Правильный лекарь. Том 9 (СИ)

— Секундочку, — спокойно сказал я и поднял руку, прерывая его занимательный монолог. — По возможности более предметно скажите, кто и чем вас обидел.
— А что же тут непонятного? — воскликнул мужчина, открыл рот и замер. Наверно в этот момент ему удалось сдержать свой комментарий по поводу низкого уровня моего интеллекта. — Эта ваша пигалица диагностическая!
— Прежде чем неуважительно высказываться по поводу лучшего в городе диагноста, сначала изложите суть проблемы. И я вас убедительно прошу, поаккуратнее на поворотах.
  
— Это вы мне что сейчас, угрожаете? — взвился жалобщик и вскочил с кресла.
— Пытаюсь вас предостеречь от слов, о которых вы потом можете пожалеть. И заметьте, я делаю это в ваших же интересах, чтобы вам не пришлось потом оправдываться в суде.
Клиент на какое-то время замолчал, выпучив глаза. Видимо переваривал поступившую информацию и взвешивал, что стоит сказать, а что нет. Значит заработали нужные участки мозга.
— Я вас слушаю, — подтолкнул я его к изложению сути жалобы.
— Так вот, эта пиг… диагностичка, даже раздевать меня не стала, не то, что слушать трубочкой, щупать, постукивать. Даже магическое сканирование не проводила. Эта пиг… ваша диагностичка просто посмотрела мне в глаза, потом глянула прямо не раздевая на меня с головы до ног и выдала вот это.
С этими словами он положил передо мной листок диагностической карты, где Образцова пометила имеющиеся у него болячки. Сосуды, сердце, лёгкие и желудочно-кишечный тракт были в полном порядке. Единственные не очень радужные пометки располагались на уровне таза. Здесь был обозначен хронический простатит и выдающийся геморрой. Я с большим трудом сдержал улыбку и ехидный смешок. Геморрой передо мной сидел ещё тот.
  
Глава 18
 
— Скажите пожалуйста, как вас зовут, уважаемый, — сказал я, сделав небольшой нажим на последнее слово. Если это слово правильно произнести, оно, наоборот, покажет максимальное неуважение и даже отвращение к собеседнику. Я постарался пройтись прямо по серединке, вызвав недоумение на лице жалобщика.
— Антон Александрович, — неуверенно промямлил он, словно еле вспомнил, что у него там в паспорте написано.
— Так вот, Антон Александрович, — не торопясь начал я, но как раз в тот момент, когда неприятный гость хотел ещё что-то ляпнуть. — Анна Семёновна Образцова является потомственным носителем особого дара, которым обладают единицы в мире. Мне очень повезло, что она теперь работает у меня, а вам очень повезло, что вы попали именно к ней, так как ваши насущные проблемы на приёме обычного знахаря должны были вынудить вас на некоторое время расстаться с исподним, иначе такой диагноз и не поставить.
— Александр Петрович, — сказал напряжённо жалобщик, уши его резко покраснели. — Я пришёл вовсе не с тем вопросом, который в итоге написан на этой бумажке. У меня очень страшная проблема с сосудами, а она написала, что там всё в порядке.
— Но, Антон Александрович, — улыбнулся я одними уголками рта и твёрдо смотрел ему в глаза, чтобы он понимал, что лишние гадости надо оставить в голове и не вываливать их изо рта. — Если Анна Семёновна написала, что в сосудах изменений нет, значит там всё в порядке.
— Но как там может быть всё в порядке? — воскликнул мужчина и возмущённо всплеснул руками. — Я же чувствую, как у меня в ногах что-то булькает и словно паучки под кожей бегают! Это же всё не просто так! А ещё периодически кровь в руках останавливается. Вроде течёт нормально, а потом останавливается! И руки сразу зябнуть начинают. А потом снова нормально течёт через какое-то время и руки мёрзнуть перестают.
— Ваши жалобы слабо напоминают сосудистые, — сообщил я ему радостную новость. Говорить сейчас вслух на что похожи эти жалобы человеку, находящемуся в таком взвинченном состоянии, я не рискнул, чтобы не разжечь новый поток ненужных слов. — Сегодня я, к сожалению, не смогу перепроверить результаты исследования, меня уже ждут студенты на лекцию. Давайте договоримся на завтра на утро. Вы сможете подойти к моей манипуляционной чуть раньше восьми утра?
— Да, конечно, — ответил мужчина уже в гораздо более спокойном тоне. — Я подойду. Надеюсь, что вы сможете решить проблему с моими сосудами.
— Разумеется, — сказал я и против желания приветливо улыбнулся. Если сейчас его грубо послать, то эта кучка будет источать такое количество неприятных запахов, что это может отразиться на репутации госпиталя не в лучшую сторону. Ещё по опыту прошлой жизни я научился правилу — не тронь и не будет вонять. Да и человеку похоже нужна квалифицированная помощь, правда нужны специалисты несколько иного профиля. Но сначала я всё-таки всё перепроверю. — Я обязательно найду выход из сложившейся у вас непростой ситуации, обещаю.
— Вот и отлично, Александр Петрович, — сказал жалобщик и улыбнулся уже как нормальный человек. На какое-то мгновение мне показалось, что всего этого словесного мусора только что не было. — Я слышал, что вы настоящий профессионал, но записаться непосредственно к вам на приём не получилось, мне сказали в регистратуре, что сначала я должен попасть к этой пиг… диагностичке, а только потом уже к вам.
— Всё правильно, было такое распоряжение, — кивнул я. — Завтра утром мы со всеми вашими проблемами разберёмся.
— Спасибо вам большое, Александр Петрович, — снова улыбнулся мужчина и неуверенно поднялся с кресла, словно хотел ещё что-то сказать, но не решался. — Значит до завтра? Я пошёл?
— Да, конечно, — кивнул я, снова приветливо улыбаясь. — Можете идти.
Мужчина раскланялся, что-то бормоча себе под нос и наконец-то вышел из моего кабинета. Когда дверь закрылась, я впервые за всё это время пожалел, что не догадался приделать на дверь изнутри мишень для дартс, в таких ситуациях это очень помогает. Или может хоть кофейную чашку об пол разбить? Жалко, специально заказывал для кабинета дорогущий ажурный фарфор. Я ограничился тем, что на чистом листе бумаги крупными буквами обозначил принадлежность жалобщика к рогатым парнокопытным, потом смял этот лист и запулил в мусорное ведро. Теперь можно смело идти читать лекцию, душевное равновесие восстановлено.
Я даже не опоздал, пришёл за пару минут до начала лекции. Все обучаемые уже заняли свои места в аудитории, подсчёт голов показал полное присутствие.
Уже дочитывая вторую лекцию подряд с небольшим перерывом, я вспомнил, что у меня сегодня после работы планируется неофициальный визит на высшем уровне. Мне предстоит общение с советником императора по внутренним вопросам, так официально звучит должность начальника контрразведки.
Надо к такому ответственному разговору соответственно подготовиться. Адрес тёщи градоначальника я узнал из журнала в регистратуре. Нашёл в списке и его фамилию, но в графе «адрес» обнаружил прочерк. Очень интересно. С одной стороны получается всё логично, но с другой — нарушение инструкций по заполнению жизненно важной документации. Я поднял глаза на регистраторшу, предоставившую журнал.
— Ничего не могу сказать по этому поводу, Александр Петрович, — пролепетала женщина, её щёки и уши начали наливаться краской. — Это была не моя смена, я не знаю, почему в этой графе прочерк, мы никогда так не делаем.
— В данном конкретном случае такое возможно, — улыбнулся я. — Но вы так никогда не делайте, договорились?
— Да, Александр Петрович, — закивала женщина и убрала журнал в ящик стола.
Уже сев в машину, я прикинул, как лучше проехать к дому Зои Матвеевны. Моя любимая кондитерская была практически по пути. Чтобы не идти в гости с пустыми руками я прихватил там самый нарядный тортик из имеющихся. Возможно, это было и излишне, но мне так комфортнее и спокойнее.
  
А тёща градоначальника довольно неплохо устроилась. Не такой уж и маленький двухэтажный дом смотрелся довольно нарядно, перед ним даже был небольшой палисадник с укутанными на зиму кустами роз. Судя по их количеству, в период их цветения здесь будет очень красиво. Когда у меня будет свой дом, обязательно скажу садовнику, сделать розовую аллею от ворот и до самого крыльца. Вспомнил, как выращивала розы моя бабушка в деревне, каких сортов у неё только не было.