Правильный лекарь. Том 9 (СИ)

  
Глава 2
 
— Итак, господа, — сказал я, когда мы отошли от клиники метров двести по улице. — Спасибо за успешное похищение, но есть ли какие-то дальнейшие планы?
— Конечно есть, — хмыкнул Юдин, увлекая меня за локоть в расположенную в цокольном этаже кофейню.
Я поспешил за ним, понимая, что, если попытаюсь упираться, переломаю себе ноги. Да и зачем, собственно, упираться? Меня же не Баженов туда тянет, а Юдин. Тем более, что следом за мной спускаются две прекрасные девушки. Приятные ароматы я ощутил ещё до того, как открылась дверь. Зато, когда она открылась, запахи выпечки и свежего кофе ударили в нос мощной волной, едва не сбив с ног.
  
Сделав несколько шагов вглубь заведения, я увидел ещё один сюрприз, за накрытым столом сидела Мария и хвасталась неровными молочными зубами, всеми до единого.
— А вы вовремя! — воскликнула она. — Как раз только всё принесли, прямо из печки. А ещё вон тот злой дяденька хотел меня отсюда выставить, мол нечего тут делать без взрослых.
Она кивнула на стоявшего у барной стойки официанта, тот побледнел и отвернулся.
— Надеюсь ты не сильно вправила ему мозги? — хмыкнул я. — В обратную сторону вывиха не будет?
— Всё нормально, — махнула магичка детской ручкой. — Будет знать, как приставать к молодым незамужним женщинам. Ну что, тебя можно дважды поздравить?
Она подняла фужер с красным вином, я посмотрел на него, потом на неё.
— Это гранатовый сок, глупенький! — задорно расхохоталась она. Да так заразительно, что все поневоле присоединились. — Я же не полная идиотка накачивать вином детский организм. Вот подрасту, тогда видно будет.
— Тогда поздравляй, — продолжая хихикать сказал я.
— Поздравляю! — сказала Мария, чокнулась со всеми, пригубила сок и поставила на стол.
— И всё? — вскинув брови спросил я.
— Тебе там что ли высокопарных речей не хватило? — криво улыбнулась она. — Тебе тогда в городское управление надо работать переходить, там такого добра до состояния «выверни желудок» каждый день.
— Нет уж, спасибо, — хмыкнул я. — Как-нибудь проживу без этого всего.
— Ну вот то-то же, — тоненьким голосочком провозгласила Мария и снова подняла свой бокал, содержимое которого было так похоже на красное вино. — За Сашу Склифосовского, лучшего лекаря Санкт-Петербурга!
— За Сашу! — дружно подхватили все остальные, а я чуть не поперхнулся.
— Послушай, Мария, спасибо, конечно, но ты не перегибай, — покачал я головой. — Какой же я лучший?
— Ну ты даёшь, Саш! — она вскинула брови и уставилась на меня своими бездонными голубыми глазами. — Лучший ведь не тот, кто в соревнованиях победил. Ты вон как медицину в городе двигаешь. Теперь бы ещё всё это в масштабе империи провернуть, было бы здорово.
— Чтобы провернуть такой замок, у меня нет соответствующего ключика, — хмыкнул я.
— А тебе и не нужен такой ключик, — совершенно серьёзно продолжала вещать она. — Тебе нужен ключик, который заведёт несколько человек, которые разъедутся по губерниям и там продолжат твоё дело. Одного тебя на всю страну не хватит.
— Золотые слова! — изрёк Юдин и снова начал наполнять бокалы.
Я свой вовремя забрал и налил туда гранатовый сок, который был в кувшине на краю стола. Проверил, точно сок, Мария не обманула.
— Ты не хочешь выпить глоток вина за свои успехи? — удивился Илья.
— С меня на сегодня хватит, — покачал я головой. — И у меня есть ещё одно предложение на сегодня.
— Интересно, какое? — полюбопытствовала Настя, подкладывая мне в тарелку мой любимый салат.
— Мария ещё не была в оранжерее Троекуровых, — сказал я и подмигнул магичке. — Я посмотрел расписание, они работают до девяти, так что можем ещё спокойно посидеть, потом поехать туда.
— Оранжерея? — Мария даже открыла рот от предвкушения чуда. — Зимой? Да, я хочу!
— Значит решено, — кивнул Юдин. — Вот перекусим слегка, потом сразу туда.
— Илюх, ты похудел что ли? — спросил я, приглядываясь к нему. — Вроде щёки немного уменьшились.
— Тоже заметил? — хмыкнул он. — Надо срочно исправляться.
Он взял со сковороды перепёлку и подложил ещё жареной картошки.
— Ну вот, теперь я за тебя буду спокоен, — улыбнулся я, глядя, как друг старательно уплетает птичку.
— Все усилия насмарку, — вздохнула Лиза, накладывая себе овощной салат. — Илюша, мы же договорились вечером жирного не есть.
— Душа моя, ну где ты видела жирную перепёлку? — парировал он, поправляя тылом ладони очки. — Это если к ней только нитками кусок сала привязать.
— Ну а картошка? — насупилась девушка.
— Она тоже без сала, — буркнул он. — Солнце моё, ну я совсем немножко, быстро худеть вредно для здоровья.
— Ладно, кушай, — сказала девушка и устало махнула рукой. — Завтра поговорим.
Я с интересом наблюдал за их беседой, переводя взгляд с одного на другого и улыбаясь. Лиза это заметила, залилась краской и уткнулась в свой овощной салат. Юдин тем временем добил перепёлку и довольный откинулся на спинку стула.
— Ну всё, я готов идти смотреть на цветочки, — с улыбкой сытого кота сообщил Илья.
— Сначала чай со штруделем, — категорично заявил я. — Иначе никуда не пойду.
— Опять ты со своим штруделем, Склифосовский? — Илья тяжко и протяжно вздохнул, потом завёл глаза к потолку. — Господи, и когда же он тебе надоест?
— Можно подумать, что я ем его каждый день, — хмыкнул я. — И потом, я же тебя не заставляю, закажи себе шакер-чурек.
— Кого? — удивлённо протянул Юдин и посмотрел на меня, как на инопланетянина. Так же смотрели на меня друзья Боткина, когда я пытался заказать безалкогольное пиво. Опять что ли я напоролся на блюдо, которого здесь не существует?
— А что, здесь его не пекут? — невинно спросил я.
— Что это хоть вообще есть? — настойчиво спросил Илья, подтверждая мою версию.
— Да так, — махнул я рукой. — Восточная сладость. Типа пахлавы.
— Типа чего? — ещё больше удивился друг.
— Так тебе что заказать? — сменил я тему, подзывая официанта. Видел, как Лиза ещё больше насупилась, когда речь пошла о сладком.
Илья покосился на девушку, взглядом спрашивая разрешения.
— Я буду штрудель, как Саша, — махнула Лиза рукой.
— Тогда мне пирог с малиной, — расплылся в улыбке Юдин. Мария и Настя его поддержали.
В семь вечера мы сели в вызванный мной лимузин и отправились в оранжерею. Когда Мария увидела многообразие диковинных цветов, у неё на глазах навернулись слёзы, губки надулись, и она первый раз шмыгнула носом. Глядя на цветы, она забыла, что находится в теле ребёнка и не думала, как выглядит со стороны.
— Что с тобой? — тихонько спросил я, склонившись к её уху.
— Красиво, — дрожащим голосом сказала она. — Почти как в моём саду во дворе замка до того, как началась эта проклятая война. Все клумбы разбомбили и растоптали до плотности булыжной мостовой. Мы уже почти отбили замок обратно, когда я погибла в бою при штурме.
— Искренне сочувствую, — единственное, что я смог сказать.
Я решил её больше не трогать, предоставил самой себе, она должна спокойно погрустить. Лиза, увидев грусть Марии, тоже хотела вмешаться, но я её остановил. Так мы и ходили молча по оранжерее вслед за девочкой.
— А чего это вы все такие грустные? — внезапно спросила Мария, резко обернувшись к нам и оценив наши лица. — Ведь всё хорошо, что за кислые лица? Немедленно прекращайте, а то здесь сейчас все цветы завянут, а в соседней лавке прокиснет молоко! Или вам пирога с малиной не хватило? Тогда поехали ещё закажем!
— Я уже больше не хочу, — покачал головой Юдин. — С меня на сегодня хватит.
  
— Да ладно! — подхватили все хором, потом дружно рассмеялись, привлекая внимание немногих посетителей оранжереи. Дело близилось к закрытию, я даже не заметил, как время пролетело в созерцании и размышлениях.
— А давайте вот здесь сфотографируемся на память! — воскликнула Мария и потащила нас с Настей за руку в сторону самого нарядного цветника, возле которого начинал дремать уставший за день фотограф.