Принцесса (СИ)

Ему она врать не стала и все честно поведала.
— Это ж какой суке, — Михал Михалыч не стеснялся в выражениях, — спокойно не сиделось, и из детской забавы преступление изобразили…
— Да тут может никто не виноват, — пожала плечами Юлька.
Но председатель не верил в то, что информация сама каким-то образом донеслась до управления.
— Не-ет, — твердил он, нашелся стукачок, и я узнаю, кто это!
— Михал Михалыч, вы не волнуйтесь! Главное выздоравливайте!
— Я тебя, Юлька, в обиду не дам! — ударил мужчина кулаком по одеялу, — да при тебе жизнь в нашем болоте зашевелилась!
Юльке было приятно. Она посидела еще немного и начала прощаться.
— Меня выписывают через три-четыре дня, — сообщил председатель, — держи в курсе, если что — звони.
Юлька пообещала.
Родители были рады и встревожены одновременно. Дочь редко появлялась в родном доме, и каждый раз это был для родителей праздник. Они тщетно пытались понять, почему Юлька вдруг в один миг полностью поменяла образ жизни, перебравшись в деревню. Дарья Сергеевна даже консультировалась с психологом, который размытыми фразами объяснил ей, что в тот момент их дочь переживала кризис и справлялась как могла. В деревне, среди людей, близких ее мужу, она чувствовала себя комфортнее, как бы эмоционально, душевно ближе к Сергею.
Они приняли ее решение и даже полюбили новый дом Юльки. Но втайне Дарья Сергеевна всегда мечтала, что дочь вместе с внучкой переберется обратно. Тогда бы она была окончательно и безусловно счастлива.
Узнав, что Юлька в городе, Дарья Сергеевна позвонила мужу.
— Слава, Юлечка обещала быть! Срочно приезжай! И зайди в магазин, купи… Ну, ты сам знаешь, что нужно.
— Жаль, что выбираешься только по работе, — осторожно сетовала мама, — и Лерочку редко видим.
Юлька устало отмахивалась, говорила, что времени нет совсем. Немного расслабившись после ужина, она все же поведала о своих неприятностях. Пришлось рассказать и о притязаниях Звягинцева, что вызвало бурное негодование папы.
— Мелкий пакостник! — возмущался Вячеслав Георгиевич, — никчемный карьерист! Повидал я таких на своем веку!
Папа еще долго ругал систему, позволяющую бездарям в костюмах портить жизнь нормальным людям, а потом призадумался.
— Что думаешь делать? — спросил он у Юльки.
— Есть одна идея, — ответила она, — думаю, может Владимир Палыча подключить? Его команда уже однажды приезжала, нарушила правда, наше тихое болото, но, в общем, это пошло нам на пользу.
— Колесникова? — оживилась мама, — а что, можно! Я Лиде позвоню, она недавно интересовалась, как ты поживаешь.
Родители тут же развили бурную деятельность, звонили, разговаривали, договаривались. Пару раз передавали телефон ей. Юлька помнила чету Колесниковых, приятелей родителей, с детства, теперь это знакомство могло сослужить хорошую службу.
Поздно вечером она лежала в своей постели и не могла уснуть. Так было всегда с тех пор, как она перебралась в деревню. Плотные шторы совсем не скрывали фонарного света, автомобили ездили даже ночью. А главное, она чувствовала, что это уже не ее дом. Не было близости, той, что благодатна в любую погоду и при любом настроении.
Дверь приоткрылась и в комнату белой тенью вошла мама.
— Не спишь? — она присела на край кровати, протянула руку и погладила дочь по волосам.
— Не сплю, — Юлька улыбнулась, — а ты чего ходишь?
— У отца давление, — ответила мама, — таблетку ему приносила.
— Что-то сдал наш папа, — печально произнесла Юлька, — кто бы сказал еще десять лет назад, что наш папа будет таблетки от давления пить.
— Стареет, — развела руками мама, — нервный стал. Сто раз говорила ему, что пора на пенсию, но ты же знаешь папу!
Юлька покивала. Она была такая же.
— Мама, а у меня появился мужчина, — вдруг выдала Юлька и сама испугалась произнесенного вслух.
Мама ахнула, прижав ладонь к груди.
— Да ты что?!
Юлька рассказала все. Мама слушала внимательно, и только один раз заерзала, узнав, что избранник дочери моложе ее почти на семь лет.
 
— Юлечка, но как же?… А что Лера?
Юлька вовремя сдержалась, чуть не разболтав про новогоднее происшествие. Про Леркин побег родителям сообщать не стали, а Осиповы знали только редактированную версию.
— Лера… Нормально.
— А как ты собираешься… Ну, вообще?…
— Не знаю, мам, — Юлька села в постели, длинные волосы рассыпались по плечам, — я хочу развестись…
Сердце Дарьи Сергеевны секундно трепыхнулось от радости, но он тут же взяла себя в руки.
— Юля, это все очень серьезно, подумай хорошенько! И поговори с Татьяной, только очень аккуратно.
— Да, я знаю, — Юлька кивнула.
— Юля… А как же… Сергей?… — Дарья Сергеевна спросила с опаской, боясь растревожить дочь.
Юлька не ответила сразу. Она молчала, и в молчании этом ощущались сомнение и горечь.
— Он оставил нас, — наконец произнесла она, — столько лет прошло, мы здесь, а он… Он где-то там. Наверное, шестнадцать лет — достаточный срок чтобы понять, чего ты хочешь.
— А деньги? — Дарья Сергеевна знала о ежемесячных переводах.
— Приходят, — мрачно ответила Юлька.
— Ну это же что-то значит?…
— Это значит то, что у него есть деньги, — ответила Юлька и почувствовала, как защипало глаза, — а разве не за этим он уехал тогда?!
Дарья Сергеевна придвинулась и обхватила Юльку за плечи. Юлька всхлипнула, прижалась щекой к плечу.
Утром папа увез ее на автовокзал. Мама уговаривала взять такси, и даже предлагала оплатить, но Юлька категорически отказалась. В автобусе было пусто, и она, сидя у окна, смотрела на мелькающие поля, перелески и домики, и размышляла о своем.
Почувствовав вибрацию телефона в сумке, она вынула аппарат. Звонил Илька. Он долго возмущался тем, что она не сообщила о приезде, что-то спрашивал, но, в целом, Юлька догадалась, что мама уже доложила Ильке все. Деликатный Илька, конечно, не стал выспрашивать подробности ее намерений, но по его тону она чувствовала, что он в курсе.
Знакомый водитель провез ее мимо остановки, на которой обычно высаживал всех пассажиров, и добросил до школы. Поблагодарив мужчину, Юлька выбралась из автобуса и поднялась на крыльцо. Ей вдруг захотелось вдохнуть полной грудью воздух, наполниться ощущением радости. Что она и сделала. Внутри зазвенел звонок, Юлька вошла и услышала нарастающий гул детских голосов.
Алла Петровна встрепенулась, увидев входящую Юльку.
— Юлечка Вячеславовна, как же это, а?! — старушка смотрела на нее выжидающе.
— Что, Алла Петровна? — Юлька сделала вид, будто не поняла ее.
— Звонили из управления! Проверка на нас идет!
— Ну и что? — Юлька старательно изображала равнодушие, — ну проверка, что такого? Вы так переживаете, будто у нас проверок ни разу не было.
— Таких, — секретарша сделала акцент на слове, — ни разу!
— Мы справимся, — ободряюще улыбнулась Юлька, — пригласите пожалуйста Андрея Александровича, пусть как освободится, подойдет.
Он появился через час. Вошел серьезный, прикрыл за собой дверь.
— Андрей, — Юлька не стала изображать излишнюю официальность, — у нас есть проблема.
Она пересказала ему подробности вчерашней выволочки у начальства.
— Что думаешь?
Андрей задумался.
— Ну, мы с тобой денег не собирали, — подумав ответил он, — это была идея детей. Плохо, что Лера была инициатором, могут привязать к тебе.
Юлька и сама понимала, что это было огромной ошибкой, позволить собирать деньги. Она оправдывала себя, что запретить не могла, но отлично понимала, что для проверяющих это не будет аргументом. Закон о сборе денег в школе был весьма свеж, а значит и резонанс по нему мог быть действительно большим.
 
— Надо поговорить с ребятами, — подал голос Андрей.
Юлька отрицательно махнула головой.
— Я сама поговорю. С Лерой. А там посмотрим.
— Я зайду вечером? — он глянул на нее вопросительно.