Королева ходит последней

— Не умею пока.
— У-у-у, как же тебя воспитывали? — заявил Эдгар. — Я с трех лет фехтую, с пяти — метаю кинжалы.
— Не хвастайся. — Сестра отвесила ему подзатыльник. — Нас учит папа. Ил, а дядя Ник теперь твой папа, раз женится на твоей маме?
— Выходит, что так, — совсем смутился мальчик.
— Повезло, — кивнул Эд. — Дядя Ник замечательный. Он обещал мне новый набор кинжалов на день рождения. Тебе сколько лет?
  
— Семь.
— И нам тоже.
— Обоим? — удивился Ил.
— Конечно, мы же двойняшки, — гордо заявили те.
— Это как? Вы же не похожи!
— Очень даже похожи, — заявила Тиана, подмигнула брату, и они оба помчались за Илом. Ил понимал, что по-хорошему надо вступать в бой, но вместо этого бросился наутек. Бежал он долго, пока не домчался до какого-то озера. Опустился на колени, умылся, рассмотрел свое растрепанное отражение.
— Эй, ты где? — вылетев на берег, крикнула Тиана. — Ты быстро бегаешь, я еле угналась! А Эд в другой стороне ищет.
И она весело рассмеялась, плюхаясь рядом на первую травку.
— Бегай чаще, ты тогда не такой бледный. — Она подмигнула и протянула Илу едва распустившуюся дикую фиалку.
Ил снова уставился в отражение на воде.
— Что ты там высматриваешь? — склонилась вместе с ним Тиана.
— Мама говорит, что я некрасивый, — задумчиво ответил Ил. — Пытаюсь понять почему.
— Неправда! — возмутилась девчонка. — Ты очень милый, вот так! Конечно, не такой красивый, как дядя Ник или папа, но очень даже ничего.
Ил улыбнулся.
— А так еще лучше. — Тиана похлопала его по плечу. — Жалко, что вы завтра уезжаете. Ты мне нравишься. С Ником скучно играть, он мелкий, а Эд меня сильнее. А с тобой было бы весело. Может, останетесь?
— Ник говорит, надо ехать. — Ил пожал плечами.
— Тогда приезжай с ним в конце осени. У меня в декабре день рождения. Мама, конечно, подарит мне что-нибудь очень нужное для девочек, но папа, я уверена, купит настоящий арбалет.
— Арбалет? — Илверт с удивлением уставился на нее.
— Да. Я пробовала стрелять из папиного, пока он не видел, но ничего не вышло. Мне нужен более легкий, я же еще маленькая. Приедешь — дам пострелять.
— Я попробую, — пообещал Илверт.
— Вот и хорошо, — улыбнулась Тиа. — А чтобы ты не забыл, я тебе что-нибудь подарю. Ну как в дамских романах. Я один нашла, и там девушка подарила своему рыцарю на прощанье платочек. Он хранил его десять лет, а потом вернулся к ней и вернул платок. Что бы тебе подарить?
Девочка задумалась, а потом решительно достала из прически заколку. На ней был какой-то цветок.
— Что это? — спросил Ил.
— Не знаю. — Она пожала плечами. — Кажется, лилия. Держи.
Заколка перекочевала в его ладошку, а Тиа вскочила на ноги.
— Догоняй! — крикнула ему и понеслась быстрее ветра.
Ил и догнал, но сначала спрятал заколку в карман. Пусть будет.
Бранда
Мы с Амелиндой степенно шли вдоль дорожки парка. Пели птицы, и весна казалась такой яркой, словно я никогда раньше ее не видела. Мужчины были заняты своими разговорами, а у меня к Эмми имелся важный вопрос.
— Дэйра Амелинда, — родной язык все еще казался чужим, — вы ведь целитель. Я хотела спросить вас кое о чем.
— Конечно, спрашивайте, — улыбнулась моя собеседница.
— Понимаете… Дело в том, что я… беременна.
— Что? — Большие глаза Эмми засияли. — Какая радость!
— Да. Только последние недели выдались очень сложными, и я боюсь, как бы с малышом ничего не случилось. Вы могли бы проверить, как он?
— С удовольствием, — ответила жена Эрвинга. Она опустила руку мне на живот и на пару минут закрыла глаза, а затем ответила весело: — Вам не о чем волноваться, Бранда. Все с вашими детками в порядке, они развиваются хорошо.
— Детками? — уставилась на нее.
— Да, у вас близнецы. Девочки. Я сама так хочу еще одну дочку!
А я пыталась осознать, что услышала. Близнецы. У меня будет две дочери. Две.
— Слышал? — раздался громкий шепот из кустов. — У тебя будут сестрички. Радуйся. Братья — это так скучно.
— Ну, Тиа! — послышался раздосадованный голос старшего сына Эрвинга.
— Тише ты, балда!
Мы с Эмми рассмеялись. Эта женщина умела располагать к себе. И я была рада, что Эрвинг нашел в ней свое счастье.
— А ну идите сюда! — приказала Амелинда, и дети выбрались из кустов: Тиа, Эдгар, а за их спинами Ил. — На кого вы похожи? На поросят, а не наследников рода. Марш умываться!
Двойняшки кинулись в замок, а я перехватила Ила. Эмми взглянула на нас — и поспешила следом за детьми.
— У тебя будут дети? — растерянно спросил сын.
— Ты сам слышал. Еще двое. — Я улыбнулась ему, усаживая Ила на ближайшую скамейку. — У тебя появятся сестры.
— Хорошо, — ответил он, но совсем нерадостно.
— Ил, солнце мое, — сказала, обняв его, — я люблю тебя, слышишь? И их буду любить. И они будут любить тебя.
Сын посидел мгновение, а затем все-таки прижался ко мне.
— Я очень тебя люблю, мама, — сказал тихо. — Очень.
— И я тебя, сокровище мое, — поцеловала его в лоб. — Больше всех на свете. Ты у меня самый лучший.
— И ты у меня.
Не знаю, сколько мы так сидели. Я гладила Илверта по голове и думала. О том, что моему мальчику придется непросто с его магией. О том, что скоро нас станет больше. Гораздо больше. А еще — что надо все-таки рассказать Нику о моем маленьком секрете.
Из дверей высунулись два любопытных носа.
— Тебя ждут друзья, — сказала сыну. — Беги.
— Хорошо. Я недолго, — пообещал он и умчался за такими разными двойняшками. И если мальчик был копией Эрвинга, то девочка очень напоминала одного знакомого провидца. Занятно… Я же поднялась со скамьи и пошла в замок. И где искать Ника? Впрочем, любимый мужчина нашел меня сам.
— Бранда, где вы все пропали? — налетел он из-за поворота.
— Гуляли с Илом в парке, — ответила я. — И… мне нужно кое-что тебе сказать, Ники.
— Слушаю тебя.
Вейс уставился на меня с таким вниманием, что стало смешно.
— В общем… Не знаю, как ты это воспримешь…
Ник нахмурился, а я все-таки рассмеялась.
— Не смотри на меня так! Я всего лишь пытаюсь сказать, что беременна. Я понятия не имею, как это вышло. Наверное, целитель не так поставил заклинание, или… Амелинда говорит, у нас будут девочки.
— Девочки? — ошалело переспросил Ник.
— Две, — подтвердила я.
— С ума сойти!
И подхватил меня на руки, закружил так, что я задохнулась.
— Пусти! — взмолилась я. — Пусти, уронишь.
— И не подумаю. — Ник покрывал мое лицо поцелуями. — И ты молчала!
— Не было времени…
— За весь месяц нашего пути? А до этого? Боги, Бранда, а тот пожар? А покушения…
— Успокойся, — погладила его по щеке. — Я в порядке, малышки в порядке. Все хорошо.
А сама пообещала себе, что никогда больше не позволю своим детям страдать. И не допущу тех ошибок, которые допустила с Илом.
— Я так тебя люблю. — Ник обнял меня.
— Вот даже не сомневаюсь, — заверила его, целуя. Невероятный мужчина. А главное, что рядом с Ником я чувствовала себя защищенной. Можно было быть какой угодно: слабой, капризной, расстроенной, но знать, что он и правда любит меня любой.