Митран (СИ)
- А без броши нельзя? - с надеждой спросил я.
- Не в коем случае! - в каком то ужасе вскрикнул портной, при этом взмахнув руками и взирая на меня как на богохульника.
Со скорбным лицом я стал выбирать ткань для наряда.
- Вот эта нежно-голубая вам очень к лицу, - льстиво уверял меня портной протягивая мне рулон тонкого шелка.
- Белая! Туника должна быть белая! - безапелляционно заявил я морщась.
Бурча себе под нос что-то недовольное, портной протянул мне белый шелк, ну как белый, я бы назвал его кремовый. Ну ладно, подойдет. Ткань для штанов и сюртука выбрал, как не трудно догадаться черного цвета. Неодобрительно покачав головой портной показал мне шелковые платки-шарфы. Я завис, не зная, что из этого многообразия расцветок выбрать.
- У вас господин, голубые глаза, голубой цвет вам к лицу, - опять завел свою песню вредный портной, но понаблюдав за моей мимикой предложил новый вариант, - ну не хотите голубой, возьмите розовый.
Закатив глаза кверху я схватил с прилавка первый попавшийся шарф. Оранжевый! Да на хрена мне оранжевый?! Я отбросил тряпку и сменил метод выбора. Зеленый? Красный? Черный? Остановился на темно-синем устав безмерно.
Домой я вернулся выжатым как лимон, словно целый день разгружал вагоны или участвовал в соревнованиях. Мне всё-таки пришлось завернуть к ювелиру и выбрать эту несчастную брошку с местным по-дилетантски ограненным алмазом.
"Зеркало, нужно будет всё-таки сделать", - удрученно думал я собираясь перед выездом во дворец и пытаясь рассмотреть себя в бронзе.
- Только не натвори там ничего, - проводил меня дружеским напутствием Пинк.
- Танго им обязательно продемонстрирую, прижму какую-нибудь красотку и изнасилую её в танце, - пообещал я и быстренько залез в карету, пока Пинк размышлял над услышанным.
В княжеском дворце меня встретил и провел вперед важный господин-слуга, напомнивший мне из-за ярко-зеленого сюртука, выпяченной груди и носа с горбинкой моего попугая. Перейдя воображаемую границу бальных залов я вступил в хорошо освещенное, разделенное колоннами, огромное пространство. Блеск от свечей и драгоценностей гостей на мгновение ослепил меня, щурясь я услышал справа от себя стук по каменному полу и зычный голос:
- Лэр, Виктор Чернов! - клон провожатого с жезлом в руке, огласил всем присутствующим мое имя.
Разумеется, на его ор все повернулись в мою сторону и я оказался под перекрестным огнем пристальных взглядов, любопытных, колючих, изучающих, недоумевающих, надменных. Я же стоял как истукан и разглядывал из в ответ. Зал вмещал в себя большое количество празднично одетых гостей, наряды которых поражали своими яркими цветами и мерцающими тяжеловесными украшениями.
"А я весь в черном, - промелькнула мысль, - видимо они думают о том же и гадают к чему бы это".
От грустных мыслей меня спас лэр Дамаш, привлекший мое внимание поднятой рукой. Увидев сигнал, я с облегчением проследовал в его сторону. Мой путь закончился у группы людей, состоящей из княжича Гвидона и его свиты.
- Рад вас видеть, лэр Виктор, - дружелюбно поприветствовал меня княжич и дождавшись моего кивка, поинтересовался, - а почему вы в черном?
- Черный мой любимый цвет, - улыбнувшись ответил я.
- Необычно, - удивился он ответу, - но как-то мрачно. Вы не находите?
- На вкус и цвет товарищей нет, - отделался я пословицей.
- Какое интересное высказывание, - заметил княжич.
- И очень верное, - добавил я, рассматривая его наряд, который состоял из коричневых штанов, бордового сюртука, из под которого проглядывалась розовая туника и светлого шарфа, украшенного брошью с большим рубином.
С другой стороны зала послышался стук жезла о пол и следом восторженно-торжественное:
- Князь и княгиня Митрана!
Все гости развернулись в ту сторон и склонились в поклоне. Князь Владир был статным мужчиной пятидесятилетнего возраста с волевым лицом и тяжелым взглядом. Княгиня же произвела на меня впечатление своим надменным видом и внушительными формами. С достоинством неся свои достоинства (прошу прощения за тавтологию) она гордо шествовала по залу держась за согнутую в локте руку мужа и изредка отвечала даже не кивками, а намеками на кивки своим подданным.
Когда гости начали распрямляться, я увидел среди них в одной из стаек нарядных прелестниц Оливию и моё сердце совершило кульбит, поборов неуместные эмоции я отвернулся и наткнулся взглядом на пристально рассматривающую меня Ксению, ещё один кульбит и приветствие улыбкой с легким поклоном. Прекрасные порывы моей души девушку не заинтересовали и она фыркнув отвернулась.
"Ну и пошли вы... - мысленно отправив их в долгое занимательное путешествие, я стал рассматривать других женщин бурча себе под нос, - Спасаешь, их спасаешь, а они морду воротят".
Мое внимание привлекла брюнетка в бирюзовом платье с заостренным личиком, её лучистые глаза прикрываясь пушистыми ресницами семафорили мне азбукой морзе.
- Лэр Дамаш, если я сейчас подойду и заговорю с какой-нибудь дамой, это не будет выглядеть вызывающе? - спросил я, заинтересовавшись результатами расшифровки послания.
Лэр осмотрев территорию в поисках намеченной мною жертвы и определив её хмыкнул.
- А лэра Мария Марш, - одобряюще проговорил он, - Дерзайте, только руками не трогайте.
Поход на штурм застопорился ударом жезла о пол и громогласного объявления:
- Минок!
- Первый танец, - пояснил мне лэр Дамаш, увидев мою озадаченную физиономию.
Осмотрев зал я увидел, что князь с княгиней устроились в креслах с высокими спинками, стоящих на небольшом возвышении, из чего сделал вывод, что танцевать они не собираются. Заиграла музыка, музыкантов я нашел также на возвышении за низким ограждением. Музыка была какая-то странная, мало похожая на танцевальную. Княжич Ставр быстрым шагом прошел чуть ли не на другой конец зала и кивком головы пригласил на танец юную красавицу в светло-сиреневом декольтированном платье. Нужно отметить, что большинство здешних дам были в закрытых до шеи платьях. Заметив мой интерес, не отходящий от меня не на шаг лэр Дамаш пояснил:
- Веяния западной моды, жена княжича Ставра от туда, а её фрейлины и некоторые местные модницы перенимают традиции народа своей будущей княгини.
- Срамота, - заявил стоящий поблизости пожилой лэр.
По мне так декольте были не такими уж и открытыми. Представив, что бы сделалось с местными моралистами при виде дамы в платье времен царствования Людовика XIV, а тем более полуголой девицы из нашего мира, я невольно усмехнулся.
- Это его жена? - спросил я.
- Нет, конечно, его жена возле княгини сидит, в тягости она.
Тем временем, присев в легком реверансе девушка положила свою ладонь на руку княжича, причем не на ладонь а на место чуть выше запястья, прикрытое туникой.
Выйдя в воображаемый круг они остановились друг против друга и начали по очереди совершать странные движения, сначала он подрыгал ногами, следом она, затем он развернулся вокруг своей оси, следом развернулся она, затем опять кренделя ногами, повороты в стороны, ноги, разворот и так по кругу. К ним присоединились другие пары, кавалеры стремились успеть опередить потенциальных соперников и подойти к понравившейся даме, а дамы взирали на кавалеров с надеждой быть приглашенными.
- А танцы, они все такие? - в унынии поинтересовался я у лэра Дамаша.
- Танцы разные, - ответил он вселив в меня надежду, которая впрочем не оправдалась.
Не знаю уж какое значение имеет в этом мире слово "разное", но мне танцы показались однотипными. Партнершу по танцу трогать руками было нельзя, она же касалась партнера только при выходе в круг и в одном танце держалась за его плечо.
Разочарованный я по инерции следил за танцующими взглядом. Мой "семафор" устав ждать незадачливого меня, приняла приглашение от местного лэра и весело танцевала в его обществе, мой образ скорее всего уже выветрился из её ветреной головки.