Сбой реальности. Книга 5 (СИ)

Душа ушла в пятки.
А следом я потерял сознание.
Осознать свою собственную смерть нелегко, не уверен, что кому-то вообще это удавалось в истории человечества. Увидеть, как тебе разносят в крошку череп, а после сидеть и как ни в чем не бывало смотреть на это в записи. В мой разум потоком хлынуло все то, что я забыл. Вообще все.
Та битва в огненном храме завершилась не так, как я это увидел в новой итерации. Я погиб, оставив своего старого персонажа, но стал топ-игроком, заслужив достижение за одиночное прохождение подземелья. Первый в мире, кому это удалось. Как и ожидалось, я вернулся в действительность «свободным» от ассасина, но долго ждать не стал — пересоздал персонажа, в надежде быстро наверстать уровни и упущенный прогресс. Мною двигало желание продолжать зарабатывать, чтобы не сидеть впроголодь.
  
Тогда же я и обрел интерфейс. Он стал частью меня здесь, в реальности. Наградой за достижение стал входной билет на гонку за абсолют, и для этого претендента нужно было вознаградить и подарить стимул. В моем случае этим стимулом стал осколок стихии ветра.
Но эта награда, потеряв связь с игрой, была выдана мне здесь, и я стал частью игрового мира, продолжая жить и существовать в реальности. Разделился на два слоя пространства, если так можно выразиться. Я это осознавал, как будто уже тысячу раз раньше обдумал природу происходящего, и сейчас эти знания потоком лились мне в голову, мучительно ввинчиваясь и заполняя опустевшие ранее нейронные связи.
Было много событий у прошлого меня. Борьба не на жизнь, а насмерть с ублюдками из сборщиков, смерть Марины, плен Юли и Ильи. Нападение на первую базу еще не ставших странниками людей, смерть Виктора. Покупка горного комплекса, задуманное предательство Киры, сотрудничество с Полоцким и молчаливое наблюдение за процессом со стороны Хаулла. Мои потуги собрать осколки, выбраться наверх. И выжить.
Погибнув от рук приспешницы Хаулла, я осознал, какую услугу мне оказали. Она очистила меня от пагубного влияния аркданса, которое влияло на меня. Когда меня накачали сверх меры, чтобы я проник за пелену жизни и смерти и спас Юлю, я начал меняться. Стал более злым, скрытным, расчетливым. Потерял себя, поддавшись влиянию смертельно опасного вещества.
Мое кратковременное отключение отозвалось болью в затылке, которым я приложился об пол. Я получил ответы на почти все вопросы, но те, что появились сейчас, тяготели сильнее, чем все прочее. Я поднялся, отреагировал на непрекращающийся писк с балкона и забрал покупки у дрона-курьера. И сел думать.
Вспомнив все, я тут же решил для себя две вещи. Первая — это тест своего текущего положения. Какие силы мне доступны? Полученные игровым путем навыки никуда не делись и работали штатно, я в этом убедился, применив парочку навыков. Инвентарь так же работал, позволяя мне материализовывать на реальном плане предметы из игры. Но вот способности, даруемые связанной душой на панели быстрого доступа были обесцвечены, а на попытку их применить выскакивало уведомление:
[Системное уведомление: ]
[Аркданс в крови: остаточные 0%.]
[Критически низкий уровень аркданса. Доступ к способности «Связанная душа» приостановлен.]
Частью номер два станет звонок. Мне сложно представить, в каком состоянии сейчас находится моя команда, и я просто обязан сообщить о том, что я жив. Они, наверняка, мысленно меня похоронили. Держать их в неведении было бы жестоко.
Однако, этот звонок, вернее желание его осуществить, шел вразрез с планом предыдущего Майкла. Он желал исчезнуть, чтобы создать для себя окно для маневра. Сделать так, чтобы ему не пришлось никого убивать. Ведь тот Майкл знал, что к нему домой нагрянет предатель, который постарается его ликвидировать.
Черт, Майкл, перестань думать о себе в третьем лице, психопат долбанный!
Я отвлекся от размышлений, принял доставку продуктов. Получилось много пакетов, один из которых был полон пива. Не раздумывая, я открыл одну банку, ополовинил ее, и отставил в сторону.
Кира бы непременно попыталась исполнить план Саина, сделать так, чтобы я окончательно слетел с катушек. Я был близок к этому, но чудом сумел избежать помешательства. Помог медиум — я увидел то, что произойдет, незадолго до отъезда из горного комплекса. Я бы убил ее, а Фес, ослепленный яростью, бросился бы в в атаку на меня. В итоге, группа перестала бы существовать в том виде, в каком существует сейчас. Мне просто нужно было время, чтобы вывести Киру на чистую воду и сделать так, чтобы никто не погиб. Тем более от моей руки.
Сейчас я, прокручивая в голове план себя предыдущего, размышлял над тем, какой же он ужасный и бесчеловечный. Можно было поступить иначе, дипломатически, а не подставляться, не играть с судьбами. Но что сделано, то сделано. Сыграю теми картами, что на руках.
Кира, заблудшая девчонка, и ее надо спасти от влияния сраного говнюка по имени Саин Леонхарт. И это третий пункт моего плана — нужно наведаться к подземному бункеру на свалке. Все остальное подождет.
Мне стало дурно от того, скольких людей мне пришлось убить. Не успокаивало даже то, что они, по большей части, этого заслуживали. Но кто я такой, чтобы судить других? Переварив это и допив банку, я отправился в душ, чтобы смыть с себя последствия лазания с голой жопой по грязному крематорию.
Шмотки, доставшиеся мне как трофеи из морга, я утилизировал в мусоропровод, приоделся в более привычную одежду, полученную из очередной доставки. И, наконец собравшись с мыслями, я по памяти набрал номер.
— Да? — Слышу я тяжелый, усталый голос с другого конца провода.
— Илья? — Переспрашиваю я, едва узнавая собственного друга?
— Кто говорит? — Не отвечает он мне, но его манеру я узнаю. Это точно он.
— Это Майкл. — Не придумал я ничего эпичнее для внезапного воскрешения. Сейчас точно не до шуток. — Ты сейчас один?
— Пошел нахер, ублюдок, и откуда ты взял мой номер? Что за приколы? Ты кто такой вообще? — С той стороны я услышал грязную ругань, гнев Ильи. На мой вопрос он не ответил.
— Брат, это я. Майкл. Я выжил. — Попытался я убедить друга. — Ты должен меня выслушать, и сделать это так, чтобы никто, а особенно Кира, не узнали об этом звонке.
— Стой, что… Ты… — Я слышу растерянность, подступающую панику.
— Помолчи пока, и сделай, как я говорю. Когда останешься один — перезвони на этот номер.
Долго мне ждать не пришлось, я едва успел встать с дивана и дойти до холодильника. На экране комма высветился номер, и трубку я снял.
— Так, мать твою, объясни еще раз, кто ты такой и откуда тебе все это известно. — Не стал он уточнять, что известно, и голос его вновь был полон злобы. Не поверил.
Я же, прежде, чем ответить, переключил звонок на видеоформат.
С той стороны изменение было принято, и предо мной предстало усталое, изрезанное морщинами лицо еще совсем недавно молодого и пышущего здоровьем друга. Прошло-то всего несколько месяцев, и это он так изменился?
Меня он тоже увидел, и на его лице заиграли разные эмоции. От шока, до недоверия. В современности нетрудно подделать и видеопоток, так что я его понимал.
— Это Майкл. — Вновь сказал я, наблюдая, как бегают по экрану глаза Ильи.
— Докажи. — Отрезал он и осмотрелся по сторонам. Озирается.
— Как? — Уточнил я, чтобы сыграть по его правилам.
— Как хочешь, это твоя проблема. Или иди нахрен.
— Это ты вытащил нас с базы сборщиков, засунул наши тела в капсулы, в том числе и Марины. — Рассказал я ему то, что по моему мнению никто другой знать не мог.
— Херня, не верю. — Ответил он, пристально за мной наблюдая.
  
Ладно, черт с тобой, золотая рыбка. Мой просчет. Я поднялся с дивана, вытянул руку с коммом прямо, чтобы друг мог видеть как можно больше, и мысленной командой переместил из инвентаря один из клинков, «умбру», которая мягко, прямо рукоятью, явилась в моей ладони. Вскоре после этого, лезвие кинжала покрылось рвущимся в напряжении контролируемым потоком ветра. Вихрь, его он должен узнать.