Дочь Люцифера (ЛП)

— Он сказал, что однажды Всадники потерпят неудачу, и Люцифер падет, и что когда он это сделает, Адское пламя погаснет. Если пламя погаснет, то врата Ада откроются, не оставляя преград, которые могли бы помешать всему, что живет в Аду, прийти на землю, — сказал Джулиан. — То есть никаких препятствий, кроме ребенка.
Это не та версия, которую мне рассказывали в детстве…
— Рагнарек пророчествовал, что Люцифер произведет на свет дочь, и что она, и только она, сможет контролировать пламя и остановит апокалипсис, но найти ее и вернуть обратно должны будем мы. — Джулиан глубоко вздохнул. — Пророчество Рагнарека сбылось, Руби. Люцифер умер три дня назад.
— Умер? Что вы имеете в виду, когда говорите, что он умер? Он чертов дьявол! Король Ада. — Пролепетала я. — Как, черт возьми, он мог просто умереть? — Джулиан и бровью не повел на мою вспышку гнева. Не думаю, что его это сильно задело, но Райстен и Аллистер обменялись напряженными взглядами. Руки Ларана сжались, почти незаметно, но я наблюдала за ним.
— Отвечая на твой вопрос, дорогая, он этого не сделал. Но это история для другого раза, — вмешался Райстен.
Что, черт возьми, это вообще значит?
Я прищурилась, глядя на него, мне не понравился этот ответ, но я прекрасно понимала, что должна принять его. Потому что что можно сделать? Когда Четыре Всадника решают, что и как, ничего не поделаешь.
— Известие о его смерти будет просачиваться в течение ближайших недель, и воцарится анархия до тех пор, пока пламя не погаснет и Ад, за неимением лучшего выражения, не замерзнет. — Джулиан почувствовал мое беспокойство и успокоил его. В его глазах бурлили невыразимые эмоции и такая поразительная интенсивность, что я почти не расслышала вторую половину его заявления. — Ты нужна нам, Руби. Больше, чем ты думаешь.
Каким бы трогательным моментом это ни было, он резко оборвался, когда я осмыслила только что сказанное. Они заблуждались, думая, что я дитя дьявола, но они были абсолютно, блядь, безумны, если думали, что у меня есть сила держать Ад в узде. Я едва могла контролировать своего енота. Единственные дары, которые я проявила, были дарами латентного суккуба, и мне еще предстояло перейти. Ни на этой земле, ни в Аду мне не было суждено предотвратить апокалипсис.
— Послушайте, я не знаю, знали ли вы Лолу или нет, или что она могла сказать, но я должна быть честной с вами. Я не та девушка, которую вы ищете, — сказал я в спешке, ставя свою дымящуюся чашку «Эрл Грей» на край стола и поднимаясь на ноги. Я пересекла гостиную и открыла входную дверь. — Думаю, вам лучше уйти.
Ларан, стоявший ближе всех ко мне и единственный, кто стоял на ногах, прищурился. Война. Так его называл весь мир. Я могла это видеть. Он подошел на шаг ближе, но я не пошевелилась.
С одной стороны, я не хотела отступать. Это выставило бы меня слабой, и тогда они, возможно, не уйдут. С другой стороны, сейчас он был намного ближе, чем я хотела, и я хорошо понимала, какой эффект производила на мужчин.
Он наклонился вперед, так близко, что его дыхание коснулось чувствительной части моего уха. Я задрожала, когда он прошептал: — Это еще не конец, маленький суккуб. Мы никуда не уйдем. Не без тебя. Даже не думай о побеге. Мне нравится охота.
Его губы задели самые уголки моего уха, и мое дыхание со свистом вырвалось сквозь зубы. Удар молнии пронзил меня, заставив мою кровь зашипеть. Что это?
— Хватит, Ларан, — рявкнул Джулиан. Он отстранился на несколько дюймов, и я затаила дыхание. Его глаза стали черными как смоль, стирая все оттенки цвета или следы белого. Воздух стал густым от напряжения, когда он наблюдал за мной в течение тяжелого мгновения.
Он оценивает меня. Чистокровным демонам и тем, кто переходит, труднее контролировать свои темные побуждения. Мне говорили, что сила может сводить с ума, а в некоторых случаях поглощать.
— Война, — строго сказал Джулиан. На этот раз кто-то физически схватил его и подтолкнул к двери. Ларан что-то проворчал себе под нос и бросил на меня последний пылкий взгляд, прежде чем уйти. Я с трудом сглотнула, когда Джулиан и Аллистер последовали ко мне. По пути к выходу.
  
— Я не могу представить, что с этим легко справиться, дорогая, но мы будем здесь, чтобы помочь тебе пройти через это, — сказал он. Я полагаю, что большинство демониц упали бы в обморок, услышав эти слова от одного из Всадников, но никому из них не было сказано, что они должны захватить подземный мир.
— Пожалуйста, просто уходи, — сказала я. Райстен понимающе кивнул и последовал за остальными в ночь. Я закрыла за ними дверь и прислонилась к ней. Мои ноги подкосились, когда я соскользнула на пол, и Бандит выбежал из моей спальни со своим розовым слоном на буксире, остановившись у моих бедер, чтобы протянуть мне свою заветную игрушку.
— Не думаю, что на этот раз это решит мои проблемы, парень, — вздохнула я. Он продолжал подталкивать его ко мне. Я взяла эту чертову штуковину и держала ее, пока он карабкался по моей груди и обнимал меня за шею.
— Не волнуйся. Я тебя не брошу. Они могут сколько угодно думать, что мне суждено стать Королевой Подземного Мира. Это ничего не меняет. — Я не знаю, сколько времени прошло, пока я не дотащилась до кровати, на ходу снимая одежду.
**Ларан**
Если Джулиан думал, что сможет запугать меня, чтобы я держался от нее подальше, он ошибался. Я ждал так же долго, как и все остальные, и в отличие от Райстена, который пошел к ней, потому что Аллистер позвал его за нашими спинами, я придерживался плана и не пытался заговорить с ней.
Пока план не изменился.
Я не хотел прикасаться к ней.
Я просто не мог думать.
Она была уже так близко, и от нее так хорошо пахло. Я ждал встречи с ней тысячи лет, но последние двадцать три были самыми тяжелыми.
План состоял в том, чтобы позволить Лоле забрать ее и не возвращаться, пока не придет время.
Я ждал. Я сделал то что был должен.
Но она не хотела иметь ничего общего с нами.
— Ларан, тебе нужно взять себя в руки, приятель, — рявкнул Райстен. Я посмотрел на него и зарычал, но ублюдок не ответил тем же. Он закатил глаза и продолжил потягивать вино, как будто это лучше всего или что-то в этом роде. Напиток для гребаных мамочек — вот что это было.
Люди делали его мягким.
— Она не хочет иметь с нами ничего общего. Как ты можешь сидеть здесь, как гребаный…
— Думаешь, я не заметил? Чего ты ожидал, Мор? Что мы можем прийти сюда и увезти ее? Она не знает, кто ты. Кто я. Она даже не знает, кто она. Она знает только то, чему ее научила земля.
Я повернулся к нему спиной, лицом к огню. Может быть, я и не мог призвать адское пламя, но я мог призвать земной огонь и посеять такой хаос, какого мир никогда не знал.
— Почему у меня такое чувство, что они забрали ее у нас? — Я тихо спрашивал у пламени, как в ту ночь.
— Потому что, она была создана что бы жить, — ответил Джулиан.
— Это было то, чего мы хотели, — продолжил Райстен.
— Нет, — резко сказал я. — Это то, чего вы трое хотели. Я хотел держать ее в аду, где…
— Где она умерла бы вместе с Люцифером, — перебил Джулиан.
Я прикусил язык от отрицания, которое грозило вырваться наружу. Он был прав, но от этого было не легче.
— И что нам теперь делать? — Я спросил.
Между нами повисло молчание, каждый погрузился в свои мысли о девушке, которая была предназначена нам судьбой, но не знала этого.
Первым заговорил Райстен. — Мы дадим ей время и узнаем ее.
— Я предлагаю делать это по одиночке, — предложил Алистер.
— Что бы ты мог трахнуть ее? — Спросил я. Мои слова были резкими, но я имел в виду именно это.
— Не я был тем, кто набрасывался на нее сегодня вечером, Мор, — огрызнулся он.
— Ты не отрицаешь этого.
— Хватит, — заявил Джулиан. Я отвернулся от пламени к своим товарищам. Мои братья. Мы выстояли вместе во всем. Сражались и победили ради самого Ада. Мы убили и разрушили стольких людей во имя будущего. Но Руби. Это было по-другому.