Газонокосильщик (СИ)
— Алекс? — окликнул меня незнакомый, слегка охрипший, удивлённый женский голос со стороны дороги. — Алекс! — гораздо увереннее повторила симпатичная блондинка, чуть старше Мэри, прокашлявшись и торопливо пытаясь скрыть своё секундное замешательство. — Твоя… Мэри дома? — поинтересовалась незнакомка.
Я кивнул (безотказное средство общения, даже если не понимаешь, что тебе говорят), снова завёл двигатель газонокосилки и двинулся по мысленно проложенному маршруту дальше, краем зрения заметив, как блондинка проводила меня задумчивым взглядом, прикусив нижнюю губу, постояла ещё немного, наблюдая за мной, тяжело вздохнула и направилась в сторону нашей террасы…
— Алекс!
Да что тут за проходной двор⁈ Будет мне покой или нет? Даст мне кто-то спокойно покопаться в мыслях и разложить всё по полочкам?
Я вырубил газонокосилку и зло глянул на пятёрку парней, стоящих с краю нашего двора у самой дороги.
— Ты сегодня идёшь с нами? — поинтересовался один из парней.
Идти? С ними? Куда? Хотя, зачем я спрашиваю — иду конечно! Хоть какое-то приключение…
Я кивнул, отволок газонокосилку под навес, накинул рубашку и двинулся вслед за парнями, гадая про себя, кто они такие и каким боком относятся к старому Алексу…
А уже минут через десять мы пришли на самодельную, явно сделанную руками энтузиастов из подручных средств, спортивную площадку, и несколько крутившихся в моей голове вопросов отпали сами собой.
Грязный бетон, старые металлические конструкции, покрытые ржавчиной турники, несколько лавок для жима и тяжёлые самодельные штанги, на концах которых красовались бетонные, слегка потрескавшиеся от времени, тяжёлые блины.
«Мои» парни поприветствовали парней на площадке и неторопливо рассредоточились по станкам. А я удивлённо замер на самом краю, рассматривая это рукотворное чудо инженерной мысли.
Кто-то из парней уже вовсю разминался, кто-то заканчивал тренировку, вытирая полотенцем взмокший от усталости лоб. На брусьях висел мощный парень в рваной майке, с намотанными на кисти бинтами. Ещё один, лысый, с татуировкой тигра на плече, задумчиво проверял вес на импровизированной штанге, собираясь взять её на плечи и хорошенько поприседать.
Рядом с турником висел мешок с песком, обмотанный изолентой, с отчётливыми отпечатками чьих-то костяшек и следами чужого пота. Чуть дальше на ржавой цепи висела привязанная к перекладине, старая покрышка, выполняя роль «макивар».
Мимо меня прошли два местных старожила, мужики лет по сорок, в обрезанных джинсах и старых майках с растянутым воротом, оценивающе глянули в мою сторону, хмыкнули и синхронно покачали головами, словно два брата близнеца под управлением одного коллективного разума.
Всё как в старые добрые — я бывал в таких качалках в пору своей юности. Правда, до бетонных «блинов» у нас дело не доходило. Здесь нет тренеров, зеркал и мотивирующих постеров. Тут только пот, бетон, ржавое железо и старая магнитола, хрипло гоняющая по кругу «Enter Sandman» Металлики.
Это настоящая, живая качалка… Звуки тяжёлого дыхания, запах пота, глухие удары и лязг металла. Никакого пафоса. Просто железо, тяжесть, тренировка и ощущение, что ты здесь — среди своих. Это жизнь…
— Алекс! — окликнул меня один из парней, приведших меня сюда. — Мы тут поспорили с мужиками на ящик пива, — кивнул он в сторону как раз той парочки сорокалетних. — Они говорят, что ты двадцать раз на грудь не возьмёшь нашу самую тяжёлую штангу.
— Да я сам только пять раз могу её поднять, Дрю! Не гони! — недовольно влез в наш разговор один из мужчин. — А я уже десять лет в спорте и выступал на профессиональной арене! Пусть хотя бы десять поднимет. И то, я сомневаюсь…
— Ну уж нет! — покачал Дрю головой. — Чтобы ты потом срезался и зажал ящик пива? Договорились на двадцать, значит будет тебе двадцать! Да, Алекс?
Ладно… Значит, тут у них спор. И я должен двадцать раз взять на грудь вон ту бетонную громадину? Ну, давайте попробуем — я всё равно ничего не теряю…
Я пожал плечами, кивнул своим парням, занял место на жёсткой лавке, предательски скрипнувшей под моим весом, лёг на неё спиной и слегка поёрзал, привыкая к ощущениям. Обхватил гриф широким хватом, примерился и резко взметнул штангу в воздух, выпрямив руки над своей грудью…
И… Р-р-р-раз…
— Двадцать один! Поучили⁈ — ликовал Дрю, тыча пальцем в сторону проигравших пари мужиков. — Двадцать один! Гоните наш честный выигрыш!
Я опустил штангу в крепления, выпрямился, покрутил кулаки, разминая запястья, поднялся со скамьи и удивлённо покачал головой. Да уж… Неожиданно. Ну, зато теперь понятно, откуда у парнишки такое тело — друзья таскают его в самодельный зал. Хорошие у него друзья…
Тело почему-то непривычно заныло, требуя очередную дозу физической нагрузки, я упал обратно спиной на скрипучую скамью, обхватил гриф ладонями и вздёрнул штангу вверх…
Следующие три часа пролетели, словно три минуты. Мы с парнями немного потягали тяжести, выиграли у отчаявшихся мужичков ещё два пари, позанимались с грушей и устроили мини-чемпионат по армрестлингу, который с заметным отрывом, немного потешив свою самолюбие и взяв маленький реванш, выиграл всё тот же сорокалетний любитель споров.
После тренировки я принял душ на площадке, такой же самодельный и древний, как и всё остальное, немного посидел с парнями, раздавив честно заслуженные пару бутылок «Budweiser» и двинулся в сторону дома. День закончился гораздо интереснее, чем начинался…
Хотя, если вспомнить обнажённую девушку в моём душе — начинался он тоже неплохо. Была небольшая просадка в середине дня, но это такие мелочи, что на них даже не стоило обращать внимание…
Вернулся домой я поздно — кажется, было уже далеко за полночь. Мэри тихонько посапывала у телевизора на диване гостиной, свернувшись калачиком и поджав под себя ножки. Я аккуратно укрыл её пледом, стараясь не разбудить, задержался на секунду, наблюдая за хмурыми морщинками на её лице, развернулся и тихо пошёл к себе.
Скинул с себя всю одежду и без сил рухнул в свою кровать, закинув руки за голову и глядя на звёздное небо в открытом настежь окне. И даже не заметил, как спустя секунду уснул…
* * *
Мэри проснулась резко — словно кто-то толкнул её в плечо. Вскочила с дивана, испуганно огляделась по сторонам, заметила серые мельтешащие мошки на экране телевизора вместо привычной телепередачи и облегчённо выдохнула — это был всего лишь беспокойный сон.
Девушка опустила глаза и задумчиво нахмурилась, глядя на упавший к её ногам плед.
«Кто её укрыл? Алекс? Он, кстати, уже вернулся? Поздно ведь. Нужно проверить…»
Брюнетка подняла с пола красивый цветной плед, укуталась в него покрепче и двинулась по тёмному коридору в сторону чужой спальни…
Бесшумно толкнула от себя дверь в комнату Алекса и замерла на пороге, разглядев в лунном свете его спокойное, умиротворённое и слегка суровое спящее лицо.
Непроизвольно зацепилась взглядом за торчащую в районе паха парня простынь, и помимо воли нахмурилась, вспомнив сегодняшнее утро и их совместный душ. Да уж… Такое она делал впервые…
Не сильно понимая, что она делает, Мэри нырнула рукой между складок пледа, отодвинула в сторону полоску своих тонких трусиков, провела подушечками пальцев по набухшей до предела горошине возбуждённого клитора, и со стыдом ощутила, как её пальцы утопают в горячей, мокрой до безобразия промежности…
Шаловливая и озорная мысль закралась в голову брюнетки, и она решительно шагнула за порог комнаты.
«Просто гляну одним глазком… Ничего же не будет…»
Девушка осторожно подкралась к чужой постели, уселась на колени, затаив дыхание, и медленно потянула за край простыни, завороженно уставившись на возбуждённый, перевитый венами, твёрдый мужской член и слегка подрагивающую, блестящую в лунном свете огромную бордовую головку…