Второй шанс (СИ)

 Сейчас же Том лишь загадочно улыбнулся, открыл шкаф и… Плед прилетел прямо Каулитцу в лицо. Тот фыркнул, разворачивая его:
 - Очень гостеприимно, знаешь ли!
 - Скажи спасибо, что я вообще помню, где он лежит! – огрызнулся Трюмпер, но в его словах не было ровным счётом никакой агрессии, к которой Билл так привык в последние годы.
  
 За ничего не значащей болтовней вечер пролетел незаметно, и Каулитц был немного расстроен, когда позвонила мама и спросила, не надоел ли он Тому, намекая на то, что пора домой. Трюмпер же в ответ проорал, что да, надоел хуже пареной редьки, но у них есть незаконченное дело, и, как только они его завершат, он сразу вышвырнет Билла прямо в розовый куст фрау Каулитц. Мама рассмеялась и сказала, что готова еще немного подождать.
 Повесив трубку, Билл вытаращился на Тома, ожидая, когда же тот сообщит, что за дела у них еще остались, но тот лишь снова прилип к бутылке и сосал пиво до тех пор, пока Каулитц, уставший ждать, не спросил, что за, черт побери, дельце.
 - А! Ты об этом, - он рассеянно провел рукой по дредам. – Ну, нам придется залезть на крышу, но если ты ссышь…
 - Я ссу? – перебил его возмущенный Билл. – Пойдем на крышу! Нашёл, тоже мне, ссыкуна!
 На самом деле Каулитц не очень любил высоту, но показать трусость перед Томом, когда тот едва снова начал общаться с ним он не мог. Впрочем, ничего страшного в их походе не оказалось, они не полезли болтаться по краю, как нарисовал в своих фантазиях Каулитц, а лишь немного высунулись с чердака, и Том вытащил из кармана сигареты.
 - Я не курю! – шепотом сообщил Билл, протягивая руку. – Но сегодня, пожалуй… Да…
 Нет, ему совершенно не понравилось курить. От сигареты першило в горле, а сам дым забивал лёгкие, не позволяя нормально дышать, отчего Билл постоянно закашливался, но… Но Том курил, и он курил. Было бы странно, если бы отказался.
 Домой Билл пришёл глубоко за полночь, и в самом деле едва не своротив розовый куст.
 Глава 3 
 Глава 3.
 На следующий день мама разбудила его весьма необычно. Нет, она не вылила ему на голову воду или что-то в этом роде, она просто спросила:
 - Фу, ты что, лук вчера ел?
 Этот вопрос так озадачил Билла, что он сразу проснулся, потрясенно глядя на маму. Какой лук? Почему она так решила? Лук? Нет, серьезно, лук?
 - Лук? – схватил он за хвост одну из вполне однотипных мыслей, крутящихся в голове. – Какой лук?
 - Ну, я не знаю, - неуверенно протянула она. – Может, Том делал сендвичи и не пожалел его… А может, вы просто грызли его как яблоки…
 - Мне нельзя яблоки, - напомнил он, чувствуя себя героем тупой комедии.
 - В любом случае, завтрак на столе, школьный обед в холодильнике, а я убежала на работу.
 С этими словами мама развернулась на пятках и покинула комнату, оставив Билла в непонятках относительно того, о каком, к чертовой матери, луке она говорила. Так ничего и не придумав, юноша сладко потянулся и недовольно выполз из-под одеяла, чувствуя, как мурашки тут же побежали по телу. До ванной Билл несся почти бегом, мечтая о горячем душе.
 После банных процедур жизнь стала казаться куда лучше. Напевая, Билл зашел в комнату и остановился на пороге. В помещении действительно витал слабый запах лука, такой, как если бы он съел на ночь целую головку. Пожав плечами, Билл подключил фен к розетке и принялся сушить волосы, напевая незамысловатую мелодию. Он едва не заорал, когда увидел в зеркале фигуру, и, не раздумывая, швырнул в нее расческу.
 - Убить меня вздумал? – возмутился Том, уклоняясь. – Сигналю тебе как больной уже минут пять, не слышишь, что ли?
 - Придурок! – возопил Билл, демонстративно хватаясь за сердце. – Не слышал я! Как ты сюда попал?
 - А как я раньше сюда попадал? – огрызнулся Трюмпер, усаживаясь на кровать. – Через окно, конечно! Ты так и будешь стоять столбом, или все-таки продолжишь собираться? Есть что сожрать?
 Билл закатил глаза, поворачиваясь к зеркалу и придирчиво оглядывая себя.
 - Ты знаешь, где кухня; сам сказал, что ничего не поменялось, - бросил он через плечо выжидательно глядящему на него Тому. – И мне чего-нибудь притащи!
 Том, уже вставший с кровати и направившийся к выходу из комнаты, резко остановился.
 - Ничего не попутал?
 - Твоя борзость не знает границ, - фыркнул Каулитц. – Ты собираешься жрать у меня дома и отказываешься принести перекусить мне?
 Том задумчиво почесал бровь:
 - Это ты борзеешь с каждой секундой. Но мне нравится. Такими темпами скоро перестанешь быть тем ссыкуном, коим сейчас являешься. Кстати, проветрил бы комнату, перегаром несет так, что аж глаза выедает.
 И он вышел, оставив Билла наедине с собственным недоумением. Что это было? Что за, черт возьми, резкие смены настроения?
 - Наркоман, что ли, - пробормотал Каулитц, включая фен и поворачиваясь к зеркалу.
 Уже в машине Том молча протянул ему контейнер с сендвичем. Мама такие не делала, и Билл сделал вывод, что таким образом Трюмпер извиняется за съеденный завтрак и хамское поведение в комнате. Кивнув, он приступил к трапезе, стараясь не обращать внимания на скорость, что было проблематично…
 - Слушай, твой болид Формулы-1 не взорвется от таких перегрузок? – не выдержал он уже почти около школы. – Я имею в виду, она так стонет, когда ты гонишь, что мне кажется, что она вот-вот развалится, и мы побежим ножками, как те древние люди из мультиков…
 - Ты вообще не можешь молча сидеть, да? – повернулся к нему Том и забавно сложил бровки домиком. – Нам осталось ехать всего пару минут, я даже сендвич сделал, лишь бы ты не бубнил, как старый дед! Твои, кстати, тоже захватил, на заднем сиденье валяются.
 Сказав это, он утопил педаль в пол, заставляя Билла нервничать еще сильнее. В школьный двор они въехали с диким визгом шин и девчонок, что стояли около ворот.
 - Трусихи, - удовлетворенно заметил Том, паркуясь.
 - У тебя, я смотрю, весь мир из трусов состоит, - пробормотал Каулитц, отстегивая ремень безопасности и пытаясь вырваться из машины. Это ему удалось не с первой попытки: мерзкий Трюмпер заблокировал двери и позволил Биллу вылезти лишь когда нахихикался вдоволь. Показав негодяю средний палец, Билл в испорченном настроении поплелся на занятия.
  
 Его и в самом деле больше не задирали. Просто не решались. Том сидел с ним на всех предметах, то есть вообще на всех! И ладно бы сидел молча, но, как выяснилось, за эти годы Том Трюмпер прекрасно отточил коммуникативный навык, и теперь пытался болтать всё время. Не то, чтобы Билл не любил потрепаться, нет, он очень любил, но на уроках он, как правило, был сосредоточен на новых темах, а Трюмпер ему мешал, поэтому уже на третьем занятии Билл пригрозил выселить его. Это почти помогло, и теперь Том изображал оскорбленную невинность, демонстративно перекидываясь записками с одноклассницами. Скорее всего, именно из-за этого его вызвали решать довольно заковыристый пример на математике, и если бы Билл не корчил рожи, показывая, где Трюмпер пытается пойти неверным путем, то тот явно провалился бы и схватил очередную неудовлетворительную оценку. С помощью Каулитца же он наскреб на тройку и уселся за парту совершенно счастливый.