Закат Железного города (СИ)

Труп ещё только заваливался на бок, когда его мозги розоватыми брызгами заляпали стену и выбежавшую прямо на меня женщину.
Штокк-Штокк-Штокк
Винтовка трижды плюнула смертью, а ноги уже несли меня дальше. Перешагнув оба трупа, я отметил, что «гарпун» в руках последней убитой разряжен и имеет два ложа под снаряды. Беря в расчёт эту его модификацию, можно было предположить, что в самом начале этой заварушки по мне работал один человек, а не двое.
Миновав коридор быстрым шагом на чуть согнутых ногах, я вышел к лестничному пролёту и своеобразной развилке ведущей как в смежные помещения, так и на разные этажи. Здесь мне оказали первое, серьёзное сопротивление.
Разряд парализатора ударил очень близко, врезался в стену и окатив меня по остаточному принципу вызвал сильный тремор в руках. Я выстрелил в ответ и отступил обратно в облаке разлетевшейся пыли. Руки, задетые зарядом, слушались меня плохо, попытка сменить магазин закончилась полным провалом, он просто выпал из непослушных пальцев и загремел на пол.
Несмотря на то, что я не видел своего врага, я знал, что стрелял он сверху, от лестницы. Ослеплённый близкой вспышкой и неуклюжий, я принял единственно верное решение — бежать!
Вот только вряд ли кто-то ожидал от меня что я побегу не прочь от места засады, а к ней.
Пробежав здание насквозь, я выпрыгнул наружу на параллельной улице. Прыжок вышел кривым, да и удобной наклонной плиты тут не было. Шваркнулся на камни с высоты полутора метров, тихонько радуясь, что компенсаторы нагрузки в берцах справились, но так как с координацией у меня были проблемы я немедля завалился вперёд, разбивая руки и обдирая локти.
Где-то надо мной, в подъезде, находился стрелок.
Стараясь не выдать себя шумом, но в то же время действуя максимально быстро, я пошёл вдоль стены разрушенного здания пробираясь по упирающимся в неё обломкам.
Мой расчёт был предельно прост, реализовать обход чтобы в конечном итоге не просто появиться с другой стороны от позиции стрелка, но и вовсе подняться на его этаж воспользовавшись лестницей в соседнем подъезде.
Вполне ожидаемо что уроды, устроившие на нас засаду, сколько бы их там не оставалось, тоже на месте сидеть не будут. Но выбора у меня нет, я выбрал агрессивный метод покончить с конфликтом и отступать вместе с группой уже поздно.
К сожалению, я недооценил численность своих врагов.
Ожидая, что вражеский отряд не превышает десятка человек, я жестоко ошибся. Религиозные чужаки, преподали мне урок среди серых обломков Приморьева, неожиданно захлопнув ловушку.
Пока я, в желании совершить тактический обход пытался зайти в тыл к замеченному стрелку, меня самого окружили. Выстрел из парализатора раздавшийся где-то в стороне толкнул меня в плечо и на несколько мгновений закрутил перед глазами карусель падения. Тормозящее влияние этого выстрела на разум не позволило мне понять, что произошло и откуда прилетел разряд.
Лишь через минуты, когда несколько людей втащили меня под своды руин, я понял, что жив и нахожусь в плену.
Сняв с меня большую часть экипировки и отобрав оружие, мои конечности прихватили синтетическими жгутами полностью лишая меня любых шансов на сопротивление. А затем, моё существование превратилось в набор смазанных образов.
В себя я пришёл глубоко под землёй.
  
Глава 18. Ловушка для монстра
 
Мешок на голове, привязанные к жёстким, холодным подлокотникам руки, затёкшие и замерзшие ноги, обездвиженные синтетической верёвкой, и петля-удавка на шее, закреплённая у изголовья и не дающая крутить головой. Чуть дёрнешься и сразу удушье.
Очухиваться после разряда парализатора, особенно если этот разряд многократно превосходил обычную норму, то ещё удовольствие.
Голова не соображает, бесконечная борьба с сонливостью заставляет всё сильнее и сильнее клевать носом и когда сон берёт верх, удавка начинающая сжиматься на горле, под весом склонённой головы приводит тебя в чувство. Снова и снова, минуты и часы, пока мозг не начнёт соображать в должной мере чтобы понять — наклонять голову нельзя.
 
Тот, кто усадил меня сюда, проделывал это явно не в первый раз.
После того как интерфейс заработал, я просидел в одиночестве целый час. А если точнее шестьдесят семь минут. Вряд ли подобные временные рамки были совпадением. Скорее отработанной схемой, при которой пленнику дают почувствовать всю серьёзность своего положения с целью оказания психологического давления.
Если я прав, в скором времени это давление перейдёт на новый уровень. Ошеломить и сломать или удивить? Чем они займутся, когда снимут этот мешок с моей головы?
Первым что я услышал был характерный, отдалённый шум поворотного механизма, а затем скрежет. Знакомые звуки, частенько сопровождавшие открывание герметичного люка ведущего в технические помещения под перронами.
Мой опыт можно назвать специфическим. Но чтобы понять, где я нахожусь мне не нужны глаза. Они не учли значение звуков? Или считают, что это не важно? Но если не важно знает ли пленник, где он находится, зачем тогда мешок на его голове?
Шаги приблизились. Здесь холодно и сыро, где-то на расстоянии от меня на полу есть лужица, в которую вошедшие поочерёдно наступили.
Пришедших по мою душу было двое.
Один, размеренно и шумно дышал, второй был «лёгким» — его шагов я почти не слышал. Возможно, первый крупного телосложения, а второй среднего или худощавого.
Когда они взялись за меня я старался сохранить хладнокровие, не кричать и продолжать думать, подмечая детали. Сначала снаружи включили освещение, да такое мощное, что даже укрытые мешком глаза испытали неудобство.
А затем мешок сняли.
То, что я увидел, не соответствовало нарисованной в моём воображении схеме окружающей обстановки. Ублюдков и в самом деле было двое. В фартуках и масках, с резиновыми перчатками на руках, и одетые в рабочие комбинезоны, они взялись за меня жёстко и молчаливо.
Никаких вопросов. Только боль.
Первой под раздачу попала левая рука. С неё на моих глазах аккуратно срезали рукав до самого плеча. Я же, понимая, что меня не ждёт ничего хорошего, впитывал всю входящую информацию словно губка. Небольшое помещение, явно жилая комната. На стене видно спальную нишу.
До того, как в мою плоть погрузилась тонкий хирургический инструмент с контактным лазерным наконечником, я успел увидеть многое.
— Аааааааа!!!
Они срезали кожу с моей кисти, с области от костяшек до запястья. Срезали медленно, забрали почти квадратный лоскут кожи с собой и снова надели на меня мешок. В конце экзекуции моё сердце колотилось как бешенное. Паника захлестнула рассудок и долго не отпускала, не позволяя мне успокоиться.
Пытался ли я сдержаться? Нет, орал как безумный, выплёскивая свою боль в окружающее пространство. Но когда свет погас, скрипнул поворотный механизм и наступила тишина, я был в полном порядке. И чувствовал себя гораздо лучше чем до прихода ублюдков.
Я их убью, уверенность в этом росла с каждым новым событием.
Во-первых, они не придали значения звукам. Выход из комнаты перекрывался современной дверью-задвижкой. А я её не слышал. Во-вторых, их шаги удалялись очень странно, так словно помещение было значительно больше или длиннее. И наконец, в-третьих, тут не было никаких луж и поворотных механизмов.
Если брать во внимание, что во всём остальном я оказался прав, а именно в количестве чужаков и их телосложении (они и в самом деле соответствовали пришедшему на ум описанию) «комната» в которой я находился настоящая фикция. Голографическая обманка или иная дрянь способная создать правдоподобную структуру.
Постепенно отходя от шока и свыкаясь с болью, я не думал о том, что предпримут захватившие меня в люди. Облизывая свои губы от солёного пота, выступившего во время пытки, я думал о том, что буду делать Я.
Но как же чёрт возьми болит моя кисть!