Счастье в несчастье (СИ)
Я напряглась всем телом и шумно вздохнула, набирая в лёгкие, как можно больше воздуха. Закрыла глаза и медленно выдохнула, тем самым давая себе немножко времени, чтобы взять себя в руки. Широко распахнула глаза, когда Игорь крепко обнял меня, прижимая мою спину к своей груди, а затем ласково притёрся кончиком носа об мою щеку. От лёгкого прикосновения губ к моей шее и тёплого дыхания цепенею ещё больше. В области груди формируется неприятный ком, который тут же поднимется к горлу, а в глазах вдруг мутнеет из-за образовавшихся слез. Где-то на подсознательном уровне загорелась лампочка с тревожным красным светом, и мозг посылает обонятельным рецепторам запах отвратительно-сладких женских духов. Нет, от него сейчас пахнет его любимым " аллюром", просто эта ассоциация со мной теперь надолго. Гребаные любители "Шанель".
Делаю шаг назад и намерено наступаю острой шпилькой на его кроссовок, стараясь нажать, как можно сильнее. Это помогает избавиться от его объятий и расстояние между нами увеличилось на пару совсем мелких шагов. Я уже успела обернуться и теперь мы молча изучаем непроницательные лица друг друга. По его вообще не разгадать ни мыслей, ни эмоций.
— Чего ты хочешь? — глядя на него снизу вверх, устало спрашиваю я.
Меня так выматывает вся эта ситуация, что просто уже нет сил. Я даже спала беспокойно, ничего определенного не снилось, но мозг за ночь точно не успел отдохнуть. В моем случае утро вечера мудрее не оказалось, вчера мне даже полегче было.
— Тебя. — руки сложенны на груди, взгляд, как всегда, уверенный и никакого чувства вины в нем не наблюдаю. — Я всю тебя хочу до такой степени, что…
Подавляю желание закрыть уши руками, не хочу слышать больше ни слова. Что он несёт!? Ещё вчера он говорил такие вещи, что горечь от них явственно ощущалась даже на физическом уровне. А сейчас его тон и взгляд, будто я самая желанная на свете, но судя по увиденному я такая не одна. У меня нет к нему ревности или какой — то маломальской симпатии, но почему-то всё это принимается так близко к сердцу, что даже больно.
— Не одну меня. — перебиваю его. — Прекращай всё это! Игорь, у тебя что раздвоение личности? Или с памятью что-то? Если ты забыл, то напоминаю — я по-прежнему, то самое фригидное бревно, которым была вчера. Так вроде ты выразился?
— Ксюш, не хотел я этого говорить. Растерялся просто, да и то что ты увидела, тоже вышло случайно. — его голос был ровный и спокойный, словно рассказывает о каком-то не особо значительном происшествии в своём далёком прошлом. — Вообще брата ждал, а тут Катя эта с ним приехала.
— Мне правда это не интересно, просто чётко скажи зачем приехал. Мне некогда.
— Поговорить и объясниться.
— А глагола извиниться ты намеренно избегаешь? — усмехаюсь, вновь открывая дверь.
Захожу в подъезд, громко цокая по полу каблуками. Мне показалось, подобная капитуляция чётко даёт понять, что разговор продолжать не намеренна. Но Игорь следует за мной.
— Я тебя не приглашала. — бросаю ему.
— У меня есть для тебя предложение. Ты же хочешь избавиться от меня?
Эти слова заставили меня застыть на середине лестничного пролёте, а спустя мгновение резко обернуться.
— Я вся во внимании. — недоверчиво сузила глаза.
— Не здесь же. — ловко взбирается по ступенькам, обгоняет меня, направляясь к моей квартире.
Опасливо и не спеша догоняю его, Игорь чуть посторонился, давая мне возможность открыть замок. Едва даю ему возможность разуться, снова требуя ответ.
— Секс- моё условие. Один раз, последний. Только, чтобы ты не строила из себя жертву насилия, проявляла инициативу, расслабилась. — отчеканил, присаживаясь на край кухонного стола, руки сложил на груди. — Чтобы поверил, что хочешь меня.
— Да никогда! — от такой наглости глаза в пять рублей округлились. — Совсем сдурел? Я вообще в жизни с тобой больше не буду, тошнит от тебя.
— Так пойди поблюй. — рыкнул злобно. — Если ты решила, что после вчерашнего что-то поменялось, то спешу тебя разочаровать. По-прежнему буду тебя периодически ебать.
Не знаю, что на меня нашло, схватив первое, что попалось под руку, а именно свою зелёную кружку, и со всей силы швырнула её в Игоря, метилась прямо в голову.
— Совсем что ли? — к счастью, то ли я такая косая, то ли он обладал хорошей реакцией, что без труда смог увернуться, не знаю, что было бы попади я. Стакан звонко шмякнулся о холодильник и разлетелся на несколько кусочков.
Запаниковала, когда он с перекошенной от злобы рожей направился в мою сторону. Попятилась, даже хорошо осознавая, что бежать бесполезно. Он быстрее, сильнее, да и некуда. Сколько шагов он делал ко мне, столько и я, вторя ему. Резко развернулась, надеясь удрать, но тут же была схвачена за локоть и жёстко припечатана спиной к холодной стене коридора. Плохо соображая, принялась лупить по нему кулаками, чаще всего попадая в грудь и лицо. Била до тех пор, пока Игорь внезапно не поймал мои запястья и грубо прижал к стене, разводя в стороны. Тяжело дышали и я и он, сверлив друг друга ненавидящими взглядами. Брыкалась, как могла, из последних сил, отчаянно желая освободиться. Отпустил одну руку, чтобы своей лихорадочно попытаться расстегнуть перламутровые пуговицы моей блузки. У него плохо получалось одной рукой, поэтому он схватил ткань и начал сильно дёргать, от чего часть пуговиц не выдержали и поскакали по полу с характерным звуком. Блуза распахнулась, открывая обзор на грудь в бежевом лифчике, одна чашка которого тут же была отодвинута в сторону. Попытался поцеловать, но я отчаянно мотала головой, не смиренно избегая его жадных губ. Тогда Игорь, согнувшись ещё сильнее, припал ртом к обнаженному соску и стал его посасывать, изредка легонько сжимая зубами. Свободной рукой яростно пыталась отодвинуть его, схватившись за ворот футболки, которая трещала и растягивалась под моим натиском. Когда он отпустил вторую руку, то и она ринулась в бой. Царапалась, била и пыталась отодвинуть. Когда стал стягивать с меня уже расстегнутые им ранее облегающие брюки, не выдержала и позорно разрыдалась.
Все что сейчас происходило было что ни на есть самым настоящим изнасилованием, до такого он ещё не опускался. Сердце бешено стучало, грозя сломать ребра. Мои громкие всхлипывания и скулеж, подействовали на него отрезвляюще. Игорь замер, тяжело дыша в область моей обнаженной ключицы, а после отстранился. Ноги дрожали и когда моё тело перестали прижимать к стене, они подкосились и я медленно сползла на пол, обхватив себя руками. Горячие слезы продолжали не контролируемо стекать по щекам, обжигая их кожу. В его сторону не бросила ни единого взгляда. В себя пришла только, когда услышала удар, с которым захлопнулась входная дверь. Сразу попыталась встать, кое-как дошагала до выхода и трясущимися руками заперлась.
Глава 28
Ксения
— Где-то я читала статью дебильную, что женщины виноваты в отклонениях мужиков. — возмущалась Анька, делая очередной глоток игристого винного напитка. — Типа автор считает, что они нормальные, но с появлением бабы, которая их бросает в последствии, становятся не адекватами.
Мы уже почти распили третью бутылку "БОСКО" и можно сказать были готовенькие. Шампанское всегда мне незамедлительно ударяет в голову, но и так же быстро отпускает. Но сегодня, испытав такой стресс, мозгу ясно мыслить, я намеренно не давала, отравляя разум и организм новой порцией алкоголя.
— А как же геи? — поддержала тему Олеська. — Тут мы причём?
— А про геев: недавно смотрела на ютубе "10 вопросов, которые вы не решились бы задать и мы задали за вас". Там только один был би, остальные просто сказали, что им изначально девушки не нравились. Просто одни люди себя могут в руках держать, а другие нет, ну не учат этому в школах, надо самостоятельно осваивать искусство самоконтроля.
— Этому нигде не учат. Просто где-то свобода личности не обременена общественным порицанием. В России только скажи кому, что ты гей, в лучшем случае с тобой просто прекратят общение. — проговорила я, ложась на пол. Меня уже откровенно мутило, перед глазами замаячили, так называемые, вертолётики. Нащупала один из рекламных буклетов и стала обмахивать свое лицо, в надежде с помощью лёгкой прохлады облегчить свое состояние.