Правильный лекарь. Том 12 (СИ)

— Если ты ещё раз на тему прессы что-нибудь скажешь, я тебя побью! — на полном серьёзе ответил я.
— А что ещё за корреспондентка? — с подозрением в голосе поинтересовалась Настя.
— Не обращай внимания, Насть, он просто издевается, — буркнул я. — Видел же, как я отшил её с дурацкими вопросами. Меня в принципе бесят методы прессы, и я не хотел бы на свадьбе видеть её представителей.
  
— Не исключено, что твоего желания никто и не спросит, — усмехнулся Юдин. — Ты таких видных людей собираешься пригласить, да и тебя лично чуть ли не полгорода знает. Я уже по взглядам двоих официантов понял, что они тебя узнали.
— Значит сыграем свадьбу на необитаемом острове, — пробубнил я, насупившись. — Чтобы они не смогли туда добраться.
— Так, спокойно, — вступила в разговор Настя. — Свадьбу на необитаемом острове мы играть не будем. А что касается прессы, с ними можно самим сразу договориться и обсудить все вопросы на берегу, чтобы на празднике они вели себя достойно и никому не надоедали.
— Думаешь, это возможно? — поинтересовался я.
— Всё возможно, — кивнула Настя. — У меня там есть знакомые, сразу с ними всё и обговорю, так что этот вопрос я беру на себя.
— А если они будут лезть, куда не надо, я буду их бить молнией.
— Этот аргумент будет решающим в нашу пользу, — улыбнулась Настя. — Под твои разряды они точно не полезут.
  
Глава 16
 
В четверг я снова приезжал к Соболеву, обсудить некоторые промежуточные результаты. Я до этого думал, что он слизнёт идею и будет себе спокойненько воплощать её в жизнь, пока что это было не совсем так. Видимо моё мнение обо всём этом было для него важно. Мне порой казалось, что он относится ко мне, как мессии, который несёт в массы знания о вечном. Скорее всего дело в том, что мой образ мышления продиктован обитанием в другом мире почти пятьдесят лет, где нет магии, зато есть более изощрённые технологии в здравоохранении, правда тоже не таком уж и доступном.
— Поедете вместе со мной завтра к Обухову? — спросил вдруг меня Соболев, когда я уже собирался уходить.
— Завтра пятница, — пожал я плечами. — У него вроде с утра какие-то планёрки обычно.
— Я договорился с ним на без четверти восемь, — заговорщицким тоном сообщил эпидемиолог. — Я вас очень прошу, мне крайне важно ваше присутствие.
— Значит приеду, — улыбнулся я. — Давайте встретимся в холле без двадцати.
— Спасибо! — Соболев смотрел на меня такими счастливыми глазами, словно я только что воплотил в реальность его детскую мечту.
В приёмую главного лекаря Питера я вошёл даже на несколько минут раньше обещанного, поздоровался с Дмитрием Евгеньевичем, который с ходу вручил мне чашку кофе и только потом я увидел сидевшего в кресле Василия Ивановича с такой же чашкой в руке.
— И вам доброго утречка, Василий Иванович, — поприветствовал я его и расположился в соседнем кресле. — Отличный кофе они закупают, скажите?
— Чтобы Степан Митрофанович сделал что-то не так, это нонсенс, — ухмыльнулся Соболев. — Наверно поэтому он и стал самым молодым главным лекарем города и губернии. Наверно вы, Александр Петрович, следующий на очереди, причём станете главным в ещё более молодом возрасте.
— Это вовсе не то, к чему я стремлюсь, — улыбнулся я, сделав глоточек ароматного напитка.
— А что, хотите сразу в министерство? — удивлённо вскинул брови эпидемиолог.
— Боже упаси! Снова не угадали, — покачал я головой. — Университет с собственной клиникой, большего мне точно не надо. Мне, в принципе, и этого много, надо собирать хороший коллектив, чтобы не приходилось с утра до вечера бегать по всем этажам и контролировать все процессы.
— Даже если будет кому держать в кулаке вверенный ему участок, вы всё равно будете переживать, — улыбнулся Соболев, поставив пустую чашку на столик. — У вас природа такая.
— По-моему, вы в этом плане тоже не особо отличаетесь, — усмехнулся я. — Всё или по крайней мере большую часть работы стараетесь сделать сами.
— Ну а что делать, если рукастых и башковитых сотрудников днём с огнём не найти? — развёл он руками. — Другим же свою голову не пришьёшь.
— Обучать способных, чтобы росла достойная смена, — сказал я. — И, что самое сложное, надо больше доверять людям и чаще давать им сложные задания. Сами не заметите, как они станут рукастыми и башковитыми.
— У вас это получается, Александр Петрович? — улыбнулся он и с сомнением посмотрел на меня.
— Мне наверно очень повезло с окружением, — подмигнул я ему.
Дверь в кабинет Обухова открылась, выглянул мэтр и с интересом посмотрел на нас с Соболевым.
— Вам тут и без меня неплохо, как я посмотрю? — усмехнулся он.
— Но с вами лучше! — заявил Соболев. — С нетерпением ждём аудиенции.
— Так, бегом, а то у меня потом важное совещание, — сказал Степан Митрофанович и махнул рукой так, словно подгоняет кого-то в кабинет ударом под зад. — Живее, живее!
Я вошёл в кабинет первым и занял своё любимое место, Соболев сел напротив.
— Так, кофе я вам предлагать не буду, а то у ваз глаза наружу полезут. Излагайте, зачем пришли, — сказал Обухов, приземляясь на своё кресло. — Только сразу предупреждаю, денег не дам!
— Человеку свойственно ошибаться, — пробормотал я.
— Совести у тебя нет, Александр Петрович! — буркнул мэтр. — Вон какой университет уже почти отгрохали, а ты всё не угоманиваешься, парк тебе подавай со всеми удобствами, так теперь ещё что-то?
— Вы так говорите, словно я это лично для себя просил, — сказал я.
— Да понятно, — махнул он рукой. — И что теперь вас привело в таком интересном сочетании? Если я правильно понимаю, это связано с вашей поездкой в Шлиссельбургский уезд?
— Совершенно верно, ваше сиятельство, — масляным голосом вступил в диалог Соболев. — Совершенно верно. Дело в том, что последние исследования показали, что вполне возможно избежать повторения эпидемий Танатоса. Времени у меня пока что было в обрез, но уже многие вещи встали на свои места. Я не буду пока без надобности лезть в эти дебри, но мы с Александром Петровичем совместными усилиями пришли к выводу, что надо вакцинировать определённые возрастные группы пациентов, причём в каждой группе вакцины будут отличаться по составу. Я подготовил для вас предварительные выкладки, — Соболев положил на стол перед мэтром несколько скреплённых листов бумаги. — Я уже нашёл подходящие питательные среды для взращивания нужного количества вируса в лабораторных условиях, но мне для начала нужно произвести дополнительные закупки ресурсов и оборудования.
Соболев положил на стол ещё несколько скреплённых листов и ждал реакции Обухова. Тот пробежал глазами записи, потом отодвинул в сторону.
— Ну, это пока не так страшно, — сказал Степан Митрофанович. — Но, если я правильно понимаю, это только начало. Если всё пойдёт по плану, надо будет разворачивать серьёзные производственные мощности. Мне теперь только одно непонятно, а ты зачем пришёл?
Мэтр испытующе уставился на меня.
— Я так, за компанию, — усмехнулся я. — Василий Иванович без меня побоялся прийти.
— Ну что вы такое говорите, Александр Петрович! — возмутился Соболев. — Степан Митрофанович, дело в том, что на все эти исследования меня подтолкнул именно Склифосовский. Если бы не его ценные идеи, я бы на ваш стол просто положил бы результаты исследования и статистические показатели, а так перед нами открываются совершенно другие перспективы. Ведь со времён оспы о каком-либо виде вакцинирования населения и речи не шло. Я больше, чем уверен, что этот проклятый Танатос является лишь толчком к развитию такого явления, как вакцинация. С развитием магической медицины мы совершенно забыли о многих вещах, которые на самом деле чрезвычайно важны.
  
— Вы правы, Василий Иванович, — улыбнулся Обухов. — Пора вам менять профессию. Точнее надо к этому подготовиться. Начинайте пока создание вакцины, подбирайте испытуемых, проводите клинические испытания и на основании анализа результатов будет вынесено окончательное решение. Если всё срастётся именно так, как вы рассказали, то возглавить разработку и производство новых вакцин предстоит именно вам, я вам доверяю.