Мешочек счастья, или Как сбежать из сказки? (СИ)

— Хорошо, — Надин явно удивилась, но виду не подала. — Тогда приступим?
— Уже? — была моя очередь удивляться.
— Да, не будем тянуть. Волшебство не может ждать. Оно весьма нетерпеливо, — усмехнулась Надин, поиграв искорками на пальчиках, — пройдемте в зал для примерок.
Зал оказался огромным, без единого стола или стула. Зато все стены огромной комнаты были отделаны зеркалами, отражающими свет магических лампочек под потолком.
  
— Прошу пройти на центр зала и сосредоточиться на приятных воспоминаниях и волнующих душу мыслях.
— О чем именно мне думать? — уточнила я, не до конца понимая, что от меня требуется.
— О самом значимом в вашей жизни, — уточнила швея-волшебница.
— Хорошо, — слабо улыбнулась в ответ, не веря в успех этого мероприятия.
— Прикройте глаза, хорошенько задумайтесь, а как почувствуете желание покрутиться вокруг себя или по залу, сделайте это, не открывая глаза. Не бойтесь, магия поддержит вас и не даст упасть.
— Поняла, — я прикрыла глаза и постаралась вспомнить последний вечер с семьей.
Вот перед мысленным взором появились сияющие глаза обожаемой племяшки, мягкая улыбка сестры, которая накрывает на стол и заодно любуется своей драгоценной семьей.
В этот момент я почувствовала, как меня стал обдувать теплый ласковый ветерок.
— Леди, мне нужно больше воспоминаний, чтобы сплести их в нити! — скомандовала Надин.
Я поднатужилась и вспомнила, как мы приезжали летом к родителям в деревню, как они радостно нас встречали, как мы купались в реке и грелись на берегу.
Теперь я почувствовала, как мои макушку согревает нежное солнышко.
— Еще, прошу! Самое яркое и волшебное! — не отставала от меня настойчивая Надин.
И тут я подумала о том, как попала в этот мир. Как впервые увидела Дитера, самого красивого и необычного мужчину, которого только встречала в жизни. Как он посмотрел на меня. Мне очень хотелось изменить тот взгляд, поменять его холодную температуру на теплую.
А его поцелуй? Жесткий, требовательный, отбирающий волю, но самый лучший в моей не слишком увлекательной жизни.
Или вот, когда я практически упала в обморок, увидев его ранение, он же смотрел на меня иначе. С искренним беспокойством и заботой.
Как бы мне хотелось увидеть в его необычных, потрясающих ореховых глазах больше чувств. Настоящее восхищение или даже любовь. Например, в танце на балу.
Вот он подойдет ко мне, слегка поклонится, протянет руку. Я отвечу ему изящным реверансом и вложу свою ладонь в его. Он сожмет мои пальцы и поведет к танцующим. Подхватит под талию и прижмет к себе немного теснее, чем дозволяет этикет.
Ммм, как же хочется танцевать.
— Не сдерживайте себя, леди! У вас отлично получается!
И я не стала себя сдерживать, а закружилась сначала вокруг себя, а потом дальше по залу, подхваченная прекрасной мелодией и чутким партнером.
Я все кружилась и кружилась, глядя в поразительные глаза принца.
Это было волшебно.
Постепенно музыка стихла, а руки, поддерживающие меня, истаяли. И я остановилась.
— Великолепно! — с придыханием произнесла Надин.
Я открыла глаза и уставилась на свое отражение во множестве зеркал. Я себя не узнавала. В зеркалах отражалась самая настоящая принцесса в пышном сияющем платье. Оно переливалось, как снег под электрической лампой: основной цвет серебристо-снежный, на котором мелькали искорки и зеленого, и розового, и голубого цвета, и конечно же оранжевого ближе к ореховому.
Мой наряд ослеплял, но при этом казался нежным и воздушным.
— Словами не описать, — выдохнула я. — Но как? Как такое возможно?
— Ваши воспоминания и, как я поняла, яркая мечта помогли мне сотворить магию.
— Вы всем готовите подобные наряды? — у меня не повернулся язык уточнить насчет свадебного наряда Лионель. Как-то невовремя я про нее вспомнила, даже показалось, что сияние платья слегка померкло.
— Нет, не всем. Я практикую несколько видов швейной магии. Вот ваш наряд — это, по сути, иллюзия, которую можно накинуть поверх любого наряда, да хоть на нижнюю сорочку. А бывает я шью обычные наряды, но и туда вплетаю магические нити, чтобы украсить и завершить наряд.
— Почему же вы решили сделать для меня именно наряд-иллюзию? — уточнила я.
— Потому что не всем моим клиентам под силу помочь мне ее создать, но в ваших глазах, леди Вириелла, я увидела веру в чудо.
— Понятно, — кивнула я. — Но как же мне надевать это платье?
— Так же, как и снимать, — Надин подошла ко мне и отстегнула с корсажа брошь в виде снежинки. И мое платье тут же стало тем же, в котором я приехала.
— Удивительно, — прошептала я.
— Когда вы снова пристегнете к вашему платью эту брошь, иллюзия вернется и будет вас украшать. Прелесть этого наряда в том, что никто не сможет его испортить или носить вместо вас. Брошь сделана из ваших мыслей и чувств, и магия сработает только для вас.
— Потрясающе! — обрадовалась я. — Невероятно!
— Как решитесь на другие наряды, буду рада помочь, — слова швеи вернули меня с небес на землю. И я вспомнила, что это будет мой первый и последний бал в волшебном мире.
— Хорошо, — спокойно отозвалась я, скрывая за ровным тоном грустные мысли. — И сколько я вам должна?
— Думаю, мы договоримся. За отзывчивость к моей магии я сделаю вам отличную скидку. Мне было очень приятно работать с вами, леди Вириелла.
Поблагодарила швею и отсчитала ей столько монет, сколько она запросила, и еще немного сверху. Надин отказывалась, но я заверила волшебницу, что ее магия — это самое чудесное, что было в моей жизни.
Швея была польщена, и мы расстались довольные друг другом.
Кучер уже ждал меня у домика волшебницы, и мы поехали дальше по деревушке в поисках подарка для Дитера.
  
ГЛАВА 13
 
— Куда дальше, леди Вириелла? — спросил кучер.
— Не знаю, — задумалась я, все еще пребывая под впечатлением от волшебства швеи. Никогда не думала, что прикоснусь к такому.
Закралась мысль, что, если бы не горячо любимая семья в родном мире, то я могла бы тут остаться. Вот бы я могла хотя бы весточку сестре передать, чтобы она не волновалась. Но вряд ли такое возможно.
— Так, может, домой поворачивать? — вопрос кучера вывел меня из задумчивости, заставив встрепенуться.
— Нет-нет, мне еще нужно купить подарок принцу. Не знаете, где тут продают что-нибудь для драконов? — мысль формировалась в полете.
— Ммм, — задумался кучер, — есть одно местечко, но с Хансом очень сложно договориться.
— А кто такой Ханс?
— Драконьих дел мастер.
— То, что надо! — обрадовалась я. — Везите, а там разберемся.
— Хорошо, как скажете, леди, — кучер дернул вожжи и лошади помчали дальше.
Ехать далеко не пришлось, ладный домик с несколькими пристройками показался совсем скоро.
На порог дома вышла невысокая крепкая женщина и позвала меня в дом. Интересно, конечно, тут ведут торговлю. Не выходя из дома.
В отличие от изящной отделки домика Надин, здесь все выглядело гораздо проще, массивнее и добротнее. Деревянные стены, покрытые пропиткой, сохраняющей цвет древесины и ее неповторимый лесной запах, пол тоже деревянный, но цветом немного темнее стен. На балках висят самые разнообразные штуки, начиная от полосок выделанной кожи, заканчивая непонятными светящимися серебряными и золотыми нитями.
Несмотря на простоту, дом мне показался еще более сказочным, чем у швеи. А, когда мимо меня быстро протопал ножками маленький человечек и растворился в углу, я не удержалась и открыла рот.
— Ааа? — показала пальцем на место, где исчез человечек.
  
— Не обращайте внимание, это помощники моего мужа. Проходите, леди. Ханс уже ждет вас.
Меня проводили в большую комнату, где было множество дверей, а между ними небольшие лавочки. Одна из многочисленных дверей приоткрылась, и из нее вышел седовласый бородатый мужчина с огромным животом и крупными руками.