Митран (СИ)

  Всё началось с какой-то нелепости. На днях его посетила сестра Барбара и в ультимативной форме потребовала, что бы он, тайный советник и член Думы, приструнил какого-то писаку театральных пьесок. Он ещё тогда посмеялся над сестрой, про себя разумеется, он же не самоубийца, и пообещав что-нибудь придумать, выпроводил её восвояси. Пусть в конце в концов обидчиками сестры её муж занимается, у неё же есть муж где-то в дальнем имении обитающий, вот пусть вызывает его в столицу и науськивает на кого ей угодно.
  Сразу же за визитом Барбары, до него дошли слухи, что этот писака сломал челюсть известному в столице лэру Доришу и тот в отместку засадил его в тюрьму на перевоспитание. Над этой историей смеялась вся столица и он следуя моде даже пару раз пошутил об этом в обществе.
  Затем пришла более интересная новость, оказалось, что этот писака, совсем не тот, за кого себя выдаёт, а беглый лэр из Митрана и за ним в Козельск явился конвой из соседнего княжества. Немного погодя выяснилось, что за ним прибыли не дружинники князя, а люди храма Сира, причем имеющие при себе бумаги, свидетельствующие, что лэр Виктор Чернов, находится под защитой храма. А вот затем всё стало уже серьезно. Сначала, этот лэр-писака напал на одного из дознавателей князя, затем взбешенный увечьем своего подчиненного, начальник тюрьмы потребовал от лэра Вориша, покарать злодея. И каким образом, спрашивается, ему нужно было покарать человека, находящегося под защитой храма? Он же не идиот, наживать таких врагов. Подумав и посчитав, что если убрать из Козельска раздражитель, то не будет и проблем, он выдал начальнику тюрьмы бумагу, предписывающую Митранцам как можно скорее покинуть территорию Козельского княжества.
  К сожалению, он ошибся. Главный жрец храма Сира княжества Козельского - это не сестра Барбара и не начальник тюрьмы, от него не отделаться пустыми обещаниями или мелкой подачкой. На аудиенции, главный жрец был очень недоволен его поспешным решением выгнать лэра Виктора Чернова из княжества и потребовал привезти лэра в храм. Оказавшись между двух огней лэр Вориш приказал беглого лэра вернуть, а сопровождающих его людей убить, чтобы хоть как-то скрыть следы.
  Дальше стало ещё хуже. Беглецы перебили людей с двух кордонов и вероятнее всего уже перешли границу. Уцелевшие рассказали, что напали на них из леса, нападающие действовали нагло и дерзко, использовали странное оружие, стреляющее короткими стрелами.
  Вот так вот в этой истории и появилось неизвестное оружие. И что теперь тайному советнику с этим всем делать? И причем здесь храм Сира? Вот если бы беглеца искали жрецы храма Бога Ремесла, тогда, хоть что-то было бы понятно. Также не понятно, как теперь докладывать князю об убитых на его территории дружинниках.
  Находящийся в кабинете Порот не отвлекал своего лэра от дум, а тихо стоял у стола и осторожно наблюдал за вышагивающим у окна господином, ведь совершенно не известно, какое решение придет в голову этому непредсказуемому человеку. Порот совершенно не хотел отправляться в Митран, и про себя молил богов оградить его от этого путешествия, но боги остались безучастны к его мольбам.
  - Ты отправляешься в Митран! Ты должен разузнать всё, что возможно об этом человеке, его происхождение, привычки, слабости, любовные пристрастия, тайны. Всё! Организуешь за ним слежку, нужно выяснить, зачем он в конце концов понадобился храму Сира, - озвучил своё решение лэр Вориш и добавил опять взяв в руку стрелу, - и выясни всё об этом новом оружии Митранцев.
  Глава 10. Разговоры, переговоры, допросы
  Сегодня Пинк сообщил, что мы перешли границу и находимся уже на территории Митрана, как он это определил, я если честно не понял, по звездам рассчитал или знакомые деревья обнаружил. По мне так ничего не изменилось, тот же смешанный лес, тот же бурелом под ногами и те же острые, царапающиеся ветки деревьев вокруг. Погода правда изменилась. Выпавший вчера снег так и не растаял, деревья и стылая земля покрылись тонким белым слоем. Стало разительно холоднее, я конечно не термометр, но думаю было, где-то минус пять по Цельсию, руки в кожаных перчатках и ноги в сапогах без меха мерзли.
 
  Волт чувствовал себя гораздо лучше, но я всё же подстраховался и запретил ему ехать верхом на лошади, так что бедняга всё так же болтался на носилках между лошадьми, недовольный своей судьбой и всячески нам об этом напоминал.
  - Я воин, а не девка! У меня ничего не болит! Можно, я хотя бы пойду пешком? Виктор, это что месть? - слышалось с носилок каждые десять минут.
  - Лекарь сказал лежать, значит лежи! - пресекал его попытки бегства Пинк.
  - Давай сделаем привал, нужно погреться у костра - сказал я Пинку, поежившись и натянув в очередной раз шляпу на голову, - Волту надо подвигаться и погреться, а то окочурится ещё от холода.
  Усевшись вокруг костра, как можно теснее, грея друг друга телами и вяло пережевывая мёрзлое мясо, молчали и думали каждый о своем.
  - Виктор, ты говорил, что на войне все средства хороши, ты имел ввиду вообще все, то есть и предательство, и подлость, и изуверства? - вдруг нарушил тишину Пинк.
  - Смотря какая война, - ответил я, - и смотря какие воины.
  - Что ты имеешь в виду?
  - Войны разные бывают, захватнические и освободительные, - совершенно не хотелось поднимать эту тему, так что я не стал заниматься перечислением видов войн и войск, а просто добавил, - и воины тоже бывают разные, есть обычные воины "честные и благородные", а есть специальные воины, которые выполняют, так сказать, особые поручения, и вот они как раз и используют подлые приемы ведения войны.
  - Ты был таким воином? - спросил Рик расширив от предвкушения интересной истории глаза.
  - Нет, я был обычным воином, охранял границу, - разочаровал я его.
  - А от куда ты знаешь про этих воинов? - с подозрением в голосе спросил Пинк, - я так понимаю такие воины должны держать свои темные дела в тайне.
  - Не знаю я о них ничего, просто знаю, что они у нас есть, у вас тоже должны быть, везде где есть власть, есть такие воины, - не буду же я им рассказывать про деда, интернет, телевидение и книги и так смотрят на меня косо эти "благородные воины".
  - У нас нет таких, - категорично заявил наивный Рик.
  - То есть ваши лэры в таких подлых приемах не видят урона чести? - уточнил Пинк.
  - На показ разумеется осуждают, а в тихую такое творят, впрочем, ваши от наших думаю не отстают, - ответил я усмехнувшись над возмущенным выражением лица Рика.
  - То есть ты беглец? - подытожил Пинк.
  - Нет, я не беглец, я случайно у вас оказался и летом надеюсь вернуться домой, - проговорился я раздраженный дурацкой логикой и въедливостью Пинка, а чтобы пресечь дальнейшие расспросы, поднялся и ушел в кусты.
  Вернувшись, с сомнением опять влез в "кружок" и начал доедать мясо. Пинк "оправдал" мои ожидания и продолжил допрос.
  - То есть ты в подлых приемах ничего плохого не видишь, для тебя это один из способов достижения цели?
  - Нет Пинк, то что ты говоришь ко мне не относится, как бы тебе этого не хотелось, я не подлый человек. Просто есть ситуации, при которых подлыми приемами пренебрегать не следует, себе дороже выйдет.
  - Какие, например? - разумеется поинтересовался Рик, любопытный наш.
  - При захвате твоей страны, когда все средства хороши, чтобы выгнать врага, - решил я отделаться такой версией.
  - Твою страну захватывали? - спросил Грум.
  - Ну я знаю о четырех крупных нашествиях врагов, а сколько было мелких стычек, не счесть.
  - А почему вас захватывали? Вы слабые? - это уже Пинк.
  - Нет мы не слабые, - вспылил я, и уже спокойным тоном продолжил, - с правителями нам всё время не везет, то друг друга режут, то играют в благородство со внешними врагами во вред своему народу. И хватит уже этих разговоров, не люблю политику.
  - Что такое политика? - полюбопытствовал Рик.