Покоривший СТЕНУ: Левиафаны (СИ)

Снова вернувшись к оборванной лестнице, Странник постоял с минуту, разглядывая окрестности, а затем в нашей компании вернулся к месту стоянки. Только дорога обратно в локацию с многорогими порождениями хаоса теперь пересобралась, и вместо неё была…
— Офигеть, я никогда, наверное, не привыкну к этому, — не выдержал Кот.
Я промолчал, но полностью разделял его чувства.
Вышли мы на небольшой площадке внутри города.
  
Вдалеке между колоннами был длинный дом, будто небольшая стенка. По центру здания было круглое отверстие диаметром этажей в десять… На нижней части этого отверстия была небольшая открытая площадка и несколько ларьков с магазинами. Время, видимо, было вечернее. Хотя я понятия не имел, есть ли на тридцатом вообще смена суток.
Именно там мы и оказались. Странник снова куда-то пропал. Надеюсь всё же, что ему можно верить, а не как с тем чёртовым гопником.
Мы вышли из заваленной хламом брошенной жилой ячейки. Двери там не было, и её наш мастер порталов использовал для перехода.
— Фу-у, ну и вонь! — пожаловалась Белая и надела респиратор.
— Пахнет свободным городом вольных людей, — саркастично улыбнулась Лифа.
На самом деле, пахло химией. Газ Сайна уже проанализировала последними собранными из чего попало дронами. Лиловая дымка на дне — и правда была слабеньким миазмом. А вот накрывавший нижнюю четверть этажей плотный зловонный смог — был вредным, но не смертельным.
Местные здесь даже могли дышать. Хотя даже они не выходили из дома без респиратора.
— Обыщите этот дом. Здесь полно камер. Хорошо бы приодеться как местные, — сказал я.
Дом — грумко сказано. Скорее, его использовали как склад чистых вещей. Ну как чистых — видимо это была прачечная, но стирали здесь с ядрёной такой химией, хорошо бившей в нос.
Мысленно поблагодарив Странника, который продумал и этот момент, я приступил к выбору новой униформы.
Сперва я подумал, что местные были дальтониками, поскольку вся одежда была в монохромных серых оттенках. А потом понял, что одежда просто застирана до такой степени, что просто утратила краски.
Но чистая, и на том спасибо.
Я выбрал одежду попросторней, на пару размеров больше, чтобы она висела на мне мешком. Легче будет спрятать сюрпризы.
Затем погладил сделанную в плюсовом терминале брошку. Маленький козырь, сделанный из разрушенного Рыбником покрова каят.
Растительный артефакт послушно спрятался, свернувшись зелёной лентой с белым цветком.
— Нам тоже это надевать? — спросил Кот.
— Нет, вы оставайтесь в экипировке. Лифа, с тебя найти и снять камеры.
— А не вычислят? — спросил Хантер.
— Это ты мне скажи, пророк, — усмехнулся я. И серьёзно добавил. — Сайна говорила, что техника здесь в таком состоянии, что отключение камеры никого не удивит. Тия, где ближайший местный?
— За углом. Четырнадцать метров, — тихо отозвалась Тия.
В нужном направлении полетела стайка едва видимых светлячков, указывая путь.
Место походило на лабиринт. Не понятно, как местные здесь не путаются.
— Это на вас, баюны, — приказал я кошачьей троице. — Только без шума. Лифа, камеры.
Белая кивнула. Эльфийка шутливо отдала честь, после чего прицелилась из колдерской снайперской винтовки. Её громадная пушка здесь будет лишней.
— Да стихнет шум под сенью безмолвия, — шепнула слова активации навыка Эстель.
Два бесшумных выстрела избавили нас от лишних соглядатаев, а затем невидимые коты положили к моим ногам первого местного жителя.
Тот не сильно сопротивлялся, когда его поставили на колени и к горлу Белая подставила меч.
— Пискнешь — склеишь лапки, — пообещал Кот.
— Пожалуйста… у меня ничего нет… И за меня ничего не дадут, — тихо и с полной обречённостью в голосе сказал мужик.
Он был будто слегка пьян. Респиратор съехал, а глаза были немного безумные. Плюс красный нос. Хотя алкоголем не пахло.
Сам пленник — лет пятидесяти, совсем невысокий толстый мужичок с блестящей лысиной на макушке и редкими волосами вокруг неё. Лицо было скорее неприятным, сильно асимметричным, как бывает у запойных пьяниц.
— Просто ответь на пару вопросов и отпустим, — пообещал я.
— Не отпустишь ведь… — почти проныл отчаявшийся мужичок и едва не расплакался.
— Не сразу, — признал я. — А то вдруг ты нас ещё сдашь.
— У меня это… жена есть… — начал было он, но я его прервал.
— Да не нужна мне твоя жена! Как тебя звать?
— Амун, господин, — сказал он и посмотрел на моё тряпьё.
На господина я в этом никак не тянул. Но проявившиеся баюны в экипировке говорили о правомерности всех моих действий.
— Скажи, Амун, чем ты занимаешься по жизни? Как проходит твой день?
— Шутите, господин?
— Это сложный вопрос? — я приподнял бровь.
— Нет, что вы, конечно нет! — возразили пленник. — Я… ээ… учётный ассенизатор, господин. Я работаю. Ну… и сплю. Ещё визор смотрю. Иногда. Я трудоголик, господин.
— Погоди, в чём заключается твоя работа.
— Я веду отчётность о работе десять тысяч сто первого стояка. Фиксирую нагрузку на канализационное оборудование, проходимость труб. Выезжаю, делаю замеры. Потом считаю и заполняю бумаги. Делаю отчёты. Веду статистику… Что ещё…
Мужик погрузился в горестные размышления о своей ежедневной рутине.
— Что ты хочешь узнать? — не выдержала Белая.
— Пытаюсь понять, чем дышит этот мир. Что местные здесь делают, — пояснил я.
— Зачем?
— Очевидно же. Чтобы знать, что представляет собой наш враг.
— Кто правит в этом городе? — спросила она у пленника.
— Президент Леви Вечный, единственный, истинный и невозможный, опора и надежда наша, свет во тьме, что разгоняет мрак для царства разумных, — выпалил как на духу мужик с горящими глазами.
— У него паника, — сообщила Белая. — Мою эмпатию чуть не оглушило.
— Вот круг и замкнулся. — выдохнул я. — Президент Леви Вечный… это ж надо было такое придумать?.. Ладно, мужик…
— Я больше ничего не скажу. Вы ведь террористы, да? — перепуганно сказал он. — Вы… вы будто не знаете Кто Стоит Над Всеми!
— Нет. Мы пришли с инспекцией, — сладко проговорила Дина. — Ты даёшь правильные ответы и не будешь наказан.
— Д-да, я понимаю, да… — залепетал пленник.
Значит с сопротивлением внушению здесь всё плохо. Очень кстати, что мы взяли с собой суггестора.
— Хорошо, чем вы тут все занимаетесь в целом? Что от нас хочет наш Президент?
— Жить и умирать ради выживания мира!
— Какого мира?
— Который нас окружает, господин проверяющий.
— Зачем ты работаешь? Что ты ешь? Зачем живёшь? — обрушил я следующий шквал вопросов и обернулся к Тие. — Давай наверное ты, Дине он отвечает охотней.
— Работаю ради кредита доверия. Ем как все, пищеблоки. Пищевыми извращениями не занимаюсь. И… ээ… зачем живу, вы сказали?
— В чём ты видишь смысл своего существования? — повторила Дина голосом сирены.
— Долг и страх смерти, — ответил пленник, будто загипнотизированный.
— Куратор Леви и местный левиафан — одно существо, — наконец, поняла Белая. Долго же до неё доходило.
— Где находится твой президент?
— Там, где в нём больше всего нуждаются, — ответил пленник.
— Издеваешься?
— Он правда так думает, — покачала головой Дина.
— У него есть резиденция? Дом? Палата? — продолжила допрос Белая.
— Ему не нужен сон, — покачал головой Амун. — Если он не будет спасать нас всех, то кто?
— Похоже, это место тоже полно извращений, — поморщился я. — Ладно, из этого мы больше не вытянем.
Я призвал убежище.
— Кидайте его туда. Потом проверим на терминале не проходчик ли он.
— Куда дальше? — посмотрела на меня Белая.
— Нужно найти кого-то более одарённого интеллектом, — сказал я, посмотрев на потолок. — Поднимемся выше. Может, поищем сверху богатые районы, если здесь такие есть, и кого-то из служащих местной власти.
  
— Десятые этажи — это лента на три сотни километров и километр в ширину. Если здесь всё застроено таким образом, то кого-то найти будет невозможно.