Королева ходит последней

И села в карету. Заскрипели колеса, а меня будто окутал холод. Нельзя сейчас думать о том, что произошло. Только в ушах все громче звенел детский крик: «Я ненавижу тебя, мамочка!» И было так невыносимо больно, что я кусала губы в кровь. Мой сын ненавидит меня. Мой сын все знает. О том, кто убил его отца. И теперь знает не только он. Сейчас мне нужно собрать верных людей, потому что такие, как Дарс, точно попытаются обернуть ситуацию в свою пользу. А еще надо обезопасить Ника. Это не его война. И если он останется, будет только хуже. Я не справлюсь. Сейчас не время думать о наших чувствах. Надо побеспокоиться, чтобы все мы остались живы.
  
Я вышла из кареты. Стражники провожали меня нечитаемыми взглядами, а в кабинете ждал посетитель, который не нашел для меня времени утром.
— Здравствуйте, ваше величество, — поклонился палач Лейт. — Слышал, казнь не состоялась?
— Да, мой сын помиловал лера Вейса, — ответила я, присаживаясь напротив гостя.
— Мудрое решение, моя королева. А его величество, без сомнения, станет великодушным королем.
— Вы пришли расточать мне комплименты? — тихо спросила я.
— Нет. Конечно нет. Я пришел доложить о результатах допроса лера Фейна. Мы с ним говорили по душам всю ночь. — И глаза Лейта довольно блеснули. — Так вот, лер Фейн, глубоко раскаиваясь, сознался, что из любви к вам вступил в сговор с советником Дарсом и дознавателем Таббатом. Он считает, что эти люди заключили договор с Веранией, чтобы лишить вас престола и усадить на трон более удобного регента. Например, лера Дарса. Они же и передали письма, которые были спрятаны в кабинете лера Вейса прислугой. Какие будут приказания, моя королева?
— Стража! — крикнула я, и когда в комнату вошли гвардейцы, приказала: — Немедленно задержать советника Дарса и дознавателя Таббата по обвинению в государственной измене. Лер Лейт, допросите обоих и выясните, кто еще замешан в заговоре. Исполнять!
— Слушаемся, ваше величество, — поклонились гвардейцы и выбежали из комнаты, а Лейт на мгновение задержался.
— Что-то еще? — устало спросила я.
— Фейн. Что с ним делать? Боюсь, в результате нашего… общения он слегка лишился рассудка.
— Пусть гниет в подземелье, — ответила я.
— Я понял вас, ваше величество, — склонил голову палач. — И скоро вернусь с новостями.
Я осталась одна. Только тогда рухнула в кресло и закрыла лицо руками. Сегодня все решится, но меня мало волновала Литония. Меня волновал мой несчастный сын, который теперь всегда будет меня ненавидеть.
  
ГЛАВА 34
 
Ник Вейс
Я с трудом понимал, что происходит. Легче всего было смириться с неизбежностью смерти: после Изельгардско-Литонской войны я почти не боялся гибели. И понимал, что вряд ли доживу до преклонных лет. Но то, что начало происходить на площади, вызвало недоумение, а затем — шок. Когда появился Илверт, я увидел десятки, сотни теней. Они были за каждым, желая поживиться теплом живых людей. А Ил едва сумел остановить их. Он еще ребенок, ему многому предстоит научиться. В том числе сдерживать эту темную орду. А вот когда нашествие духов завершилось…
— Ненавижу тебя, мамочка! — Крик Илверта я услышал, пробираясь сквозь толпу к Бранде и ее сыну.
Мальчика трясло. Он был таким бледном, что, казалось, вот-вот упадет в обморок. Я осторожно подхватил его здоровой… относительно здоровой рукой и прижал к себе. Ничего, моих сил хватит, чтобы унести ребенка. Да и, если честно, Лейт работал виртуозно. Даже тумана в голове после общения с ним почти не было, а шрамы напоминали замысловатый узор… Я пока еще не разобрался, какой.
— Сюда, лер Вейс, — указывал Эйш. Откуда взялся Эйш, я понимал с трудом. Мне надо было упорядочить все, что произошло, но пока не получалось. Поэтому внутри царил хаос. А Ил прижался ко мне и тихонько всхлипывал. Бранда ехала отдельно. Эйш прав, для мальчика так сейчас лучше, а во дворце я попытаюсь объяснить ему, что случилось.
Мы сели в экипаж. Я устало оперся на спинку сиденья, Ил устроился у меня на коленях, не желая отпускать, а Эйш — напротив.
— Все хорошо, котенок, — говорил я мальчику.
— Мама хотела тебя убить, — осипшим от слез голосом отвечал он.
— Нет, не хотела. Ее заставили.
— Хотела! Она и папу…
Ил зажмурился и безнадежно всхлипнул.
— Прекрати истерику, — миролюбиво сказал ему Эйш. — Не случилось ничего… непоправимого. Лер Вейс жив, и, если будет на то воля богов, будет жить долго. Твоя матушка тоже… жива. А Илверта давно нет, и он сам выбрал свою судьбу. Илмара звала его, и он ушел.
— Тогда зачем приходит ко мне? — резко развернулся Ил, и я закусил губу — он хорошенько прошелся локтем мне по ребрам.
— Ты — некромант, — ответил Айк так же спокойно. Он вообще сегодня лучился благодушием. Вот что делает с мужчиной удачный брак. — А мертвые тянутся к некромантам. Если разобраться, это даже не твой отец, а часть его мятежного духа, которая стремится к живому теплу. И желает мести. А ты ведь не станешь мстить матери, правда?
Ил отрицательно качнул головой и снова затих. В жестких словах Эйша был свой резон. Он умел убедить окружающих в своей правоте.
— А с вами, лер Вейс, мне надо поговорить, — сказал Айк. — Когда мы вернемся во дворец, ее величество сделает вам одно… предложение. Ответьте ей «да».
— Что? — Я уставился на него.
— Да, — повторил Айк. — Каким бы абсурдным оно не показалось. Поверьте, это залог не только вашей безопасности, но и этого мальчика, и самой Бранды. Последуйте… скажем так, дружескому совету.
— Хорошо. — Я склонил голову. — Благодарю за помощь, лер Эйш.
— Моя супруга беспокоится о вас, поэтому я всего лишь потакаю капризам любимой женщины. — Айк жутковато улыбнулся и отвернулся. Странный человек… Страшный.
Пока мы ехали до дворца, Ил уснул. Айк кивнул мне и осторожно забрал мальчика, потому что я бы точно его разбудил.
— Вам надо к целителю, — шепнул Эйш.
— Обойдусь, — ответил я и зашагал рядом с ним к комнатам короля. Стражники встречали меня изумленными взглядами, но не останавливали. Видимо, новости расходятся быстро. Прислуга тоже лишь открыла перед нами двери, и Айк уложил Илверта в постель. Мальчик даже не проснулся. Видимо, он исчерпал весь свой резерв.
— С ним все будет в порядке, — обернулся Айк. — А вас ждет королева, лер Вейс, раз уж к целителю не собираетесь. Но я бы на вашем месте все-таки позаботился о безопасности своего здоровья. Оно вам еще пригодится.
— Я услышал вас, лер Эйш, — кивнул ему. — И благодарен за помощь. Не уверен, что привести Илверта на площадь было хорошей идеей, но я еще жив только из-за этого.
— Согласен, — усмехнулся Айк. — Когда будете в Изельгарде, передавайте привет моей племяннице, лер Вейс. Ваша смерть сильно огорчила бы Тиану, а я не хочу, чтобы она огорчалась. И конечно же мой поклон Амелинде.
Я нахмурился. Что значит — буду в Изельгарде? Я не собирался покидать Литонию. А еще те письма не давали покоя… Не похоже на то, чтобы они были подделками. Что задумал Осмонд? Избавиться от меня и Бранды одним махом?
— Увидимся, лер Вейс, — кивнул мне Айк и вышел из комнаты. Я приказал стражникам никого не пускать к Илверту, на пару минут заглянул к себе, чтобы переодеться, и направился на половину Бранды.
— Ее величество не принимает, — попытался воспротивиться стражник, стоявший на карауле у двери королевского кабинета.
— Лер Шайс, меня что, сняли с должности? — тихо, холодно спросил я.
— Нет, лейтенант Вейс. — Стражник уставился на меня, будто умертвие увидел.
  
— Так по какому праву вы меня задерживаете?
— Но ее величество…
— Ее величество меня ждет.
И прошел мимо него в кабинет, даже не постучав. Бранда стояла у окна. Лучи солнца, вернувшиеся после того, как магия Илверта улеглась, золотили ее косы. Я украдкой залюбовался ею, позабыв, зачем пришел.
— Ник? — Бранда все-таки обернулась и бросилась ко мне. — Ник!