-таки я вампир. Возможно, я заслужила какую-то космическую расплату, например, небольшой сбой в реальности, который заставляет меня усомниться в том, существую ли я вообще в Матрице.
Вот так. Сейчас седьмой день, и я уже ничего не понимаю в этой жизни. Что, черт возьми, происходит? Вместо того чтобы отправиться на поиски Жнеца или наполнить ванну текилой и выпить ее через трубочку, я решила, что лучше просто сосредоточиться на работе.
Я работаю за двоих и отмываю все до блеска. В прямом смысле слова чищу плитку зубной щеткой с отбеливателем. Голыми руками. Снимаю сетки с окон и высасываю пылесосом мертвых насекомых. Когда тащу белье в прачечную, я снимаю ручки с машинок и полирую пластик под ними до блеска. Только когда я начинаю чистить кнопки телефона на стойке регистрации спиртом и ватной палочкой, кто-то наконец решает вмешаться.
  
— Хватит, — приказывает Биан, выхватывая палочку из моих рук.
Я делаю грустное лицо и надуваю губы, пытаясь забрать ватную палочку. Она ломает ее пополам, и я с полупритворным ужасом ахаю, когда она выбрасывает ее в мусорку. Мы смотрим друг на друга, сощурив глаза. Я сдаюсь первой. Биан может быть и коротышка, но она все равно меня пугает. Она хватает блокнот и ручку со стола и тычет ими мне в грудь.
Я закатываю глаза. Биан хмурится.
Начинаю писать.
«Парень из номера напротив выехал?» — пишу я.