Эпоха Титана (СИ)

Ещё одно человеческое проклятие — эти бесконечные разговоры ни о чём. Я уже отвернулся к стене, чтобы даже по их дурацким законам показать, что мне неинтересно. Помогло? Нет. Его упрямству можно было позавидовать. Лучше бы он его в бою проявлял.
— Ты меня поучишь драться? — спросил он уже совсем тихо.
— Если отвечу «да», ты заткнёшься и отстанешь от меня?
— Да? — голос Васи задрожал от надежды. — Хорошо! Всё, молчу. Спокойной ночи.
  
Я с облегчением выдохнул. До чего же я докатился? Плевать! Закрыл глаза и наконец-то уснул.
Мне показывали новые картинки. Оля. Её прикосновения. Даже во сне я чувствовал их и то, как это жалкое тело откликалось. Почему такая реакция? Вдруг я почувствовал какое-то движение.
Достали… В этом месте постоянно что-то происходит? Хм, странно, никого рядом с собой не ощущаю. Кто-то встал?
Открыл один глаз, оставив тело полностью расслабленным. В казарме царила гробовая тишина, нарушаемая лишь мерным дыханием и похрапыванием спящих.
Но инстинкты кричали об опасности. Тело Володи тоже это чувствовало — мурашки побежали по коже, сердце участило ритм. Движение. Едва заметное, скользящее, но я его поймал.
Тёмная фигура склонилась над раскладушкой Васи. Ростом метр восемьдесят, может, чуть меньше. Весь в чёрном, облегающий комбинезон. На лице — маска, но не простая. Она мерцала в темноте слабым светом, искажая черты.
Незнакомец осторожно приподнял безвольное тело Васи, словно это пушинка. Длинноволосый даже не шевельнулся.
— Эй! — негромко, но чётко окликнул я, поднимаясь на локте.
Фигура резко замерла. Медленно, очень медленно повернула голову в мою сторону. Из-под маски на меня уставились два холодных, безжизненных стеклянных глаза. Взгляд был изучающий, оценивающий, лишённый всякой эмоции.
Секунда абсолютной тишины. Затем незнакомец бросил Васю и рванул ко мне.
Я вскочил с кровати, готовясь к атаке, но удара не последовало. Вместо этого воздух вокруг меня внезапно сгустился, стал тягучим, как смола.
Невидимый кулак со всей силы ударил в грудь, вышибая воздух из лёгких.
Меня отбросило на несколько метров, я врезался спиной в стену. Дерево с треском поддалось.
В лёгких не хватало воздуха. Не только от удара, а потому что он его выкачивал, создавая разрежение вокруг моей головы.
Я начал задыхаться. В глазах поплыли тёмные пятна. Руками инстинктивно схватился за горло, будто это могло помочь. Маг поднял руку, и я почувствовал, как воздух уплотняется вокруг его ладони, собираясь в смертоносный сгусток. Он готовился добить.
Инстинкт выживания сработал раньше разума. Использовать силу титана — нельзя. Но умереть тут, в этой вонючей казарме, — не вариант. Я рванул вперёд, прямо в эпицентр его магии.
Воздушный барьер ударил, как бетонная стена, но я проломил его ценой хруста в собственных костях. Мой кулак был нацелен в солнечное сплетение.
Маг ловко увернулся. Но он не учёл мою досягаемость, второй рукой я успел схватить его за запястье.
— Кхх! — раздался сдавленный звук из-под маски.
Я сжал сильнее. Раздался отчётливый хруст ломающихся костей. Магия прервалась, и воздух с шумом ворвался обратно в мои лёгкие. Незнакомец попытался вырваться, но я не отпускал.
Тогда он сделал нечто неожиданное. Оттолкнулся от пола… и взмыл к потолку, таща меня за собой.
«Ну вот, значит, тут всё-таки умеют летать», — мелькнула у меня мысль.
Мы поднялись метра на три вверх. Маг пытался ударить меня свободной рукой, я уклонялся. Драться в воздухе, вися на противнике, — занятие крайне неудобное.
Маг резко развернулся и понёсся к открытому окну под самой крышей, всё ещё таща меня. У самого выхода он резко дёрнул рукой. Мои пальцы разжались, и я с глухим стуком рухнул на деревянный пол казармы.
Маг же, словно тень, выскользнул в окно и растворился в ночной темноте.
Внизу началась суматоха. Первым поднял голову Коля.
— Что за чёрт?..
Я сидел на полу, тяжело дыша. Руки были в кровоточащих порезах — видимо, от краёв его магического барьера. Алая капля упала на тёмные доски.
Вася лежал без движения рядом со своей раскладушкой и что-то невнятное бормотал.
— Подъём! — срывающимся на фальцет голосом скомандовал Коля.
Наш «лидер» оказался рядом со мной. Лицо его было белым как полотно, глаза бегали. Парень был в панике. За его спиной поднимались остальные, кто-то ещё сонный, кто-то уже понял, что происходит что-то серьёзное.
— Что ты с ним сделал? — прошипел Коля, указывая на неподвижного Васю.
— Я? — поднял брови.
— А кто ещё? — Николай сжал кулаки, в голосе явственно слышалась дрожь. — Ты его убить пытался?
Я медленно поднялся с пола. В казарме стало тихо. Слышно было только тяжёлое дыхание и скрип половиц под ногами.
— Ты идиот? — спокойно, с искренним удивлением поинтересовался я. — Если бы я хотел это сделать, он бы был мёртв уже давно. И я бы не стал торчать над его телом, как укорённый.
— Слабое оправдание, — хмыкнул Коля, но как-то неуверенно, без прежней наглости.
Вот сейчас я испытывал самую что ни на есть чистую, свою, личную злость. Этот сопляк смеет обвинять меня в том, что я, по сути, спас его подопечного? Бред… Именно поэтому я всегда был сам по себе. Долбанное тело и его дурацкие инстинкты.
Зяблик присел рядом с Васей, потрогал шею, ища пульс.
— Живой, — коротко доложил он. — Но какой-то… не в себе. Дышит, будто во сне, но не просыпается.
— Что с ним? — спросил ещё один из группы, Женя, кажется.
— Не знаю, — ответил я честно. — Но кто-то явно хотел его похитить.
— Кто-то? — Коля издал нервный, истеричный смешок. — Конечно, кто-то! Невидимый человек, которого никто не видел! А вот тебя все видели над ним!
Остальные ребята молчали, но их взгляды были красноречивее любых слов. Кто-то сомневался, кто-то уже готов был поверить в мою вину. Только один парень, кажется, его звали Стас, смотрел на открытое окно под потолком.
— Окно, — сказал он тихо. — Оно было закрыто на защёлку, когда мы ложились.
— Ветром открыло, — отмахнулся Коля. — Володя, хватит валять дурака. Что ты с ним сделал?
Не успел я ответить, как Коля подбежал к двери и начал молотить по ней кулаками. Через пару минут замок с громким щелчком отодвинулся, и дверь распахнулась.
— У нас инцидент! — обратился лидер к дежурным охранникам. — Один пострадал, другой напал! — он указал пальцем на меня.
В проёме появились двое охранников в синей форме. Автоматы наготове, лица напряжённые. Один — молодой, нервный, палец на спусковом крючке. Второй — постарше, с опытным, холодным взглядом.
— Кто пострадал? — отрывисто спросил старший.
— Василий Кротов, — Коля показал на длинноволосого. — А это… — палец повернулся в мою сторону, «…Большов. Он его пытался прикончить».
— Руки за голову! — тут же выкрикнул молодой охранник, целясь мне в грудь. — Медленно.
Я сжал зубы. Руки поднял, но медленно, демонстративно, чтобы не спровоцировать. Дуло автомата следило за каждым моим движением.
— Отойти от пострадавшего! К стене! — скомандовал старший.
Я шагнул назад. Шершавые, холодные доски коснулись спины. Оружие было направлено прямо в лицо. Не страх, но тело реагировало: сердце колотилось, мышцы напряглись, готовые к рывку.
— Вы, остальные, в угол, — приказал охранник ребятам. — Руки на виду, не шевелиться!
Группа сбилась в испуганную кучку у противоположной стены. Лица бледные, кто-то мелко дрожал. Зяблик прижался к стене, глаза вытаращены от ужаса.
Один из охранников побежал за подкреплением. Второй остался, неотрывно держа меня на мушке.
Время тянулось медленно. В казарме висела гнетущая тишина, нарушаемая только тяжёлым, хриплым дыханием Васи и скрипом досок под ногами охранника.
  
— Не дёргайся, — предупредил он, заметив, что я слегка перенёс вес с ноги на ногу. — А то дырку в башке проделаю.
Минут через пять в казарме стало тесно. Прибыли: Матросов — растрёпанный, явно разбуженный среди ночи; Пузатов — нервный, постоянно поглаживающий усы; Олег с медицинской сумкой; и наконец, Патрушев — главный, в расстёгнутом кителе, его маленькие глазки быстро бегали по сторонам, оценивая обстановку.