Закат Железного города (СИ)

Но этот шаг — был вынужденной мерой.
Уже два месяца в подконтрольных тоннелях вовсю разворачивалась диверсионная деятельность чужой общины. Чужаки проникли с выжившими из смежных улиц, пользуясь неразберихой и притоком большого числа новых лиц влились в рабочие и карантинные отряды. Устроили себе целую массу лазеек в обход блокпостов и по мнению командира ОВБ готовили вторжение с полной ликвидацией правящей верхушки.
В эту самую минуту, в общине Кардинала разгорались короткие стычки. Ликвидационные отряды вычищали мерзость из подконтрольных территорий. Под треск парализаторов и шоковых дубинок вламывались в жилые районы. Снимали обнаруженные заранее взрыв пакеты, замурованные в кладку после недавних ремонтных работ. Но зачистить шпионскую сеть не означало победить, и именно поэтому было принято решение нанести упреждающий удар всеми возможными силами. Быстрый, сильный, неотвратимый.
Подготовка к этому удару осуществлялась у всех на виду. Люди думали, что их собирают в вылазку на поверхность. В самый крупный рейд, аналогов которому ещё не было. Но на самом деле, лишь малая часть бойцов должна была сесть на технику и попытаться вырваться из города по разведанным заранее маршрутам.
Основные же силы, были нацелены совсем в другую сторону.
Низинный город не везде опутан однородной паутиной основных тоннелей с примыкающей к этой «паутине» системой коммуникаций — технических линий, вентиляционных шахт и канализационных труб. Кое-где есть исключения. Крупные промышленные или складские центры, ключевые точки, такие как станция маятникового преломления, очистные сооружения или, к примеру — транспортные узлы.
Сегодня, ударный кулак сводной группы, состоящей из бойцов ОВБ и отрядов Кардинала, подбирался к такому центру. Крупному заводу по переработке мусора, многоуровневому монстру, занимающему сразу два яруса низинного города.
Кардинал, несмотря на возражения Шило, тоже участвовал в операции наравне с полевыми офицерами. Сейчас он вёл второй отряд смежным маршрутом, по кишке канализации второго яруса, где-то чуть в стороне и глубоко под ногами у основной группы.
Головняк на точке. Всё чисто.
Безопасник ухватился за трос и с помощью бойца охранения взобрался по груде обломков. За ним следовали люди, и сменив бойца на вершине он скинул трос вниз чтобы помочь следующему:
Отряду. Ускоряем темп движения. До назначенного времени восемнадцать минут. Сапёрам приступить к подготовке пробоя.
Врываться на завод по переработке мусора, используя наверняка хорошо защищённые входы-выходы общинникам было не с руки. Затяжной бой не потянуть. Нет ни боеприпаса, ни времени. На шум неизбежно подтянуться твари, а сами атакующие окажутся в полном окружении без единого шанса на выживание.
Другое дело проникновение в самом неожиданном месте.
Было принято решение с помощью аппаратуры штурмовой роты, совершить пробой стены. Исключающая лишние вибрации и ударную волну плазменная мина, должна была вскрыть стену в заранее разведанном месте и привести отряд прямо в сердце чужой общины. Ну а дальше: проникновение, зачистка всех вооружённых людей, подавление очагов сопротивления с сопутствующим выходам ко всем ключевым точкам.
То же самое в назначенную минуту провернёт Кардинал со своими людьми ярусом ниже.
Сапёры справились быстро. Мина заняла своё положение на стене тоннеля, а отряд подтянулся ближе и был разбит на штурмовые группы, которые могли, но не использовали краткие минуты затишья перед боем для отдыха.
У всех в крови блуждал адреналин, в таких условиях не расслабишься.
Шило тоже нервничал. Он чувствовал огромный камень ответственности на своих плечах за окружающих его людей. В последние минуты перед боем он раз за разом прокручивал последние событие в голове, пытаясь понять могли ли его переиграть.
Ещё в общине, получив от одного из сотрудников-наблюдателей, следящего за настроениями в рабочих отрядах, доклад о подозрительных лицах и задержке работ в одном из тоннелей, он поручил провести проверку, по итогам которой был обнаружен небольшой участок свежего фундамента, а под ним — скрытый проход.
 
Сначала возникли мысли о контрабанде, связанной со старателями, но эти сведенья не подтвердились. А новые находки, в том числе заложенные недавно бомбы, часть из которых тут же была снята, разминирована и установлена на место в нерабочем состоянии, заставили ОВБ форсировать события. Дальше — больше. Организовав «несчастный случай» на работах, одного из чужаков похитили, выдав его исчезновение за гибель под завалами. Даже труп из-под камней вытащили нужной комплекции, правда изуродованный донельзя.
Так в руках у Шило появился «язык».
*язык — военнопленный
К пыткам и психическому давлению прибегать не пришлось. Боясь повредить единственный источник информации, с ним обходились очень деликатно. Всё решили техники ОВБ и специальные препараты.
Из «языка» вытащили всё. Вплоть до расположения его общины. И уже тогда стало ясно, что договорится с чужаками не выйдет. Особое удивление вызвал тот факт, что заговорщики наладили настоящий канал поставок мертвечины за пределы общины.
Не желая кормить изменённых и не имея возможности хоронить своих мертвецов, община безвозвратно утилизировала их тела. Происходило это в одном из закрытых, нежилых и подконтрольных тоннелей. С использованием химии для растворения органики.
Метод был хорош. Никакого дыма. Никаких бактерий. Полная изоляция.
Другое дело, что сама по себе работа была морально тяжёлой, и подписывались на неё далеко не все. Но чужаки были из иного теста. Именно они очень быстро проникли на работы в подобные отряды, из-за чего в скором времени смогли наладить постоянную контрабанду человеческого мяса за пределы общины.
Каннибалы. Ожидаемое явление, но всё равно ужасающее своими масштабами.
Под боком у завокзальной общины вырос настоящий монстр. Монстр — который уже какое-то время пожирал людей, становясь всё сильнее и сильнее, зарясь не только на мёртвых, но и на живых.
Звуковой сигнал в интерфейсе отвлёк командира службы безопасности от мыслей. Настала пора действовать:
Сапёрам приступить к созданию прохода. Остальным держаться укрытий!
Через десяток секунд в тоннель дохнуло жаром. Мина сработала штатно. Направленный, концентрированный луч плазмы, исторгнутый после подрыва, кумулятивной струёй прожёг стену и выбросил с другой её стороны огромный объём пламени, раскалённой пыли и расплавленного металла.
Даже если там и был хоть кто-то способный на сопротивление, он моментально погиб.
Первый, к бою. Обеспечить безопасность прорыва.
План был разработан заранее и пока предварялся в жизнь без каких-либо задержек. Первый штурмовой снялся с мест и бросился к овальному проёму. Эти люди знали, что делать. Бывшие бойцы штурмовой пехоты не растеряли своих навыков и подобный прорыв в условиях низинного города не был для них чем-то из ряда вон.
Пользуясь специальными шашками с хладогентом, они забросали ими проём, тем самым быстро снизив температуру до приемлемых значений. Ещё через половину минуты последний из бойцов этого отряда был внутри.
В интерфейс Шило пошли первые информационные потоки.
Группы со второй по пятую, к бою!
Пошла рутина. Посыпались первые доклады о контактах. Пользуясь неразберихой и отсутствием у противника продвинутых комплексов визуального наблюдения, сводное подразделение ударило сокрушительно. Обожжённые, слепые в задымлении и контуженные бойцы из числа трупоедов, были зачищены без лишнего риска.
В тоннеле стоял грохот.
Треск скупых автоматных очередей, хлопки гранат и шипение плазмы, смешались в общую какофонию, разбавленную попискиванием поступающих отовсюду сообщений. Шило ступил на покрытый инеем бетон с группой охранения и отдал последний плановый приказ:
Шестой, закрывай нору.
Шестая группа сжигала все «мосты». Именно эти бойцы через минуту зальют плазмой образованный совсем недавно проход, а чуть позже вместе с сапёрами устроят ещё один направленный взрыв. В этот раз, полностью блокирующий вероятность удара в спину, отступления, или прорыва изменённых.