Четыре души (ЛП)

Это меня беспокоит. Знает ли он что-то, чего не знаю я?
Знал ли он, что Джимми будет здесь?
На чьей он стороне, в любом случае?
— Дай угадаю, — говорит Джимми, его шаги становятся все ближе. — Ты имеешь какое-то отношение к этой маленькой катастрофе. Грязные бомбы в топливных баках, правда? Это очень низкий поступок — убить человека, когда он едет верхом.
Я сужаю глаза, придвигаясь ближе к Джейсу.
— Это низкий поступок — убить человека за попытку уехать.
Джимми смеется, горловой звук отдается по всей территории парковки.
— Его убили не за это, — отвечает Джимми, — И мы все это знаем. Ты берешь то, что тебе не принадлежит, и расплачиваешься за это.
Я закатываю глаза.
— Если ты говоришь о Марианне…
— Я говорю о гребаных деньгах, — выплевывает он, теперь нас разделяют всего три шага. — Я говорю о том, что он пытался забрать сына Дорнана.
Он переводит взгляд на Джейса, в его взгляде видно отвращение, пока он оценивает его.
И тогда я начинаю действовать.
Я даже не думаю. Я реагирую на небольшое окно возможностей, которое мне предоставили. Не отрывая взгляда от Джимми, я вырываю свою руку из хватки Джейса и тянусь к поясу. Я выхватываю пистолет из пространства между его теплой кожей и джинсами и поднимаю его к самодовольному лицу Джимми.
Самодовольное выражение исчезает с его лица, сменяясь горькой ненавистью. Я жестоко улыбаюсь, пистолет тяжелеет в моей крепкой руке.
— Ты всегда был слишком медленным, Джимми. Вот почему они присвоили тебе низкий ранг, помнишь?
Подтрунивание над его низким статусом в клубе, несмотря на годы службы, действует совершенно очаровательно. Я практически вижу, как пар вырывается из его ушей.
Я кладу палец на курок пистолета.
— Как думаешь, ты успеешь закрыть глаза, прежде чем я снесу тебе голову? — спрашиваю я его, на моем лице застыла дерзкая ухмылка. Джимми кривит губы и открывает рот, чтобы что-то сказать, когда меня с силой прижимает к машине тот, кто, как я думала, меня поддержит.
Черт.
Я не следила за Джейсом, и это моя глупейшая ошибка. Прежде чем мой палец успевает нажать на курок, он набрасывается на меня, одной рукой обхватывая мое горло, а другой вырывая пистолет из моего захвата. Я держусь изо всех сил, но моя борьба бесполезна. В нем восемьдесят килограмм или больше, и он намного сильнее меня. Он больно сжимает мое запястье, и я с разочарованным криком разжимаю хватку, мое сердце разрывается на миллион осколков, когда я понимаю, что Джейс не на моей стороне.
Он против меня.
Я люблю его. Я чертовски люблю его! А он прижал меня к капоту своей машины, его твердая грудь фиксирует меня на месте, пока я борюсь с его хваткой.
Блядь.
— Прекрати бороться, — приказывает он, и я уступаю. Не потому, что я хочу ему подчиниться. А потому, что мне стоит приберечь свои силы.
Вся борьба уходит из меня, и я позволяю себе ослабеть. Казалось бы, удовлетворенный, он отпускает меня, отходит назад и засовывает пистолет обратно за пояс, щелкая пальцами на Джимми. Я медленно выпрямляюсь, моя спина все еще опирается на машину.
— Дай мне свой пистолет, Джимбо, — говорит он. — Я должен взять эту сучку и избавиться от нее.
Джимми недоверчиво смотрит на Джейса.
— У тебя есть пистолет.
Джейс бросает на него злобный взгляд.
— Он зарегистрирован. А твой — нет.
Джимми смотрит на Джейса с минуту, видимо, не решаясь, пока держит руку над наплечной кобурой.
Джейс выглядит нетерпеливым.
— Джимми! Я дам тебе свой взамен, хорошо? — он вытаскивает свой пистолет и сует его в руку Джимми, снова щелкая пальцами. — Давай же. Я бы разрешил тебе пострелять в нее, но кто-то может увидеть. Пойдем со мной, и я позволю тебе трахнуть ее, прежде чем пристрелю суку.
Горькие слезы заскользили по моим щекам, как только эти слова вырвались из его рта. Я никогда не чувствовала себя настолько преданной, за всю свою жалкую жизнь. Это не он. Это не тот мальчик, который рисковал своей жизнью, борясь с хваткой своего отца, пока его братья по очереди уничтожали меня, кусочек за кусочком.
 
Я никогда не чувствовала себя настолько опустошенной, как именно в данный момент. Все было напрасно.
Глаза Джимми загораются, когда он достает свой пистолет и вкладывает в раскрытую ладонь Джейса.
— Ты заключил сделку, парень, — говорит он, берет пистолет и подходит ко мне. Я думаю о том, чтобы попытаться убежать, но по опыту знаю, что пули быстрее любых ног.
Он подносит пистолет к моему лицу и откидывает в сторону мои слипшиеся от крови волосы. Печаль сменяется чистой и абсолютной ненавистью, и, если бы взглядом можно было убивать, он бы сейчас лежал на земле мертвым куском плоти.
— Я знаю, как действовать медленно, — говорит он, усмехаясь. — Я буду трахать тебя очень медленно, прежде чем ты получишь свою пулю, малышка Джули.
— Ты не видел свой член двадцать лет, Джимми, — сплюнула я, ткнув кончиком пальца в его круглый живот. — Но удачи тебе.
Джимми бьет меня по лицу свободной рукой, да так сильно, что я чувствую вкус крови на языке.
— Такой же умный рот, — говорит он нам обоим. — Но выглядит она совершенно по-другому. Ты уверен, что это девчонка Джона?
Джейс фыркает.
— Шлюхе сделали пластику.
Я сжимаюсь, когда Джимми прижимает меня к машине, его дурное дыхание теплое и кислое на моем лице. Он пробирается свободной рукой вниз между моих ног, обхватывая мою киску, сильно сжимая.
— Ты очень красивая, Джули, — говорит он, поднимая руку, чтобы сжать мою грудь. Ту, которую укусил Дорнан, и я вздрагиваю.
— А ты очень… — Я не успеваю закончить предложение, потому что прямо передо мной раздается оглушительный хлопок, и вдруг Джимми нет. То есть, он есть, но у него пуля в виске, и куски его плоти покрывают все мое лицо, руки и тело. Словно в замедленной съемке, он падает на землю, его глаза широко открыты, а из дырки в черепе течет река темно-красной крови. Похоже, пуля вошла в одну сторону его головы, а вышла из другой.
Горькие капли жидкости прилипают к моему языку, и я в отвращении отплевываюсь. Его кровь. Его кровь у меня во рту. Меня рвет рядом с его телом, я захлебываюсь кислой слюной.
На вкус отвратно, но это лучше, чем его кровь, по крайней мере.
Я поворачиваю голову и вижу, что Джейс говорит со мной, но я его не слышу. В этот момент я понимаю, что полностью оглохла от звука выстрела. Я смотрю, как двигается его рот, как он трясет меня и делает оживленные жесты руками.
Ты отличная актриса. Его слова, сказанные ранее, возвращаются ко мне.
Язвительная улыбка расплывается по моему лицу, когда я начинаю понимать, что он сделал. Убил брата, одного из Цыганей. Ради меня. Слова вырываются у меня изо рта прежде, чем я успеваю остановить себя.
— Ты отличный актер, — говорю я, едва слышно, покачиваясь на ногах.
Джейс моргает и смотрит на меня таким язвительным взглядом, что у меня сводит живот.
— Кто сказал, что я играл? — рычит он, и я знаю, что он так говорит, только потому, что слежу за движением его губ.
Улыбка на моем лице становится еще шире, когда все вокруг становится черным, и я теряю сознание.
  
Глава 2
 
В течение долгого времени я то прихожу в себя, то отключаюсь. Моя голова кажется неудобно полной, словно ее набили ватой, а в ушах пульсирует и звенит в такт пульсу. Все во мне либо болит, либо онемело, и я знаю, что со временем боль будет только усиливаться.
Что-то пробуждает меня от дремоты, и я сажусь прямо, внезапно насторожившись. Я нахожусь в машине Джейса, пристегнутая к пассажирскому сиденью. Но я одна, в машине, припаркованной под умирающей ивой, которая растет в стороне от крошечной, захудалой бензоколонки. Я заглядываю в пассажирское окно, ища следы Джейса.
Ничего.
Темно, и мне до смерти хочется в туалет.