Королева ходит последней

Пришлось снова вцепиться в его локоть, но сейчас я будто нашла точку опоры, незыблемую и непоколебимую. И мир обрел хрупкое равновесие. Всю дорогу мы молчали. Так же молча поднялись в спальню Илверта. Я отправила слугу, чтобы прекратить поиски. Пока Ник укладывал мальчика в кровать и снимал с него обувь, Ил даже не проснулся. Я стояла и смотрела, не понимая, почему так странно себя чувствую. Горько…
  
— Все, я могу возвращаться в темницу, ваше величество, — обернулся ко мне Ник.
— Не надо, — ответила я чуть слышно. — Прости.
Ник улыбнулся одними уголками губ.
— Сам виноват. Но Илу нужно отдохнуть от всего, что здесь творится.
— А со мной не пошел, хотя я звала. — Меня кольнула неуместная ревность.
— Хочешь сказать, этому нет причины?
— Есть. — Я посмотрела на спящего сына. — Только… Только иначе не получается. Ладно, пойду.
— Я тоже.
Захотелось сбежать. Вот только мой палач не отставал и шел за мной до самых дверей на мою половину. Всем встречным придворным я говорила, что Ил просто заигрался в одной из комнат и уснул. Чем меньше они знают, тем лучше. Так мы и добрались до дверей моей гостиной.
— Доброй ночи, ваше величество, — сказал Ник.
— Доброй, — ответила я. — Хотя… Не хотите чаю, лер Вейс?
Ник уставился на меня, пытаясь понять, шучу я или нет. Я не шутила. Конечно, хотелось не чая, а как минимум вина, но лучше отказаться от спиртного.
— Хочу, — ответил Ник.
— Тогда проходите. Лейли, пусть подадут чай!
Служанка убежала выполнять поручение, и вскоре перед нами дымились две чашки ароматного напитка. На самом деле я просто не хотела оставаться одна и тянула время. Ник, уверена, это понял, потому что его чашка давно опустела, но он не порывался никуда уйти.
— Все в порядке? — спросил он.
— А ты как думаешь? — ответила я устало. — То вы пропадаете вдвоем, то Ил пропадает один. Не день, а безумие. Кстати, спасибо за письмо от Эри. Я прочитала, вот только уже приняла Эйша на службу.
— Что? Ты с ума сошла? — Ник едва не подскочил.
— Лучше скажу тебе сама прежде, чем ты встретишь в коридоре Айка и убьешь его. Нет, я не сошла с ума. И да, я осознаю, насколько это опасно. Но дар Эйша — это то, что мне сейчас нужно.
— Ты понимаешь, что он может стоить тебе трона? — угрюмо поинтересовался Ник.
— Понимаю. Но при нынешних обстоятельствах мой трон — это нечто настолько иллюзорное… Тебе ли не знать?
Ник кивнул. Он был со мной согласен. Еще днем мне хотелось его придушить, а сейчас само присутствие Вейса успокаивало.
— Хорошо, тогда я тоже признаюсь, — усмехнулся он. — Утром твой любовник получит двадцать плетей.
— За что? — Я едва не подавилась чаем и поспешила отставить чашку.
— За то, что покинул свой пост. Я его предупреждал. — Ник равнодушно пожал плечами, а я улыбнулась. Вот сумасшедший! В посте ли дело? Или в том, где бедняга Мартин был в это время?
— И еще я намереваюсь сослать его на границу, — добавил Ник.
— Нет, границы не будет. Марти этого не заслужил.
— Но и в гвардии короля его не будет. Как и в твоей.
— Не ревнуй.
— И не думал.
Странный разговор… Но сейчас все было легко и понятно. Не так, как при свете солнца.
— Хорошо, он отправится в охрану дворца, — пообещала Нику.
— Договорились.
Я поднялась и подошла к нему, обвила руками шею и скользнула на колени. Так же как Илверт часом ранее, опустила голову на плечо и замерла. Ник осторожно обнял меня в ответ. Коснулся губами виска, и я потерлась щекой о его губы.
— Ненавижу тебя, — шепнула с улыбкой.
— Взаимно, ваше величество, — заверил Вейс, целуя меня. И почему я ему не поверила?
  
ГЛАВА 22
 
Ник Вейс
Это был странный день — и не менее странная ночь. Бранда лежала у меня на плече. Золотые волосы рассыпались, напоминая солнечные лучи, и я бездумно брал прядку за прядкой и накручивал на пальцы. Все тревоги улеглись до утра. Сейчас не было необходимости притворяться или помнить о своем долге, о приказе Осмонда или чем-то еще. Есть я, есть Бранда. Все остальное — потом.
А Бранда, воспользовавшись тем, что задумался, попыталась стащить с меня перчатку. Правую, поэтому я не сопротивлялся.
— И что ты скрываешь? — разочарованно уставилась на мою ладонь.
— А кто сказал, будто что-то скрываю? — Я подул на щекочущий нос локон.
— Зачем тогда перчатки?
— Чтобы морочить тебе голову. — Я тихонько рассмеялся.
— Ты невыносим, — насупилась Бранда.
— Мне не сравниться с вами, ваше величество.
— А утром снова скажешь, что ничего не было? — Она приподнялась на локте, помахивая перчаткой у меня перед носом.
— Может быть. Зависит от того, в каком настроении проснусь.
— Да ты опасный человек, Ник Вейс. Все у тебя зависит от настроения.
Я перехватил перчатку и вернул на руку.
— И все-таки? — Королева не желала униматься. — Зачем тебе перчатки?
— Чтобы не оставлять следов?
— Плохой ответ, Ник. — Она легонько поцеловала меня. — Если еще подумать?
— Чтобы скрыть старые шрамы, — ответил я. — Не люблю вспоминать войну. И это правда, поэтому угомонись.
Бранда притихла, только прижалась крепче. Я коснулся губами ее плеча. Кожа пахла цветами и казалась молочно-белой в неверном свете ночника.
— Я тоже не люблю, — сказала она. — Так что понимаю.
— Значит, попытки лишить меня этого, без сомнения нужного предмета гардероба прекратятся? — рассмеялся я.
— Нет.
— Играете с огнем, ваше величество.
— Не более чем вы, лер Вейс.
На несколько минут воцарилось молчание. Я уже думал, что Бранда уснула, и собирался потихоньку сбежать, когда она спросила:
— Если ты так любишь детей, почему не женился?
— С моей профессией не женятся, — ответил я.
— А любовницы?
— Думаешь, тому, кто решит получить мою голову, будет разница, женат я или нет? Или просто с кем-то сплю?
— Нет, не будет, — признала Бранда.
— Вот и я так думаю. А Илверту нужен близкий человек, поэтому неудивительно, что он ко мне привязался. Все мы ищем кого-то, Бранда. Того, кого можно назвать своим. Это дает осознание, что ты не один.
— Ты прав. — Королева коснулась пальчиками моей щеки. — Как всегда, прав. Это даже немного раздражает.
— Охотно верю. А теперь спи. Завтра будет очередной бал и дворец загудит, как улей.
— Слушаюсь, лер Лис. — Королева встряхнула золотистой копной волос. Вскоре ее дыхание стало ровным и размеренным. Тогда и я пошел обратно в свою комнату. Однако долго лежал и не мог уснуть, пытаясь понять, когда успел так оступиться и пустить кого-то в свое сердце. Можно отрицать бесконечно и долго, что Бранда и Ил стали для меня «своими». Можно было, но я не желал. Надо уметь признавать ошибки. А эту уже не исправишь.
А утром впервые за долгое время проснулся поздно. Все-таки минувший день вымотал меня, да и лег я незадолго до рассвета. Непорядок… Пришлось быстро одеваться и умываться. К счастью, без меня не произошло никаких неприятных событий. Илверт, несмотря на праздничные дни, нашелся в учебной комнате. Под присмотром седого профессора он изучал премудрости политологии. К Бранде я наведываться не стал. Слухи и так скоро поползут по дворцу, не стоит спускать их с привязи раньше времени.
Что ж, пока враги, внутренние и внешние, притихли. Остался всего один, и я ждал. Так ждал, что проглядел его появление.
Мы с Айком Эйшем столкнулись нос к носу в коридоре. Я шел в свою комнату после тренировки с Илом, а лер Эйш, видимо, выходил из отведенных ему покоев. Они располагались близко к моим, и это радовало. Будет под присмотром.
  
— Лер Вейс. — Айк равнодушно склонил голову. Показалось, что с нашей предыдущей встречи он еще больше похудел. Но разве это возможно?
— Лер Эйш, — ответил я таким же ничего не значащим поклоном. — Вижу, вас все-таки приняли на службу.