Правильный лекарь. Том 12 (СИ)

— Рассказал вчера маме, — сказал Илья, когда мы уже шли по коридору в сторону лестницы. — Плакала. Согласилась на голубое. Осталось только теперь свести их вместе, но Лиза сказала, что пока ей некогда, куча дел, хотя какие у неё дела, я так и не понял.
— Не тяни время, придумай что-нибудь, — посоветовал я. — У вас-то в отношениях всё в порядке?
— Более чем, чёрная кошка не пробежала, между нами.
  
— Ну и отлично.
После обеда у меня оставалось небольшое окошко перед лекцией, я закрылся у себя в кабинете, сказал Прасковье, чтобы никого не пускала и позвонил Волконскому.
— Михаил Игоревич, есть что-то новое? — спросил я. — Я прекрасно понимаю, что если бы вы её нашли, то сообщили бы мне, а значит не нашли, но может есть хоть какие-то зацепки?
— Не работается вам спокойно, да, Александр Петрович? — спросил князь.
— Места себе не нахожу, — сказал я вполне честно. — Постоянно об этом думаю.
— Надо уметь абстрагироваться от проблем и событий, на которые вы повлиять никак не можете, — поучительным тоном сказал Волконский. — Доверьте работу профессионалам и постарайтесь увлечься работой настолько, чтобы вам некогда было думать о чём-то другом.
— Спасибо, я постараюсь, — неохотно согласился я и положил трубку.
Теперь позвоню ему после лекций, чтобы помнил, что я всё-таки переживаю. А я теперь и на самом деле переживаю, причем гораздо больше, чем до последнего телефонного разговора с Волконским. Так, начинаем дыхательную гимнастику, три-четыре. Всё равно предпринимать пока ничего нельзя, надо ждать. Сделав несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, я отправился в лекционный зал.
Учебный процесс я уже освоил не хуже удаления небольших образований, чтение лекции меня особо не напрягало, нужный материал выучен наизусть. Даже если в какой-то момент отвлекусь и запутаюсь, на каждую лекцию у меня есть подробный конспект, заглянув в который я тут же восстановлю нить повествования. Вопросы студенты задают в основном одни и те же, ответы на них заготовлены и выдаются мгновенно, но всё равно иногда задают вопросы, которые на мгновение вводят в ступор.
— Скажите, а какой вообще смысл от этой техники? — спросил один обучающийся, возрастом чуть за тридцать. — Для меня не составляет труда сделать всё это традиционным способом и не надо мудрить с этими вашими тонкими потоками.
— Если для вас это не составляет проблем, тогда зачем вы пришли изучать мой предмет? — немного насторожился я, вспоминая своего стажёра в Ярославле, который пытался меня убить.
— Это не моё решение, — невозмутимо сказал мужчина. — Я приехал устраиваться на работу, а мне сразу предложили пройти обучение, и вот я здесь, только не совсем понимаю зачем.
— Предлагаю ваш вопрос решить индивидуально, — сказал я. — Останьтесь после лекции, мы с вами поговорим.
— Хорошо, — сказал лекарь и так же невозмутимо кивнул.
Я следил за его выражением лица и глазами, но не увидел того, что видел у лекаря, оказавшегося наёмным убийцей. Никакого презрительного или сканирующего взгляда я не заметил. Обычное спокойное, даже немного скучающее лицо. Надеюсь, что это ложная тревога. Однако всё равно стоит перестраховаться.
Когда я ответил на все вопросы после лекции, обучающиеся поблагодарили, попрощались и вышли. Все кроме него. Я к тому времени успел отправить Кате сообщение, и она должна сейчас находиться поблизости. В подтверждение моих мыслей пришло сообщение от Кати, что она стоит в коридоре и ситуация под контролем.
— Слушаю вас внимательно, — сказал я. Чуть не вырвалось «молодой человек». Смотрелось бы по меньшей мере нелепо, физически я сейчас младше него лет на десять.
— Я хотел сказать, что традиционного подхода к лечению заболеваний и травм мне вполне хватает, — сказал мужчина. — Я делаю это всё практически не напрягаясь. Поэтому, если основная суть метода кроется только в экономии магической энергии, то мне это ни к чему.
— Если я правильно понимаю, переломы крупных трубчатых костей вы лечите за пару минут, верно? — спросил я.
— Примерно так, — спокойно кивнул он. Я не чувствовал от него никакой исходящей угрозы.
— А с сосудами работаете? — решил я уточнить.
— Что именно вы имеете ввиду? — спросил он, приподняв левую бровь.
— Удаление атеросклеротических бляшек и восстановление кровотока по артериям.
— Но это же технически невозможно, — сказал он, глядя на меня удивлённо. — Воздействие потоком энергии на бляшки вызывает их разрушение и эмболизацию мелких периферических артерий, что неминуемо ведёт к гангрене.
— Вот поэтому здесь никак не обойтись от тонких потоков с изменяемым на ходу спектром и мощностью, — сказал я, не сдерживая победной улыбки. — Если есть желание, я могу этому научить.
— Был бы премного благодарен, Александр Петрович, — сказал он и улыбнулся. Теперь он смотрел на меня с искренним уважением, как на крутого наставника.
«Всё чисто, я ушла, » — пришло мне от Кати сообщение на телефон. Вот и замечательно, хотя я это и так уже понял, а сестра лишь подтвердила.
— Давайте договоримся так, вы полностью проходите курс обучения, чтобы хорошо понимать эту методику, а стажироваться будете лично у меня, идёт?
— Да, конечно, спасибо, Александр Петрович! — он довольно улыбнулся, пожал мне руку и вышел из аудитории.
Для себя я решил потом уточнить в какую клинику он устроился на работу, что там не разбираясь отправили одного из сильнейших лекарей на учёбу, куда по распоряжению Обухова в первую очередь должны направлять наоборот самых слабых. Если они настолько невнимательно относятся к новым сотрудникам, значит можно безболезненно оттуда уйти, а Боткину такой сотрудник как раз нужен.
После лекций я снова уединился у себя в кабинете и набрал Волконского, надо продолжать игру. Я специально поднимался на второй этаж прыжками через две ступеньки, чтобы немного сбить дыхание, хотя не особо получилось. Наверно надо было несколько раз на третий этаж и обратно. Советник ответил не сразу.
— Слушаю вас, Александр Петрович, — сказал князь, ответив на вызов. Голос его сначала был немного раздражён, но потом быстро успокоился. — Если я правильно понял, то вы по тому же вопросу, верно?
— Верно, — сказал я и демонстративно вздохнул. — Вы уж простите меня за беспокойство, просто уже нет сил, нервы подводят. У меня какое-то нехорошее предчувствие.
— Если честно, Александр Петрович, — Сказал Волконский, выдержал паузу и тоже вздохнул. — У меня тоже нехорошее предчувствие. Что-то здесь не так, не нравится мне всё.
После этих слов я почувствовал, как по спине невидимый пастух гоняет стадо мурашек. Побегав между лопаток, они вылезли на шею и на затылок, подняв там волосы дыбом. Так, Саша, это может быть просто провокация, а может и вообще ничего не значит, просто они не привыкли, что им так долго не удаётся найти человека.
— И что же теперь? — спросил я растерянным дрожащим голосом. — Я вам хотел всё-таки предложить свою помощь, может быть Катя сможет засечь её местоположение?
— Она уже готова с нами сотрудничать? — невинным голосом спросил князь.
— Это вряд ли, — пробормотал я. — Мы разговаривали с ней об этом, она категорически против.
— Странно, — протянул Волконский и в его голосе снова послышалось недоверие. — А мне она говорила совершенно противоположное. Сказала только, что родители не хотят отпускать, но этот вопрос она уладит и придёт на службу.
Я прекрасно понимал, что Катя не могла такого сказать, она не стала бы этого скрывать от меня, только от родителей до поры до времени. Волконский блефует и играет со мной в свою игру. Вообще-то странно, я вроде ничем ему не навредил и не высказывал напрямую своё недовольство по этой теме.
  
— Затрудняюсь вам что-то на это ответить, Михаил Игоревич, — ответил я, стараясь не затягивать паузу. — Она не рассказывала никому о таких подробностях. Просто сказала, что вы её ждёте, но не сейчас.
— Ясно, — тон голоса князя несколько изменился, как мне показалось, в лучшую сторону. — Если для вас не составит труда, подъедьте к нам в управление, вы же запомнили адрес?