Кленовые тайны (СИ)

— А вместо этого прятались по кустам! — воскликнула Рика, — подглядывали и подслушивали. Остаётся лишь узнать, какую цель вы преследовали этим.
— Я уже сказал, — парень удивлённо повернулся к ней, — никакой предосудительной цели у меня не имелось. Я просто хотел быть в курсе дела и надеялся помочь. Ведь я — председатель студсовета и по долгу службы знаком со многими студентами. К тому же наш Клуб детективов-любителей не единожды отыскивал пропавшие вещи, находил ответы на самые разные вопросы и объяснял таинственные ситуации. Так что мой опыт и информация, что я владею, могут оказаться не лишними.
  
Рика поглядела на Марка Курису, и он ей не особо понравился. Слишком открытый, слишком рвётся помогать даже там, где его помощи никто не ждёт. И при всём этом какой-то скользкий. Она прекрасно видела, как его якобы скромно опущенный взгляд задержался на её груди.
— Вы можете объяснить, что ваши товарищи делали ночью на верхней площадке башни? — поинтересовался коррехидор.
— Вынужден сознаться, что у нас ещё имеются отдельные нарушения студенческой дисциплины и правил внутреннего распорядка, — ответил он, прямо глядя в глаза с выражением лица человека, прекрасно осознающего свою вину и всей душой готового исправить оплошность, — некоторые студенты посещают верхнюю площадку башни, предназначенную исключительно для научных наблюдений за звёздным небом и светилами, в личных целях, никоим образом не связанными с образовательными задачами Кленового института. Они устраивают там свидания или предаются вредной привычке табакокурения. Я, естественно, категорически осуждаю подобное недопустимое поведение и любыми доступными мне средствами борюсь, но, увы, — он беспомощно развёл руками, — проведённое мною расследование так и не позволило установить, где нарушители добывают ключи от внешней двери и решётки, перекрывающей выход на крышу.
— Господин Курису, — обратился к главе студсовета Вилохэд в манере древесно-рождённого лорда, — поскольку в вашем институте работает Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя, ваш Клуб детективов-любителей остаётся не у дел. Я, как верховный коррехидор, повелеваю вам придерживаться абсолютного и безоговорочного молчания по поводу всего того, что происходило тут. И в дальнейшем воздержитесь от самодеятельности: не вздумайте вмешиваться в ход следственных мероприятий и путаться у нас под ногами.
— Да, да, — подтвердила Рика с самым наисерьезнейшим видом, — в следующий раз рвотой не отделаетесь. Применю кое-что похуже.
— Она применит, — кивнул Вил, — госпожа Таками у нас — некромант. Так что пусть ваше воображение дорисует возможные последствия.
Марк побледнел, сглотнул слюну и с почтительным поклоном заверил, что все указания будут исполнены самым надлежащим образом.
— На мой взгляд, — проговорила тётушка Вила, провожая глазами уходящего парня, — ты, Вилли, зря отставил Курису. Толковый юноша, любознательный.
— Даже чересчур любознательный, — себе под нос заметил коррехидор, — лезет, куда его не просят.
— Это показатель неравнодушного отношения к происходящему в учебном заведении, в котором он имеет честь обучаться, — преподавательским тоном возразила она, — не зря Марк возглавляет студсовет института. Он прекрасно ладит как со старшекурсниками, так и с новичками, а его так называемая «любознательность», что вызвала у тебя неуместную иронию относится более к отношениям и проблемам студенческого коллектива. Так что имей его ввиду, если понадобится информация.
— Хорошо, тётя. Я непременно воспользуюсь вашим полезным советом, — Вил шутливо поклонился, — теперь нам надлежит взглянуть, откуда упали студенты.
Ректоресса кликнула мающегося в отдалении сторожа, тот привычно стянул шляпу, зажал её под мышкой и принялся звенеть связкой ключей, отыскивая нужный.
— Тётушка Сацуки, — обратился Вил с капризно-заботливыми нотками в голосе, — неужели вы полезете на эту громадину? — он кинул красноречивый взгляд на Астрономическую башню, — да в ней никак не меньше шести дзё!
— В ней шесть с четвертью дзё, — с гордостью заявила госпожа Докэру, — и эта высота не способна остановить меня в намерении своими глазами увидеть то, что произошло на площадке для наблюдений.
И она решительно двинулась вперёд.
На первом этаже был устроен склад. Чародейка отметила про себя, что все вещи сложены достаточно аккуратно, и оставлен широкий проход на лестницу. Винтовая лестница с небольшими окошечками привела на огороженную железным парапетом площадку, где по замыслу строителей и должна была разместиться астрономическая обсерватория. Кто-то заботливо притащил туда несколько стульев из числа тех, что пылились внизу, и даже не поленился поднять по неудобной винтовой лестнице целый ученический стол, явно выброшенный из-за затейливо вырезанного перочинным ножом непристойного ругательства по адресу преподавателя физической культуры. На столе разместился старый цветочный горшок с обколовшимся боком, наполненный окурками, пустая бутылка из-под коньяка и два столовских стакана, один не выпитый до конца. Со стула свешивалась светло-бежевая шёлковая шаль.
— Да, да, — проговорила госпожа Докэру, вновь вооружаясь очками, — нет и не может быть сомнений, как происходило случившееся с нашими дорогими безрассудными детками несчастье, — она провела рукой по переливающемуся на солнце шёлку, — Ма́йна А́ндо со второго курса пришла на свидание с Ю́тако Ке́нзи (он учится на четвёртом), они выпили, и немало, — дама иронично окинула взглядом бутылку, — затем пошли любоваться луной.
В подтверждение своих слов она подошла к парапету.
— Эта часть башни обращена на восток, а значит, и наслаждаться красотой ночного светла удобнее всего отсюда, — она показала туда, где до самого горизонта простирались холмы, поросшие рощицами, и зеленели рисовые поля, — от выпитого коньяка у них закружилась голова, они потеряли равновесие и свалились вниз. Досадная оплошность в виде перегибания через перила вкупе с выпитым спиртным сделали своё дело, трагически прервав две молодые жизни разом.
— Честное слово, дорогая тётушка, — воскликнул Вил, — если бы вы вздумали покинуть свой пост в Кленовом институте, я бы с радостью принял вас в наш департамент. У вас несомненный талант к дедукции.
— Никакого таланта, Вилли, — отмахнулась она, хотя по всему было видно, насколько ей приятен неожиданный комплимент племянника, — просто самое обыкновенное знание жизни вкупе с опытом работы в учебном заведении. Боюсь, в случаях с преднамеренными убийствами, ограблениями и прочими ужасами, с коими вам обоим приходится иметь дело каждодневно, я окажусь полнейшей невеждой.
Рика промолчала, но ей ужасно хотелось не без издёвки заметить, насколько в коррехидории не хватает чуткого руководства госпожи Докэру.
— Для очистки совести, чтобы доложить его величеству в пятницу, мы должны тщательно осмотреть место происшествия и провести все необходимые следственные действия, — сказал Вил с безразличным видом, — вам лучше спуститься вниз и проследить за тем, как заберут трупы.
— Заберут? — нахмурилась тётка, — куда это их заберут?
— На вскрытие, естественно, — Рика готовила зеркало Пикелоу, чтобы проделать полноценный тест на магию, — согласно регламенту, вскрытие надлежит делать в случаях любых смертей, произошедших при невыясненных обстоятельствах.
— Какие уж тут невыясненные обстоятельства? — искренне удивилась ректоресса Кленового института, — двое несчастных детей сорвались практически с пятнадцатого этажа и разбились насмерть. Что скажут их родители?
  
— Эрика права, — спокойно возразил коррехидор, — наш долг перед Кленовой короной тщательно и всесторонне выполнить все необходимые действия, дабы исключить малейшую возможность преднамеренного убийства. И ваша обязанность, моя дорогая тётя Сацуки, всеми возможными способами помочь нам на этом нелёгком поприще.
Госпожа Докэру осмыслила сказанное, поджала губы и заявила, что оставляет всё на Вилли. После чего направилась вниз.