Проклятый из рода Распутиных (СИ)
— Нет. Он ведь, и правда, необычный, так?
— Ещё какой! — вырвалось у девушки. — Ой, прости! Как его, кстати, зовут?
— Эфиор, — ответил я, запнувшись всего на несколько секунд.
— Непростое имя, — сказала Лена, видимо, решив, что мне трудно его запомнить. — Но красивое.
— Да, неплохое. Так что, возвращаемся в дом?
— Да-да, конечно. Спасибо, что показал дракона. Значит, будешь в этом году поступать в академию?
— Ну, не терять же целый год. Пахомыч вон вертолёт починяет. Говорит, домчусь до Питера с ветерком.
— Какой ещё вертолёт? — нахмурилась Ольга. — Наш, что ли?
— Ну, да. В ангаре стоит. Похож на выпотрошенный труп.
— Он с ума сошёл, если думает, что мы позволим тебе сесть в этот гроб с пропеллером! — рассердилась женщина. — Не хватало, чтобы первый за столько лет Распутин, призвавший дракона, разбился, едва поднявшись в воздух!
— Совершенно согласен, — кивнул Игорь. — Это исключено! Машина слишком старая. Рисковать просто глупо. Да он её и не починит. Просто старику захотелось покопаться в моторе, вспомнить былое.
— Яр может полететь со мной, — сказала Лена. — Я ведь тоже буду поступать. Места в нашем вертолёте хватит.
Ольга с Игорем переглянулись.
— Мы хотели сопровождать Ярослава, — проговорил отец неуверенно. — Поддержать его. Вряд ли у вас найдётся место и для нас.
Лена нахмурилась.
— Да… Наверное, все не влезем.
— Ничего, я и один доберусь, — сказал я. — А потом вам напишу, как всё прошло.
— Лучше позвони, — сказал Игорь. — То есть, если полетишь без нас. Я… пока не уверен, что стоит отпускать тебя одного. Спасибо, Лена, за предложение, но… мне нужно подумать.
— Я на всякий случай всё равно спрошу родителей, — сказала девушка. — Вдруг согласитесь. Это было бы лучше всего.
— Да, Игорь, она права, — мягко проговорила Ольга. — Как бы мне ни хотелось отправиться с Ярославом, это вряд ли получится. И он ведь уже не маленький. Зачем мы ему? Только смущать будем.
— Ерунда! — отмахнулся Игорь. — Многие прибывают в столицу на поступление в академию с родителями. Ничего в этом такого нет.
— Вообще, я думал полететь на драконе, — сказал я.
Все дружно уставились на меня.
— Ты что, Яр⁈ — усмехнулась Лена. — Он же у тебя только призвался.
— И что?
— Нельзя его сходу так нагружать.
— Что, лететь так далеко?
— Нет, километров сто, но…
— Сынок, не полагается летать на драконе, как на такси. Они используются в бою или в экстренных случаях. Маг ведь расплачивается за магию, которую ему даёт дракон, своей жизненной энергией. Не стоит разбазаривать её понапрасну.
Очень интересно, только мой-то ящер никакой магии мне не даёт. Но Игорь прав: незачем лишний раз тратить силы. Я и так уже отдал костяной игрушке часть своей души.
— Хорошо, как скажете. Вам виднее.
— Успеешь ещё налетаться, — улыбнулась мать.
Она думает, мне, как малому ребёнку, не терпится поскорее повозиться с драконом.
— Конечно, мам, — улыбнулся я в ответ. — Всё впереди.
Когда Лена ушла, родители некоторое время обсуждали её предложение и пришли к выводу, что отправить меня с ней лучше всего, а они обойдутся. В конце концов, главное, чтобы я добрался до Академии в целости и сохранности. Игорь несколько раз выразил уверенность, что я непременно поступлю. Я ничего не отвечал, потому что понятия не имел, что для этого требуется. Зато из разговора узнал, что Бачурины соседствуют с нами давно, ещё со времён, когда Распутины процветали, но, в отличие от прочих, не отвернулись от нас по сей день и стараются всячески помогать. В частности, у них находятся закладные на часть наших земель — беспроцентные. И Бачурин не требует уплаты, хотя все сроки давно прошли. Игоря это сильно беспокоило, но он ничего не мог изменить: денег не было.
Вопрос с вертолётом решился очень просто: Пахомыч, скрепя сердце, признал на третий день возни с машиной, что не в силах заставить её взлететь: не было ни запчастей, ни средств их приобрести. А даже если б и были, доставка заняла бы слишком много времени.
Так что на следующий день я вылетел вместе с Леной и её родителями, имея при себе только два чемодана из потрескавшейся крокодильей кожи. Когда-то они стоили немало, а теперь производили вид совершенно жалкий. К счастью, я далёк от человеческого тщеславия, и мне совершенно наплевать, как выглядят мои вещи.
Дорога была недолгой: вертолёт преодолел сто километров, разделявших столицу Российской империи и наше поместье, минут за двадцать. Мы сели на частном аэродроме, где нас встретили слуги Бачуриных. Они подхватили багаж, в том числе и мой. Ленин отец настоял, чтобы я пожил у них во флигеле. Игорь долго упирался, но затем сдался. Выбор всё равно был небольшим. Или я должен был заселиться в какую-нибудь простенькую гостиницу, на которую у нашей семьи хватило бы денег, или воспользоваться предложением семьи Бачуриных и остановиться у них.
На дорогущую гостиницу, соответствующую дворянскому статусу, у моей семьи денег не было.
* * *Я с жадностью набросился на поданный ужин: мы прибыли в Петербург поздно, так как у Бачурина днём имелись какие-то дела. После еды мы с Леной немного прогулялись в сопровождении её телохранителей по городу — посмотрели на академию. Правда, издалека, так как кованые ворота учебного заведения для магов должны были открыться только завтра. Никаких документов подавать заранее не требовалось. Аристократ просто приходил и сдавал экзамен. Вернее, тянул карту из особой Драконьей колоды. Она считалась волшебной, но так ли это, никто не знал. В зависимости от того, какая карта выпадала, человек либо зачислялся, либо уходил восвояси. Спорить и препираться было бесполезно.
Всё это рассказала мне Лена, пока мы глазели на огромные ворота с императорским вензелем — знаком того, что академия находится под высоким покровительством Его Величества.
Выходило, что я могу и не поступить. Вот будет парадокс: дракона не возьмут в драконью академию! Даже не знаю, что тогда делать. Правда, Лена уверяла, что колода редко, кого отсеивает. В основном, она показывала, в какой класс зачислить претендента.
— Я думаю, изначально её придумали, чтобы выявлять тех, у кого нет дракона, — поделилась мыслями Лена. — Простолюдинов. Ну, и совсем слабых магов. А так-то почти все поступают. Бывает, вообще никого не отсеивают. Так что студентов очень много, даже несмотря на то, что драконы прилетают в последнее время не ко всем. Видишь, какое здание огромное? Со всей страны дети аристократов прибывают в столицу.
Академия, и правда, впечатляла: в ней насчитывалось не меньше тридцати этажей, да ещё две башни возвышались по краям. Их шпили терялись в облаках.
— Главное — попасть в сильный класс, — сказала девушка. — Но тут от тебя ничего не зависит. Всё решает колода. Так что мы вполне можем оказаться в разных классах, Яр.
— Я до сих пор не поблагодарил тебя за то, что взяла с собой, — сказал я, взглянув на девушку. — Спасибо.
— Ерунда! Для того ведь и нужны друзья, верно? И вообще, поблагодаришь, когда поступишь.
— Ты же сказала, что берут почти всех.
Лена выдержала паузу. Я почувствовал, что она подбирает слова.
— Что? В чём дело? Со мной что-то не так?
— Эм-м… Нет, Яр. С тобой всё отлично.
— А, ясно. Дело в драконе.
Девушка кивнула.
— Не уверена, что он… такой, как… Ой, ладно! Чего я, в самом деле? Конечно, ты поступишь, Яр! Отличный дракон. Пойдём назад, а то становится прохладно. Не хочу простудиться и заболеть сразу после поступления. Вот глупо получится!
Я изобразил улыбку, но задумался: а что, если преподаватели в Академии не так наивны, как мои родители и соседи, и сразу поймут, что их дурачат?
Интерлюдия 1
Когда клинок сэра Мейнарда пронзил сердце Драконолича и тем самым изгнал его тёмную душу из этого мира, самоотверженного рыцаря постигла та же судьба.