Покоривший СТЕНУ: Левиафаны (СИ)

— Я не могу возродиться за пределами этого здания, Арк! — воскликнула она с нотками паники.
— Это можно отменить?
— Они замуровывали людей в стенах заживо, — пояснила хантрей. — Ритуал некрозодчих… таким промышлял Вязь, когда строил базу синдиката в городе. Правда, он использовал разумных монстров.
— Я убью Леви… — послышались полные ненависти слова Рейна.
Я посмотрел на друга и мне самому сделалось не по себе. Вокруг него от гнева буквально искажалось само пространство. И он уже не походил на печального добряка Рейна, а был Гильгамешем. Безумным судьёй, ненавидящим зло.
  
— Фрагмент левиафана исказил мою суть, Арктур. Сфера была средоточием гибридной стихии Хтонии. Самой страшной из гибридных стихий. Она исказила моё стремление к справедливости, превратив в жажду кровавого фанатика. Это я создал ангелоидов, осквернив свет энергией хаоса. Она исказила Эхмею, Меаса… и она исказила Леви. Видимо, мне же предстоит положить этому конец, убив носителя его фрагмента.
— Его фрагмент будет моим, — холодно сказала ирий.
— Ты не представляешь, что это, Альма.
— Не представляю, — ответила она. — Но я должна принять его, чтобы понять, кто я.
— Ты не левиафан, Альма! Единственное, кем ты станешь, получив его — это новым левиафаном!
— Спокойно, приятель, — вмешался я. — Нас тут чуть не угробили в простой драке. Сейчас вообще не до того, чтобы делить тушу неубитого левиафана.
— Арк, мы должны…
— Я разделяю твои чувства, друг, — перебил я его. — Но сейчас мы должны доделать дело и валить отсюда наверх.
— Я остаюсь здесь, — Рейн скрестил руки на груди.
— Ты несёшь чушь. Много ты тут сам навоюешь? Был бы ты эфирным архитектором или друидом, я бы ещё подумал. Но ты чистый танк без саммона. Почти лишившийся сил. Ты сдохнуть собрался, или как?
— Я должен ответить за то, что сотворил Гильгамеш. И я в ответе за то, что творит мой ученик.
— А самоубийство — это типа искупление такое? Ты бред несёшь, Рейн! Никто не отказывается от охоты на этого мудака. Но мы это будем делать так, чтобы был результат, а не биться головой об стенку.
За спиной у Рейна появилась призрачная копия Альмы. Она коснулась его спины двумя руками, усмиряя гнев духовным целительством. Тот вздрогнул, сжал зубы, но затем всё же расслабился.
— Идём вниз, — приказал я. — Тех, кого вырубило с концами, тащите с собой. Убежище пока не призову.
— Кстати… насчёт фрагментов, — чуть повеселела Сайна. — Из этого бешеного тоже что-то выпало.
Я обернулся назад. От тела старого киборга не осталось ничего, кроме красной лужи и кусков металла. Однако правила Стены едины для всех — из киборгов тоже выпадали фрагменты. В его случае некая запчасть, как от механизма.
 24. Миазмы, о которых не стоило забывать 
Спускались без разговоров, в полной тишине. Гнетущей и тягостной.
Никто не пытался нас остановить. Никакой охраны нас нигде не встречало, а путь на нижний этаж оказался открыт. Там была большая комната, заставленная множеством камер, проводов и незнакомой техники.
Память Джофри подсказала, что свисающие с потолка провода подключались непосредственно к телу деда, позволяя слышать и видеть всё здание. Это и была комната безопасности, где находились системы видеонаблюдения и записи и ещё много чего интересного. Например, подключение к домовой и общей сети.
— Хм, я с этим так просто не разберусь, — покачала головой Сайна. — Навык конечно помогает, но тут такая путаница из разных технических культур, что кот лапу сломит. Мне нужны минимум сутки, чтобы со всем этим разобраться!..
Девушка коснулась экрана, а в глазах засияли ионические числа, состоящие из жирных точек и палок.
— Хотя… я могу просто ассимилировать здесь всё ионическим кодом.
— В чём подвох?
— Они тогда тоже не смогут пользоватсья своей сетью. А если что-то проскользнёт в большую сеть, ляжет весь их интернет.
— Минусы будут?
Девушка улыбнулась.
— Поняла, делаю.
— Главное удали все записи с камер. И если уж пошла такая пляска, пусть твой ионический код залезет поглубже и удалит как можно больше любых записей с камер. Заодно может получится их чуть задержать.
— Принято, — кивнула Сайна.
— А, точно. Убери токсин.
Тёмно-зелёная едкая дрянь прекратила сочиться из всех щелей. Затем Альма снова активировала чистоту, и дышать стало легче.
Теперь призыв убежища стоил намного меньше, так что можно было наконец перенести внутрь раненых и потерявших сознание.
— Система дома моя, — сообщила Сайна. — Их жалкие вычисления — оскорбительная пародия на математику!.. а, да, сюда летит группа из шести летающих машин. Сейчас попробую закинуть им парочку задачек… ага, теперь им придётся искать другой путь. Слушай, Арк, они вообще беззащитны для атак отсюда.
— Ну не просто же так они тебя сразу отрубили, как только ты попыталась ассимилировать сеть.
— Да, отсюда и отрубили. Может быть даже тот бешеный дед, что едва нас всех не отрубил… ой, они сюда на джетпаках летят. Их я отсюда не отключу…
— Тогда заканчивай и уходим.
Девушка пробурчала что-то себе под нос, после чего из убежища вылетело несколько её дронов, работающих на технологиях ионитов.
— Как скажешь, — бросила она, поймала одну из своих машин и подключила к висящему проводу.
— Лучше бы ты не оставляла лишних следов, — заметил я.
— Забей, он потом сразу взорвётся, — пояснила Сайна. — Всё, я готова.
Когда мы вернулись в зал с прозрачными гермовратами, первые гвардейцы уже приземлились рядом со зданием. Пока ещё далеко, и нас они не видели, но разминуться уже не выйдет.
— Странник, сможешь нас отсюда убрать наверх?
— Я отключила все защиты, кроме этой некромантии, — добавила Сайна.
— Снаружи — смогу, — ответил он. — Правда только на двадцать девятый… и тебе не понравится.
— Лишь бы не в смертельный миазм.
— Я постараюсь, — ответил он, но по весёлому голосу за маской я понял, что от такой неприятности он нас всё таки убережёт.
Странник пошёл к выходу, навстречу к противнику. Мы поспешили за ним. Но дальше он идти не стал, замерев на пороге.
За его спиной уже виднелись фигурки спускавшихся на летучих устройствах гвардецев.
— А сейчас — просто замрите, — сказал он, обернувшись к нам в пол оборота. Затем расставил руки в стороны.
Ещё миг — в нашу сторону полетели первые пули.
Но было уже поздно.
Нас съела рыба.
Из пола вокруг нас появилась гигантских размеров золотая рыбка, которая нас целиком проглотила.
Я хорошо запомнил, как сам странник однажды исчез именно таким способом, потому не сильно удивился. Надо сказать, изнутри это смотрелось ещё эффектней.
Пасть золотой рыбки захлопнулась и нас поглотил мрак.
Способность была пространственной, сродни моему астральному шагу, миру Тии или долине Белой.
Но этот мир изнутри был так себе.
Я почувствовал, как по телу прошлось нечто склизкое, будто меня только что облизали со всех сторон. Затем сильно завоняло рыбой. А затем — меня выплюнуло из вонючей слизи в болото.
С омерзением сплюнул — во рту тоже стоял привкус какой-то мерзости.
Позади послышался кашель. Остальные тоже приходили в себя постепенно.
— Я же говорил, тебе не понравится, — с усмешкой в голосе сказал Странник.
— Что это нахрен такое было? — не удержался я.
— «Путь золотой рыбки», — пояснил парень в маске. И чистой, мать его, одежде. — условия для него редко подходят, и есть неприятные побочные эффекты. Но в данном случае это был лучший вариант портала для твоих целей. Кстати, мы на двадцать девятом. «Путь» перенёс вместе с нами кусочек атмосферы, но скоро миазмы возьмут своё.
  
— Кто очнулся — одеваемся, — сказал я и начал вынимать из убежища запасные скафандры, созданные Сильваном. — Сайна, приступай к анализу миазмов и построению пути. Сколько у нас времени, Странник?
— Немного. Точно не скажу — зависит от миазмов.