Мешочек счастья, или Как сбежать из сказки? (СИ)

Она глубоко, надрывно дышала, отфыркиваясь, словно только что вынырнула из глубокой проруби.
— Ты! — вдох. — Вы! — выдох. — Я вам покажу! — Лионель с силой жахнула ножом об стол, благо плашмя, а то могла и покалечиться, и быстрым шагом вышла из столовой.
Сестры Дитера тоже фыркнули и поспешили за блондинкой.
— Расскажешь из-за чего сыр-бор, детонька? — герцогиня уставилась на меня с искренним любопытством.
  
— Как пожелаете, моя спасительница, — я сделала шутливый реверанс.
  
ГЛАВА 17
 
Когда все вышли из столовой, начался допрос:
— Рассказывай, что такого чудесного у тебя произошло с моим внуком, детонька? — глаза герцогини светились потусторонним любопытством.
— Мы с чувством и расстановкой… — медленно начала я.
— Да-а, — поторопила меня призрачная бабуля.
— Поругались, — быстро закончила свою фразу и добавила: — Я ему высказала все, что думаю о его поведении и об отношении к своей истинной.
— Молодец, девчонка! — герцогиня похлопала в ладоши. — Давно пора проучить этого мальчишку!
Ее радость меня удивляла:
— Я думала вы на стороне внука. Любите его очень сильно. А вы над ним смеетесь?
— Поверь, из всех моих потомков Дитер мне дороже остальных. Он так напоминает мне моего сына, но я не могу видеть короля. Привязана к этому замку, а он сюда не приезжает. Занят своими королевскими делами, совсем позабыл и мать, и своих детей. Это все с тех пор, как погибла его истинная. Ингрид была стержнем семьи. Как ее не стало, не стало и семьи. Девочки выросли брошенными, Дитер одержимым. Эх, — герцогиня окончательно загрустила. Мне хотелось пожалеть ее, но увы, призрака по руке или плечу не погладить.
Но я придумала, чем отвлечь герцогиню от ее печали:
— А хотите расскажу, что я наговорила Дитеру?
— Конечно, — призрачная дама оживилась, как я и рассчитывала.
Я подробненько все рассказала, и припомнила, что Дитер потом еще и летал, красуясь под моими окнами.
— Ты умничка, детонька. Не зря я разглядела огонь внутри тебя. Он питает источник Дитера, помогая тому разгораться.
— Не возьму в толк, чем мои вчерашние высказывания помогли принцу полететь?
— Ему пошла на пользу твоя взбучка. Всех иногда полезно спустить на землю и немножечко расшевелить. Дитера особенно. Но и любовь ему нужна не меньше, — герцогиня снова загрустила.
— Расскажите, пожалуйста, что произошло в этой семье. Почему у Дитера сложные отношения с отцом? — попросила герцогиню. Мне очень хотелось знать обо всем, что случилось в сказочном замке.
— Тогда предлагаю пройтись и посмотреть, как продвигается подготовка к балу и заодно поговорить.
Герцогиня поплыла к выходу из столовой и сразу же направилась в бальный зал, я последовала за ней.
— Вольфганг встретил Ингрид на балу, как и все мужчины нашего рода. Знак истинности проявился у Ингрид при первом же танце, но он ее упустил, глупец. Еле нашел потом. Женился и привез сюда. Тогда мой сын еще был принцем, а я была жива. Ох, посмотри Аларийские неувядающие гардении, — указала на столы герцогиня, — обожала их запах. Жаль теперь ничего не чувствую. Эти белые цветы так сладко пахнут и отлично разбавляют избыток зеленого и пурпурного в оформлении банкета.
Мимо сновали девушки. Они носили белоснежные скатерти, красиво расписанные витиеватым орнаментом тарелки, овальные и круглые серебряные блюда, тяжелые напольные и настольные подсвечники.
— Вон туда еще добавьте магических свечей, — распорядилась герцогиня.
— А что было дальше? — спросила отвлекшуюся герцогиню.
— Дальше все было замечательно. Вольфганг и Ингрид жили душа в душу. Сила принца росла с каждым днем. Ее питала огромная любовь юной девочки к моему упрямому сыну. Родилась сначала Дульсина. Ох, ей надо было родиться мальчиком, впрочем, с таким наследником наша страна погрязла бы в воинах. Она пошла характером в своего прадеда. Мой свекр был очень воинственным и непреклонным человеком. Им обоим не хватило порки в детстве, чтобы выбить все лишнее. Детонька, а поправь-ка вон ту портьеру.
— Вот так? — я разровняла тяжелую шелковую портьеру и глянула на призрачную даму.
— Отлично! Пойдем дальше, — кивнула герцогиня. — После старшей сестры родилась Кандида. Хорошая девочка, пошла в мать. Вот только силы воли ей не хватает, попала под влияние Дульсины и тоже говорит глупости.
Герцогиня сделала паузу, в очередной раз глубоко задумавшись. Я не торопила ее. Мы прогуливались вдоль столов, по которым она скользила невидящим взглядом.
— Несколько лет потом у Ингрид не получалось родить ребеночка, а Вольфган все мечтал о сыне. Его эго росло вместе с его драконом. И вот под святки родился Дитер. Такой маленький, такой слабенький, но с огнем внутри. А вот Ингрид та беременность подкосила. Она стала стремительно терять здоровье. И умерла по весне, бедняжка.
Я всхлипнула, мне стало очень жаль маму принца. Она подарила жизнь ценой своей. Не увидела, как ее детки выросли.
— Дитер винит себя в смерти матери, но я с ним в корне не согласна. Я так сыну и сказала: это твоя вина! Он… он… даже язык не поворачивается сказать такое! — герцогиня потрясла кулаками в бессильной злобе: — Он изменял Ингрид, когда она носила под сердцем его сына!
— Изменял своей истинной? — поразилась я.
— Да, представляешь! Он с ума сошел. Почувствовал себя выше законов мироздания и поплатился за это потерей самого близкого человека и частью души. Разве оно того стоило? Ох, детонька, даже говорить об этом не хочется. Я не могу простить сыну разрушенную семью и искалеченные души его детей.
Герцогиня опять замолчала, подумала пару минут, направившись вон из бального зала, где напугала всех служанок своими гневными выкриками.
— Вскорости умер мой муж. И Вольфган поторопился занять его место на троне. Казалось, сына совсем не трогает то, что его семья в руинах. Я не знаю, что случилось с ним, но я ужасно боюсь, что Дитер станет его копией. Внук и так уже слишком многое себе позволяет, копируя поведение отца.
Мы зашли в оранжерею, здесь было множество прекрасных растений в кадках. Да и по стенам то тут, то там плелись зеленые побеги.
— Присядь, если устала, детонька, — герцогиня подплыла к одной из ажурных белых скамеек.
— Благодарю, — я присела, а герцогиня стала летать из стороны в сторону мимо меня. — А вы присядете?
— Покой мне не доступен, — герцогиня предпочла по-своему понять мой вопрос. — Я уехала из столицы, как только мой сын стал королем. Приехала сюда, к внуку и внучкам. Воспитывала их сколько хватило сил. Но горе точило меня, и моя кончина оказалась неизбежной.
— Я думала драконы живут долго.
— Да, ты права. Но только рядом со своими истинными. Без них они как сухое растение, быстро увядают. Мой муж прожил довольно долгую жизнь, мы были счастливы до самого конца.
— А как же вы стали призраком? Простите, — добавила я, извиняясь за бестактный вопрос.
— Очень просто: на перепутье выбрала дорожку к дому. Я не могла оставить внуков одних без присмотра. Особенно Дитера. Не смогу упокоиться, пока он не будет счастлив.
— Зал очень красиво украсили, просто потрясающе, — решила, что пора менять тему. Уж очень грустно стало на душе после рассказа герцогини. Оказывается, даже в сказках не все так гладко, как хотелось бы. Все происходит отнюдь не по волшебству.
— Это все благодаря исполнительным слугам, которых по-прежнему в замок отбираю лично я, ну и капелька бытовой магии.
— А вы умеете магичить? — удивилась я.
— Немного, — герцогиня успокоилась и остановилась. Моя попытка перевести тему снова удалась. — При жизни сил было, конечно, больше.
  
— И вы часто выдавали фокусы, как там, в столовой с Лионель?
— И вовсе это не фокусы, просто стабилизирующая магия.
— Жаль у меня нет магии, — вздохнула я.
— Может и есть, да ты о ней забыла?