Покоривший СТЕНУ: Левиафаны (СИ)

— Спасибо… спасибо Вам! Господи, спасибо… — она затряслась в рыданиях и готова была упасть на колени или броситься меня обнимать, но сдержалась. Всё же слава у безопасников была тоже не самая радужная.
Я только покачал головой и шагнул мимо приёмного стола к двери.
Та оказалась не заперта и с лёгким скрипом отворилась.
Первое что бросилось в глаза, вернее, в нос, была вонь. Не химическая, вернее, не только химическая, но и вонь разложившейся плоти. Я даже сперва подумал, что нас опередили дней на двести-триста, и тело местного хозяина давно жрут черви и мухи.
  
Но это оказалось не так, хотя какие-то стойкие к химии насекомые здесь действительно присутствовали.
Шикарные апартаменты с видом на дома-колоны. Белый мрамор и позолота, изящные статуэтки на стенах и большой стол, на котором обнаружился источник зловония.
Тела. Части человеческих тел, грубо зажаренные на костре прямо здесь же. Да, костёр из дорогой мебели кто-то развёл прямо на полу. На вертеле застыла мускулистая мужская нога. Костёр был уже потушен. А объедки валялись в большом чане рядом с костром и давно начали протухать.
Пол был липким — к сапогам липли сгустки засохшей слизи и крови. Пожалуй, даже у ланцетов в логове обычно чище, чем тут.
— Гоблины, — невозмутимо сказала Белая. — Очень похоже на логово гоблинов.
— Здесь есть живое существо, — заявила Тия. — Оно приближается.
Мы напряглись. Обитавшая здесь тварь должна быть каким-то сильным чудовищем — так я думал, и ошибся.
Вскоре я услышал шаркающие шаги «президента домоуправления» и грубый гортанный голос, напевающий что-то себе под нос.
Переход из мрачного зала был только один. Его приперла ещё одна резная бело-золотая дверь, вымазанная соплями, кровью и сажей. Белая ткнула дверь мечом — касаться руками было слишком противно.
Навстречу вылетел рой крупных химерных мух.
По ту сторону оказался такой же измазанный кровью и грязью коридор. Невольно вспоминался особняк-хаб между вторым и третьим, где мы когда-то в логове гоблинов нашли Сайну. Место было очень похожим.
Гортанный скрипучий голос стал громче. К нам тварь не шла, а видимо бродила где-то в соседнем помещении.
Последняя дверь была лишь чуть прикрыта. Видимо, не выдержала жестокого с ней обращения.
Всё страннее и страннее…
Почувствовав укол любопытства, я первым шагнул туда, майром отодвигая створку.
В отблесках света на пол и стену упала тень высокого остроносого длинноухого существа. Я даже на миг подумал, что имею дело с троллем, но нет. Залунямс был гоблином. Почти чистокровным. И отнюдь не был таким высоким как казалось по тени.
— Ху-ху-ху, мясо я люблю, — напевало чудовище, ходя в взад-вперёд вокруг покосившегося столика напротив входа. — Заля вас сожрёт, отправит к себе в рот…
Затем тварь наконец осознала, что не одна и развернулась, давая возможность рассмотреть свой мерзкий облик.
Перед глазами появилась морда зеленокожего низкого существа с длинным бородавчастым носом и безумными маленькими глазками. Единственное чем тварь отличалась от гоблинов — была густая щетина, переходящая в рваную чёрную бородку.
Обычно у гоблинов борода не растёт вообще, но этот видимо имел примесь человеческой или гномьей крови.
Одета тварь была в засаленную грязную рванину, как и подобает гоблину.
Злобные глазки поймали в фокус меня и моих спутников, а на морде появилась презрительная гримаса.
— Вы кто такие? Вам не назначено? Идите в регисмахуру! — бросил он и сплюнул на пол смесь крови с зелёной слизью.
— Регистратуру? — предположила Сайна.
— Ты кто такая, шваль, чтобы поправлять своего вождя? Раздевайся, жди очерерь. А я с твоя хозяина беседовать!
— Ты — президент домоправления? — уточнил я, поскольку этому я бы не доверил управлять даже сортиром.
— А чё, не видишь моё мощная величие, с-сука высокая? Чё надова? — спросил мелкий ублюдок и чтобы придать веса своим словам метнул в меня обглоданный кусок человеческой ноги.
Из моего тела вырвалась лоза и сбила летящий предмет на пол.
— Мощная! — оценил гоблин. — Хочу жрать твоя нога! Потом. Говори чё нада.
Гоблин же прошёлся за стол и сел на величественный позолоченный стул перед резным пластиковым столом, имитирующим дорогое дерево.
Закинул ноги на него, посмотрел на меня.
— Ну, чё вылупился, обмудок? Чё хотел? Опять работа?
— Ты местный правитель? — спросила Белая.
— А ты тело для сношений, и чё? Свали нах, у меня не стоит сейчас. Ща, раздуплюсь. Говори пока чё припёрся шпала? Морда у тебя больно мерзкая. Послать бы вас воевать куда-то, а то расплодились блять красные.
Я был настолько поражен увиденным, что не сразу нашёлся с ответом.
Гоблин же времени зря не терял. Открыв ящик стола, он вытащил из него жменю какого-то порошка, бросил на стол и начал втирать его себе в морду.
— Мощно!! — резюмировал он. — Теперь опять жрать захотелось… мужская мясо вкусно! Женский невкусно. Баба для другого надо. Нахер ты привёл мне баб, красный?
— Ты как здесь оказался вообще? — наконец сформулировал я главный вопрос.
— Я-то? Голосовалево. Димакратиев сказала надо Залунямс править. Прохор народа нихотеть. Дерьмо-правитель, тьфу!
Гоблин взял со стола бедреную кость с остатками мяса, откусил и бросил в грязный портрет в позолоченной раме. На нём изображался однорогий жирный огр с заплывшими глазками, смотревшими в разные стороны.
Впрочем, даже у него морда казалась более интеллектуальной, чем у гоблина.
— А Залунямс велик! Мощный хозяин! Мая умная, и вкус лучше. — после того как тварь втёрла в морду неизвестное вещество, гоблина потянуло на разговоры. — Он тупая был, баба любил. А какой с баба навар? Только отборново мясо. Мужик, мышцы — вкусняво! Да-а!
— Погоди, у вас что, голосование есть? Выборы? — ещё больше удивился я.
— Были. Залунямс умный. Залунямс запретил. Теперь Залунямс будет всегда вкусно жрать мясо, а не серая сублимат! Кому моя не нравится — может свалить. В другой мир, сдохнув, ведь побег отсюда карается смертью, га-га-га-га! Никто не сбежит, никакая выборы нет, мая будет править и жрать человек вечна! Залунямс гениальная!
Гоблин окинул меня плотоядным взглядом.
— За тридцать этажей я ещё не встречал большей мрази, — не удержался я.
— Чаво? Критикуешь мая власть⁈ Да ты сдохнешь, тупая червяк! До-олго умирать будешь…
Гоблин встал из-за стола, будто собирался лично осуществить задуманное. Но он всё ещё был лишь гоблином. Может, на второй этаж от силы. С охреневшей зелёной мразью справился бы даже новичок, едва проснувшийся в Стене. Гоблины всегда были сильны только числом, а один на один эти твари уступали по всем параметрам любому человеку.
— Арк? — с надеждой спросила Сайна. — Ты же не оставишь всё так, правда?
— Да, я услышал всё, что хотел, — кивнул я. — Тия, сделай доброе дело.
Шаманка подошла к гоблину. Её окружило облако светящихся янтарных огней, но прежде чем она что-то успела сделать, её остановила Альма.
— Сестра, не нужно.
Мы с Тией обернулись к аалорну.
— Брат, позволь мне, — сказала она и не дожидаясь ответа, подняла на уровень глаз мифическую чашу. Глаза полыхнули чёрно-лиловым светом мёртвой магии, а блеск в глазах гоблина померк, и тот снова повалился на грязный стол, мордой в объедки человечины.
— Мне нужно тренировать навык астральной темницы, — пояснила Альма.
  
— Не нужно оправдываться. Делай что считаешь нужным, — ответил я ей. — Тия, сможешь захватить его тело?
— Смогу… — сказала девушка, всем видом давая понять, насколько ей это неприятно.
— Арктур, — подала голос рыбоголовая воительница, в теле которой в последние дни ходил дух клинка Рейна, Рамилен тар Нэффи. — Давай я останусь.
— Зачем тебе это? — удивился я.