Часовщик 1 (СИ)

— Врёт он всё, — я резко обернулся и посмотрел на ребят, — этот Антон сам предлагал заплатить ему столько, чтобы видео не вышло, — я обратил внимание, что мои пальцы сжаты в кулаки — так, что побелели костяшки.
— Да забей ты, — пробасил мне в ухо Леший, — по этому Антону сразу видно, что он жулик первостатейный. Не бывает честных людей с такой ослепительной улыбкой. Где бы он мог честно заработать на такие виниры!
  
Ребята одобрительно загудели. Тем временем в кадр вернулся артефактор. У него на глазах были очки со специальными линзами, которые позволяли видеть руны. Приблизившись к автомобилю, Городец остановился и начал изучать мою руну. Было видно, что он удивлён, увидев её на месте.
— Так, так. Удивительно, но руна действительно установлена. И как она продержалась три дня? Видно, криворукий ученик чертил, так что она не работает, — он приблизил своё лицо чуть ли не вплотную. — Как я и думал, ученическая печать. Номер два. Второй ученик. Мастер Комычев, Корычев… Непонятно. Думаю, подобную печать не проблема купить. Гильдии стоит обратить внимание на подобных мастеров, что продают печати учеников. Они думают лишь о сиюминутной выгоде!
— Всё, как я и предполагал, — встрял в разговор Антон, не давая перехватить инициативу, — хоть руна и есть, но она слабая и кривая, из-за чего не работает. Чего ещё ожидать от второго ученика никому не известного мастера. Его тоже следует проверить: за какие такие заслуги он стал мастером!
— Руна ушла глубоко. Неожиданно, — задумчиво произнёс Городец и потянулся рукой к руне, — наверное, использовали очень дорогую краску, чтобы придать качественный вид, — мне хотелось верить, что в этот момент он почувствовал что-то неладное: слишком уж озадаченный вид имел артефактор, вот и искал оправдание. Безусловно, с помощью специальной и очень дорогой краски руну можно серьёзно углубить, но для нормального мастера не нужны эти костыли. Ведь достаточно понимания и воли — и руна уйдёт глубоко в металл. Как и было сделано в моём случае.
Лицо Альберта Денисовича стало очень серьёзным. Он явно пытался применить на руне своё понимание, но его не хватало. Мастер протянул руку и положил её на металл прямо над руной. Сосредоточился. В этот момент раздался хлопок — и он рухнул на пол, поражённый разрядом молнии.
Похоже, я немного перестарался. Не думал, что так шибанёт.
Антон бросился к мастеру.
— Что случилось? — Блогер помог Городцу подняться на ноги.
Альберт Денисович стоял, опираясь на плечо Антона, и лицо его наливалось гневом. Он достаточно быстро пришёл в себя.
— Колычев! Это печать ученика Колычева! Ой, как нехорошо! Как нехорошо! — Артефактор явно не до конца пришёл в себя. Тут его озарило понимание. Он нашёл причину произошедшего и виноватого. Повернувшись к Антону, Альберт Денисович закричал, брызжа слюной:
— Это всё ты! Вздумал меня подставить? «Ерунда, легко уберёшь, как не было! Мальчишка делал, тебе дел на две минуты!» — Он попытался оттолкнуть Антона в сторону, явно собираясь уйти из сервиса. — Я не смогу снять эту руну. Это всё одна большая подстава! Идиот! — закричал Городец и медленно, слегка раскачиваясь из стороны в сторону, побрёл к выходу из сервиса.
В этот момент Антон метнулся к телефону и взял его в руки. Лицо у него было бледным. Я думал, что блогер прервёт трансляцию, но недооценил этого хитреца.
— Похоже, случилось то, чего я опасался в последнее время! — начал вещать Антон, приблизив телефон к лицу. — Я знал, что мои враги активизировались, и теперь они начали действовать, пытаясь дискредитировать меня всеми возможными способами. Им не дают спокойно спать мой успех и моя бескомпромиссная борьба с разными жуликами. Не знаю, что произошло, и сколько денег они заплатили Альберту Денисовичу, но я этого просто так не оставлю! Всех выведу на чистую воду! — Он практически вплотную приблизился к телефону, перекрывая своим лицом весь экран. — Возможно, мне придётся скрыться и пересидеть где-то некоторое время. За меня взялись серьёзно, но я сумею выбраться, ведь за мной правда и вы, мои дорогие зрители. Сейчас, как никогда, мне требуется ваша помощь. Вы знаете, что делать: кнопка с донатом перед вашими глазами. Спасибо вам! Верьте в правду и в меня!
Только после этого Антон завершил трансляцию.
— Вот жук! — первым нарушил молчание Леший. — Как красиво всё повернул! Уверен, ему сейчас денег накидают по самые помидоры!
— Тварь! — Савва гневно сжал кулаки.
Мне же было смешно и горько одновременно. Теперь дело за моим учителем и его адвокатами с детективами. Думаю, восстановить моё честное имя у них получится.
— Но вот утопить Антона будет гораздо сложнее, — последнюю фразу я произнёс вслух.
— Да, — согласился со мной Леший, — говно не тонет! Его же теперь и не арестуешь. Начнутся волнения. Будут кричать: «Свободу Антону Зарубину! Дело сфабриковано и проплачено!»
— Зато как этот маг перепугался, — рассмеялся Ким и с уважением посмотрел на меня, — твой учитель и правда настолько крут?
— Похоже на то! — Я и сам не знал ответа на этот вопрос. Но, судя по реакции Альберта, тот явно знает и побаивается Колычева.
— Повезло тебе, — вздохнул с завистью Ким.
— Через час экзамен! — Савва нервно глянул на часы, прерывая наши разговоры.
— Точно! — Леший хлопнул меня по плечу. — Не переживай! Нормально всё получилось. Теперь уже никто не сомневается, что ты — настоящий мастер!
— Это самое важное, — с достоинством кивнул я, — собака лает, караван идёт.
  
Глава 21
 
Глава 21
На следующий день позвонил Михаил и сообщил, что заказов по-прежнему нет, но вечером приезжает дядя Матвей. Он просил передать, что в среду утром, послезавтра, заедет за мной часам к десяти, так чтобы я был готов и прилично одет!
Встав к зеркалу, я посмотрел на своё отражение. За этот месяц я значительно возмужал и, что самое неудобное, подрос. После поглощения энергии из накопителя мой рост увеличился чуть ли не на пять сантиметров, и вся одежда, что у меня была, теперь смотрелась на мне ужасно. Брюки стали коротки, рукава тоже, при этом и плечи мои стали шире, натягивая рубашку так, что пуговицы вот-вот отлетят. Безусловно, меня радовали эти изменения, но гардероб придётся обновить.
Так что после завтрака Савва отправился на консультацию — готовиться к последнему экзамену, а я в город — пройтись по магазинам. Матвей Фёдорович приехал, чтобы выполнить какой-то заказ, и собирался взять меня с собой. Скорее всего, будем работать в доме или в ресторане. Тут спецовка из автосервиса не подойдёт. Люди не поймут. Только костюм, пусть недорогой, но соответствующий статусу ученика известного мага.
На шопинг я потратил рекордные сто двадцать рублей. Дороже всего обошёлся костюм — за него я отдал семьдесят рублей. Остальное ушло на рубашки, пару галстуков, носки и прочие мелочи.
После всех покупок на счету у меня по-прежнему оставалось больше тысячи — огромные деньги по меркам учеников интерната. Но для моих планов этого было очень мало. Я по-прежнему хотел накопить от трёх до пяти тысяч, чтобы чувствовать себя уверенно. Савва уже активно ищет клинику для отца. По самым скромным прикидкам, это обойдётся не в триста или пятьсот рублей, как он изначально прикидывал, а в семьсот, как минимум. Самые дешёвые клиники мы отмели. Уж слишком ужасные там были отзывы.
Кроме оплаты клиники, я хотел оставить немного денег и Лене. Да и на переезд в Нижний Новгород требовались финансы. И если моё обучение готов был оплатить Матвей Фёдорович, то брать на себя заботу о Савве он точно не будет. Так что мне нужно три тысячи, минимум!
  
Убрав новые вещи в шкаф, я переоделся в спортивную форму и отправился играть с ребятами в футбол. С каждым разом мне всё больше и больше нравилась эта игра.
После футбола я подождал, когда рядом с Лешим будет мало людей, и подошёл к нему.
— Слушай, — обратился я к парню, — тебя же уважают в интернате, и человек ты честный, — начал я издалека.